КАНДИДАТ НОМЕР ВОСЕМЬ, НАМЕРЕВАЮЩИЙСЯ СТАТЬ ПРЕТЕНДЕНТОМ НОМЕР ОДИН

Первому вице-президенту Международного фонда “Реформа” Мартину ШАККУМУ все же удалось со второй попытки зарегистрироваться кандидатом в президенты Российской Федерации. В Центризбиркоме Мартину Люциановичу было вручено регистрационное удостоверение под номером восемь…

– Право, не знаю, Мартин Люцианович, поздравлять вас или сочувствовать в связи с официальным обретением вами статуса претендента на пост главы нашего государства…

– Откровенно, я сам пока не успел толком разобраться в собственных чувствах. Немало сил было потрачено на то, чтобы заставить ЦИК признать действительными мои подписные листы. Эта планка взята, теперь предстоит двигаться дальше. Необходимо сделать очень многое в предельно сжатые сроки.

– Сделать – для чего? Вы всерьез намерены обменять мандат кандидата на корочки президентского удостоверения?

– Давайте смотреть на вещи реально. Сегодня я могу категорически утверждать одно: из политиков новой волны я оказался первым, кому удалось преодолеть барьер сбора подписей в свою поддержку и регистрации в Центризбиркоме.

– По сути, ЦИК принудил к этому Верховный суд, вынесший решение в вашу пользу. В ведомстве Николая Рябова вам были принесены официальные извинения за отказ зарегистрировать с первой попытки?

– В кулуарах ко мне подходили некоторые члены Центризбиркома, поздравляли с регистрацией, как бы пытались загладить вину, но все это происходило в неофициальной обстановке, поэтому я не стану называть фамилии этих людей.

Кстати, вся обстановка на втором для меня заседании ЦИК была весьма доброжелательной, поэтому нет оснований предъявлять кому бы то ни было претензии. Я ведь все понимаю: у Центризбиркома задача – отсеять максимально возможное количество претендентов, чтобы не превращать выборы президента в посмешище. Оставить за бортом известных всей стране политиков нельзя, поэтому новички президентской предвыборной кампании и оказываются под перекрестным огнем. Я прорвался. Николай Тимофеевич Рябов даже стал на мою сторону, когда у одного из членов ЦИК возник вопрос, чем Шаккум лучше Брынцалова, которому было отказано в регистрации вопреки постановлению Верховного суда. Председатель ЦИК объяснил, что в моем случае Верховный суд повел себя более корректно, дал ЦИК несколько дней для выполнения своего решения. Это первое. А, во-вторых, насколько я понял, сыграло свою роль и мое выдержанное поведение в период между первым отказом в регистрации и заседанием Верховного суда. Николай Тимофеевич прямо дал понять, что моя корректность была оценена по достоинству.

– С регистрацией разобрались. С дальнейшими планами пока мне не совсем понятно. 16 июня вы намерены руководствоваться олимпийским принципом: главное не победа, а участие?

– Основная моя цель в этой кампании – убедить максимально большое количество россиян в том, что я являюсь лучшим из всех претендентов на пост главы государства. Все мои действия в ближайшие дни и недели будут подчинены этой задаче. Прекрасно понимаю, что количество голосов избирателей, завоеванных мной, во многом будет зависеть от правильности ведения предвыборной агитации. Словом, все в моих руках.

– Какую цифру вы посчитаете для себя успешной? Сколько голосов вы хотели бы получить?

– Я ставлю перед собой совершенно четкую и конкретную задачу: стать президентом России. Не буду биться об заклад, что мне удастся достигнуть желаемого с первой попытки, но и отступать я не намерен. Я твердо решил добиваться поставленной цели. Если же говорить о сегодняшней задаче-минимум, то я буду считать, что справился с ней, если мне удастся набрать больше пяти процентов голосов участвовавших в выборах граждан. Я определил для себя этот порог, поскольку намереваюсь вместе с недавно созданной Социалистической народной партией России участвовать в ближайших парламентских выборах и добиться права на создание собственной фракции в Государственной думе.

– До следующих выборов в Думу еще надо дожить.

– Убежден, что парламент мы будем выбирать не через четыре года, а гораздо раньше. Как, кстати, и президента. Моя уверенность строится на понимании того, что под будущую власть заложено множество мин замедленного действия, и заряд часового механизма на исходе. Под минами я понимаю ситуацию в отечественной экономике, политический кризис, связанный с неспособностью властей контролировать положение в стране, решить чеченскую проблему и так далее.

– Как бы там ни было, но прогнозируемый вами социальный взрыв – это все же вопрос перспективы. Сегодня вы рассматриваете вариант заключения альянса с кем-либо из других кандидатов в президенты?

– Я не стремлюсь примыкать к любым союзам, коалициям и блокам. Повторяю: моя цель – убедить россиян, что именно я лучший кандидат в президенты. Конечно, я не сноб и не чистоплюй, не настолько я зациклен на своей идее, чтобы отмахиваться от всех предложений о сотрудничестве. Наверное, я буду взаимодействовать с разными кандидатами – в тех плоскостях, где наши интересы совпадают. Но об этом, пожалуй, стоит вести разговор конкретно, с предложением в руках.

– И все же давайте определимся: с кем из кандидатов союз возможен, а с кем он неприемлем ни при каких условиях?

