ПОЛИТИКА УЛИЦ. ВОЗМОЖНОСТИ И ПРЕДЕЛЫ ВЛИЯНИЯ МАССОВЫХ АКЦИЙ ПРОТЕСТА

ОППОЗИЦИЯ НЕ СОЗДАЕТ, А ПОДХВАТЫВАЕТ МАССОВЫЙ ПРОТЕСТ

Наиболее массовые выступления народа против нынешней власти проходили в 92-93 году в Москве . Именно на тот период пришелся пик гайдаровских экономических реформ – либерализация цен плюс ваучеризация по Чубайсу.

Вот эти два момента и определили главным образом остроту ситуации. Люди почувствовали, что они ограблены, что почва под ногами заколебалась и они могут остаться абсолютно нищими. Многие решили – нужно бороться. Поэтому, в 92-93 году уличные выступления носили чисто протестный характер – “Банду Ельцина под суд!”, “Долой Гайдара!”, “Долой Чубайса!”, “Долой правительство!” И эта стихийная волна оказалась подхвачена оппозицией. Именно подхвачена, а не создана. Не надо думать, что политические структуры на пустом месте могут инициировать массовые волнения – ничуть не бывало.

Оппозиция в ту пору была структурирована, организована, она обладала определенными материальными ресурсами – в отличие от сегодняшнего дня. Более того, нужно помнить, что в то время, до принятия так называемой “ельцинской” Конституции, высшим органом государственной власти в стране был Съезд народных депутатов. А на Съезде процент противников Ельцина был довольно велик, и он все время рос. Недовольство депутатов постоянно усиливалось. Поэтому оппозиция прекрасно понимала, что высшая государственная власть в случае обострения ситуации не даст ее в обиду.Все считали: в этой ситуации Ельцин не пойдет на использование вооруженной силы. Общее сочетание всех этих факторов: с одной стороны – нарастающее недовольство населения, с другой – растущая сила оппозиции, с третьей – уверенность (оказавшаяся необоснованной) в том, что оружие не будет пущено в ход, и предопределили массовость и яростность уличных выступлений в 92-93 году.

УСЛОВИЯ И ПРЕДПОСЫЛКИ

Но с тех пор, что называется, много воды утекло. Съезда народных депутатов нет, Верховный Совет расстрелян, принята новая Конституция, которая дала неограниченные полномочия президенту. Оппозиция сейчас главным образом занимается борьбой за думские кресла. У уличного протеста нет организующей силы, нет опоры, нет надежды, а отсюда и чахлые демонстрации, митинги и пикеты.

Несмотря на то, что народ не стал жить лучше и объективная необходимость протеста все равно есть, сегодня массовых акций не наблюдается. И дело не только в страхе перед оружием. Этому есть несколько причин.

Во-первых, очень многие люди не верят в то, что действиями массового, уличного характера удастся что-то изменить. Второе – люди устали от борьбы. Особенно активисты периода 92-93 годов. Человеческие силы не безграничны. Не надо забывать естественную психологическую реакцию на поражение 93-го года. Это же стресс, и стресс глубочайший. Кроме того (и это самое главное сегодня), у народного протеста нет выразителя.

Российский общенародный союз слабоват. А КПРФ – какая это оппозиция? Для того, чтобы работать на улицах, поднимать массы нужна во-первых мощная организационная структура, во-вторых материальная база. Нужно называть вещи своими именами. КПРФ – это оборотная сторона “партии власти”. Это та же самая номенклатура, с теми же самыми интересами. Между Черномырдиным и Зюгановым лишь та разница, что Черномырдин уже несколько лет у власти, а Зюганов в силу определенного стечения обстоятельств так и не смог до нее в полной мере дорваться, хотя, как я понимаю, очень хотел. Это люди одного типа, одного склада..

В Геннадия Андреевича уже кидаются помидорами, не дай Бог, попадут, испортят костюм или плащ… Низы недовольны. Поэтому верхи КПРФ должны создавать видимость борьбы и сопротивления.

Тогда, в 93-м году, был разгромлен Верховный Совет, Съезд и наиболее непримиримая часть оппозиции, прежде всего, я имею в виду, Фронт национального спасения. Власти сделали все, чтобы сепарировать лояльную часть оппозиции, отделить от непримиримой и пересадить в думские кресла. Была искусственно выращена умеренно-лояльная думская оппозиция, и наоборот, непримиримая радикально настроенная оппозиция оказалась изолированной и оттесненной от влияния на власть, на средства массовой информации, оказалась отрезанной от материальных ресурсов и оттеснена на периферию политической жизни. Это сделано было совершенно сознательно. Здесь не должно быть никаких иллюзий.

Для того чтобы попасть в думское кресло, не нужно выходить на улицы. А если речь идет о серьезной борьбе, о борьбе бескомпромиссной, не на жизнь, а на смерть – тут без массовых форм политической борьбы не обойтись.

Но выход народа на улицу – это еще не гражданская война. Поэтому не нужно думать, что я призываю к топору – ничего подобного. Я просто предлагаю отдать себе отчет в том, что власть, особенно в нынешней ситуации , когда она насквозь коррумпирована, когда над каждым из представителей нынешнего политического истеблишмента висит с десяток уголовных статей, ни при каких условиях без борьбы не уйдет. И здесь не должно быть никаких иллюзий. Люди, которые сидят сегодня в Кремле и в здании правительства, прекрасно понимают, что потеря власти для них практически равнозначна потере жизни или, по крайней мере, свободы. Пример Станкевича – это только песчинка в океане возможных неприятностей, ожидающих их в случае поражения. Они не глупые люди. И будут за свою жизнь бороться всеми доступными им средствами, вплоть до использования вооруженной силы – в этом нет ни малейшего сомнения.

