ТРЕБУЮТСЯ КОРОБЕЙНИКИ: ПЛАТОНОВ И НЬЮТОНОВ НЕ ПРЕДЛАГАТЬ

Не инженер, не художник, не продавец – мой знакомый Лев, ищет работу по объявлениям в газете. Ничего подходящего для студента гуманитарного вуза не находится. Или полный рабочий день, или распространение продукции, т.е. реклама (занятие неблагодарное и неблагородное – надувать доверчивых людей или быть выставленным за дверь теми, кто более искушен в подобного рода обманах).

– Я просто физически не могу торговать. У меня какой-то барьер: не представляю себя стоящим у прилавка.

Дима, студент-биолог, которому не хватает зарплаты в его любимом Институте канцерогенеза, заявляет:

– А вот мне хочется нормально кушать. Поэтому я согласен на любую более или менее оплачиваемую работу. Надо же на что-то жить! Приходится переступать через себя и раздавать объявления в метро.

А можно ли работать, не переступая через себя, не перестав себя уважать и не стесняясь сообщать друзьям место своей работы? Ведь помня из советских времен, что все профессии уважаемы, сами мы смотрим на рекламных “прилипал” с легким пренебрежением.

Все солидные или кажущиеся таковыми предложения требуют высшего образования и опыта работы. Студенты, как вы сами понимаете, имеют шансы получить высшее образование в будущем, а пока… приходится проявлять чудеса изворотливости, сообразительности и мобильности.

Отчаявшись найти что-либо подходящее в газете, я натыкаюсь на объявление о ярмарке вакансий, которую проводит московский Центр труда и занятости молодежи “Перспектива”. Возблагодарив судьбу за то, что проблемами молодежи занялась целая организация, я кидаюсь в Московский дом молодежи (МДМ). Да здравствует организованная борьба с молодежной безработицей!

Однако выйдя из метро, понимаю, что такая мысль осенила не только меня: от МДМ тянется трехтысячная очередь, поистине АРМИЯ безработных. Ярмарка работает уже час, народ все прибывает и прибывает. Постепенно выясняется, что процентов девяносто стоящих здесь – студенты московских вузов. Это значит, что мои шансы получить солидную работу уменьшаются – конкуренция достойная. Все надеются, что если уж эту акцию в МДМ так широко разрекламировали (информационная поддержка газет и радиостанций), то предложения должны быть серьезными. Впрочем, скоро мы начинаем сомневаться – выходящие после собеседования имеют такой вид, как будто их крупно обманули. Но вдруг мне повезет?

После двух часов стояния на свежем ноябрьском воздухе попадаю наконец в Паркетный зал, где происходят “собеседование с представителями фирм и организаций Москвы; консультации по вопросам трудового законодательства; психолого-профориентационная помощь, собеседование с представителями вузов Москвы” (цитирую объявление в студенческой газете “Латинский квартал”). Заполняю подробнейшую анкету, компьютер все это покорно глотает и выдает мне распечатку с предложениями, ни одно из которых мне не подходит. Но я решила не сдаваться. Попытаю-ка счастья на чем-нибудь традиционном, русском, проверенном. Компания “Трикотажоптторг” – самое что ни на есть родное, даже звучит более чем неплохо для привыкшего к советским аббревиатурам уха. Представитель компании сообщает требования: возраст – от 22 лет (уже не подхожу), высшее образование (почти имеется, но устроит ли их гуманитарное?), опыт работы в оптовой торговле (помилуйте, я журналист, сроду не торговала и даже не знаю, с какой стороны подойти к прилавку!), самостоятельность, инициативность и интеллект (ура! хоть что-то у меня есть). Но одного интеллекта мало, и мне выносят приговор: я никогда не смогу торговать трикотажем.

Двигаюсь дальше – научно-производственному комплексу “Курс” требуются специалисты в областях: коррозия металла и антикоррозийное покрытие металлов, гидравлика и гидродинамика, автоматика. У щита стоит молодой человек, как оказалось, выпускник МЭИ, Сережа. Спрашиваю:

– Тебе подходит предложение?

– Да, но посмотри на их требования: знание IBM PC, умение принимать нестандартные решения, готовность к тяжелой физической работе!

– Странное сочетание, – смотрю на худосочного Сережу в очках и выражаю свое сомнение по поводу его готовности к тяжелой физической работе.