Массовые уличные действия – это инструмент. И, как любой инструмент, он может быть использован в разных целях. Может быть использован для борьбы и для имитации борьбы, а может быть и для того, чтобы сбить накал недовольства, выпустить пар, внушить людям мысль о бессмысленности сопротивления и парализовать волю к протесту. Те акции, которые мы наблюдаем в последнее время, особенно акции профсоюзные, относятся к третьей категории.

КОГДА БЬЮТ, ТО КАРНАВАЛ ПРЕВРАЩАЕТСЯ В АКЦИЮ

В советский период 1, 9 мая и 7 ноября люди выходили на улицу, по сути дела, на праздник. Шли с гармошками, гитарами, со спиртным, закуской, всякими воздушными шариками. Это был праздник, нечто вроде советского варианта карнавала. И не более того. А лозунги, плакаты и портреты были данью уважения к властям. Власти просили кричать: “Да здравствует нерушимое единство коммунистов и беспартийных!” – люди в принципе ничего не имели против. Хотя, конечно, серьезного отношения ко всем этим первомайским лозунгам у большинства не было. Но, повторяю, это были не протестные акции, а карнавал.

Если людей начать бить дубинками, они будут очень недовольны. И сегодня манифестации 1 и 9 мая – несколько иное. И карнавал все больше отходит на задний план, карнавальные традиции забываются, а майские праздники превращаются в чисто политические акции. Рубежом стала первомайская демонстрация 93-го года, которая переросла, благодаря усилиям властей, в ожесточенные столкновения с ОМОНом. Какой уж тут карнавал! В нынешних условиях, я думаю, ничего страшного у нас не будет, никаких столкновений не произойдет. К ним не готова ни власть, ни оппозиция. Но, я думаю, что и первомайская демонстрация, и демонстрация 9 мая пройдут под агрессивными политическими лозунгами.

МАССА ИЩЕТ ЛИДЕРА

Терпение сторонников оппозиции постепенно иссякает. Теряется вера в парламентские формы борьбы. Оппозиционно настроенные массы жаждут увидеть вождей, и вождей революционного типа – подчеркиваю: не эволюционного, а именно революционного. И увидеть этих людей на улице. Потребность в этом очень велика. Если появится достаточно известный, уже состоявшийся политик, который захочет и сумеет в эти майские дни выразить настроение масс, сформулировать его и предложить им путь, стратегию и тактику борьбы, я думаю, он имеет все перспективы стать вождем нарастающего социального недовольства и в перспективе – социального взрыва. Потому что добром все это не кончится.

Существует заблуждение, что можно захватить власть в России в отдельно взятом городе, который является столицей. Это не так. И беда оппозиции в том, что в 93-м году массовые выступления в Москве не были поддержаны в большинстве регионов. Поэтому властям удалось сосредоточить все силы здесь, в Москве. Ведь в Москву тогда были стянуты отряды ОМОНа, милиции и спецназа со всей страны, вплоть до Сибири и Дальнего Востока. Если бы аналогичные акции проходили в Петербурге, в Свердловске, Нижнем Новгороде, Новосибирске, этого бы сделать не удалось. Поэтому вся надежда на то, что народ все-таки дозреет до массового сопротивления – мирного сопротивления (еще раз подчеркиваю, не нужно хвататься за топор, это приведет только к напрасному кровопролитию), но активного и организованного по всей стране.

Илья КОНСТАНТИНОВ


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

На восток!
ВЕСНОЙ В МОСКВЕ ПАХНЕТ ЧЕРЕМУХОЙ. КАК ВЕСТИ СЕБЯ НА МИТИНГЕ
Пестик – это не тычинки: хорош для супа и начинки
РЕВЕНЬ – ЭТО ПРАВИЛЬНЫЙ ВЫБОР
Владыкой мира станет труд
ХВОЩ ПОЛЕВОЙ
Нам ясен долгий путь
МИР. ТРУД. МАЙ. НЕВЕСЕЛЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ К ПРАЗДНИКУ
ЗА ВАШЕ И НАШЕ ЗДОРОВЬЕ!
ПОСЛЕСЛОВИЕ К ЗНАМЕНАТЕЛЬНОЙ ДАТЕ
ВСЕ НА АКЦИИ ПРОТЕСТА
КРЕСТЬЯНСКАЯ ДОЛЯ. КОМУ ВЫГОДНО РАЗРУШЕНИЕ РОССИЙСКОГО СЕЛА?
КТО ПОМОЖЕТ ЭТИМ ЛЮДЯМ?
МОЛОДЫЕ РАДИКАЛЫ ПРОТИВ ПОЖИЛЫХ РЕФОРМАТОРОВ: АПОКАЛИПСИС ЗАВТРА?
ДАЖЕ В ПЛЕНУ ОН НЕ ПАДАЛ ДУХОМ
ХРОНИКА ПОТЕРЬ
ПЛАНЫ НА МАЙ
Обратная связь
ПОКЛОН ВАМ, ВЕТЕРАНЫ! СВОЕГО ПЕРВОГО “УРА!” Я НЕ УСЛЫШАЛ
Насколько сегодняшние общество и власть отвечают критерию патриотизма
Кавказ – дело тонкое
Тяни потихоньку, а то леску оборвешь
АНАТОЛИЙ ЧУБАЙС И ОВЕЧКА ДОЛЛИ (ЗАПИСКИ ЛИБЕРАЛА)


««« »»»