Немного подумав, Сережа отходит к представителю другой торговой фирмы.

Льву, моему однокурснику, повезло: он почти соответствовал требованиям американской компании Soft Pro: свободный английский, знание компьютера, программист, но:

– Откуда я возьму опыт работы по реализации информационных систем? Где мне его приобрести, если никто не берется нас этому обучать и все требуют уже опытных специалистов? Должен же кто-то предоставлять возможности и для получения опыта! – сокрушается он.

В стороне группа студентов горько смеется над вакансиями ОАО “Московский шинный завод”: слесарь-сантехник, электрик, токарь-расточник.

– Что делать? Может устроимся? – говорит один парень другому.

– Для этого я пять лет изучал высшую математику? Давай лучше в риэлторскую фирму. Недвижимость приятнее унитазов. А сантехником я могу устроиться и через свой ЖЭК, зачем надо было заполнять анкеты?

Не знаю, нашли ли ребята работу по душе и по специальности, а мы со Львом ушли с ярмарки вакансий по-прежнему безработными.

– Какая привередливая молодежь пошла, все им не нравится. Да просто они не хотят работать! – заметит какой-нибудь пожилой читатель.

Что ж! Может, он будет прав. Юношеский максимализм не выветривается даже во время экономического кризиса – молодые много хотят от жизни. Можно осудить Льва, высококвалифицированного специалиста, работавшего на интерактивном телевидении, за то что он не хочет переквалифицироваться в сантехника или продавца. Можно осудить Катю, не желающую носиться по городу, пытаясь заключить договор:

– Я знаю, что это пустая трата времени. Молодежь гораздо быстрее поняла, чем стоит заниматься, а что обман и надувательство, кому верить, а от кого лучше бежать. Может, мы просто воспитаны на реалиях нашего нестабильного времени, у нас уже выработался нюх на обманы.

А вот мой нюх меня подвел – я вообразила, что студентам будет предложена творческая, требующая незаурядных умственных способностей работа. Это была непростительная ошибка. Нам предлагают либо торговать, либо напрягать худосочные девичьи мускулы. А мы хотели работать на будущее, создавая благо страны и собственное благосостояние.

Кстати, было бы очень неплохо, чтобы Фонд “Реформа”, известная своими разработками в сфере занятости, придумал программу создания рабочих мест именно для молодежи.

Наталия БРОДОВИЧ

P.S. Уже дома я развернула подаренную мне в МДМе газету и прочитала лозунг: “Дайте нам рабочее место – и мы создадим философский камень. Молодежь Москвы”. Такого изощренного издевательства я еще не встречала… По-видимому, нам предлагалось создавать философский камень, работая сантехником.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

КУПЮРУ Я УЗНАЮ ПО БОРДЮРУ
ХВАТИТ ЛИ НА ВСЕХ СЛАДКИХ ПРЯНИКОВ?
Шанс на выживание
В ПОДДЕРЖКУ ПОЛИТИКИ СНПР
Участники рейда-экскурсии охотно поделились своими впечатлениями.
Только грозы мне еще не хватало
“ПЯТАЯ КОЛОННА” В КРЕМЛЕ
ЧУЖОЙ БЕДЫ НЕ БЫВАЕТ
КОГДА ХУДЕЮТ ОЛИГАРХИ
Я ТВОЙ ЗАЙЧИК
ДЖАКАРТА, САНТЬЯГО, ДАЛЕЕ – МОСКВА?
МЫ БЫЛИ БОГАТОЙ СТРАНОЙ…
Горные слезы
ДЕНЬ СОГЛАСИЯ И ПРИМИРЕНИЯ ФМИ ОТМЕТИЛИ СКАНДАЛОМ
Уважаемые товарищи!
НА ДОСУГЕ ОТОБЕДАЙ
ЗОЛОТАЯ СЕРЕДИНА НОВОГО СОЦИАЛИЗМА
БЫСТРО И ВКУСНО
Как дать людям работу
ЗАЧЕМ МНЕ ПРЕДЛАГАЛИ НЕЗНАКОМКУ?
Заявление Березовского о запрете КПРФ
С КАЖДЫМ ГОДОМ НАС СТАНОВИТСЯ МЕНЬШЕ
СВОБОДНЫЙ ЧЕЛОВЕК – ЧЕЛОВЕК ТРУДА


««« »»»