– Зачем вы принуждаете меня проводить границы? Если предложение будет носить разумный характер, я готов вести переговоры даже с Борисом Ельциным, с которым я сегодня нахожусь на диаметрально противоположных позициях по большинству политических и экономических вопросов. Я открыт для поиска компромиссов, лишь бы это делалось во имя России, для ее блага. Личных интересов в этой предвыборной кампании у меня нет.

– Личные цели есть у каждого, правда, они тоже бывают разными…

– В борьбу за власть я ввязался не из-за того, что мне нужно срочно найти свое место в жизни. С этим – с местом в жизни – у меня все нормально, я успел и сумел достаточно полно реализовать себя в самых различных областях (в отличие от некоторых наших штатных кандидатов в национальные лидеры, которые не мыслят жизни вне перманентного строительства политической карьеры – ничего другого они просто-напросто не умеют).

– Но ведь и вы сейчас взялись за эту самую карьеру. Чем не цель: заставить страну узнать себя?

– Узнаваемость как самоцель меня не интересует.

– А если иметь на прицеле следующие выборы? Вспомните: пять лет назад на Жириновского все смотрели как на чудака и самозванца, а сегодня его участие в президентском марафоне всеми воспринимается как должное.

– Еще раз говорю: меньше всего меня заботит личная выгода. Я думаю о стране. Конечно, мне ясно, что с первого захода стать президентом будет чрезвычайно трудно, но я вам уже сказал, что от поставленной цели не отступлюсь.

– Может, все-таки синица в руках предпочтительнее? Скажем, вам уже сегодня сделают заманчивое предложение, от которого сложно будет отказаться. Стоит ли ждать завтра?

– В чем заманчивость предложения?

– В обещанной должности, в сумме отступного – вариантов может быть масса. Вы допускаете гипотетическую возможность обращения к вам с предложением подобного рода?

– В нашей жизни все одинаково вероятно, но это не значит, что я стану сейчас обсуждать ваши абстрактные теории. Одно могу заявить категорически: я вступил в борьбу за пост президента не торговли ради. Мне некуда спешить, своего я рано или поздно добьюсь. Я поставил перед собой задачу и иду по пути ее решения. Подчеркиваю: делается это все не ради получения каких-либо дивидендов. Заключать пакты или союзы по принципу материальной выгоды я не стану ни при каких условиях.

Вопрос в ином: прежде, чем говорить о каких-либо альянсах, мне надо обрести достаточное количество своих сторонников.

– Миллион с гаком россиян, поставивших подписи в вашу поддержку, вы сторонниками не считаете? Либо миллион, по-вашему, не цифра?

– И считаю, и цифра. Но, во-первых, не надо забывать, что по российским законам каждый гражданин волен оставить автограф в подписных листах всех без исключения кандидатов в кандидаты. Миллион подписей при выдвижении не гарантирует миллиона “своих” голосов 16 июня.

Мне еще предстоит убеждать избирателей.

– Ваши аргументы?

– В первую очередь, ставка на профессионализм, на мою разностороннюю подготовку. Я закончил военное училище, работал в строительстве, руководил достаточно крупными государственными предприятиями, был генеральным директором одного из первых в Советском Союзе совместных предприятий, занимался как проблемами космоса, так и более земными вопросами, трудился в российском правительстве рядом с вице-премьером Георгием Хижой. Словом, мне многое знакомо. Последние четыре года работаю с ведущими российскими учеными-экономистами – Станиславом Шаталиным, Леонидом Абалкиным, Николаем Шмелевым, Степаном Ситаряном.

Я опираюсь на интеллектуальный потенциал фонда “Реформа”. Подобным капиталом могут похвастаться немногие кандидаты в президенты. Рассчитываю на помощь Социалистической народной партии, председателем которой стал.

Полагаю, и возраст у меня для участия в выборах самый что ни на есть подходящий. Я уже достаточно повидал на своем веку, многому успел научиться и при этом еще на протяжении десятилетий могу сохранять высокую работоспособность.

Словом, у меня есть много оснований для того, чтобы с оптимизмом смотреть в ближайшее будущее, рассчитывать на успех в этой избирательной кампании.

– Вы уже дважды в сегодняшнем разговоре упоминали Социалистическую народную партию. Она создавалась вами специально ради выборов?

– Нет, у меня более далеко идущие цели. Я намерен сделать партию подлинно всенародной. Сегодня можно говорить о существовании фактически полутора партий на территории России – это КПРФ и – частично – ЛДПР. Остальные так называемые партии – это партии Садового кольца, не имеющие никакого реального веса и авторитета в регионах России. Я хочу, чтобы наша партия через некоторое время смогла на равных соперничать с коммунистами – по количеству членов, по влиянию на страну. Эта задача поставлена.

– Но ведь в России уже существует несколько партий похожего, социалистического, толка?

– Повторяю: это чисто московская околополитическая тусовка, структуры, созданные под решение совершенно конкретных, далеких от партстроительства задач. Скажем, партия Ивана Петровича Рыбкина была придумана для того, чтобы всенародно продекларировать одну-единственную идею: о поддержке российскими социалистами кандидатуры Бориса Николаевича Ельцина на предстоящих президентских выборах. Все! Цель достигнута, рыбкинскую партию можно закрывать! Так и с другими карманными партийками.

– В становлении партии вы полагаетесь на оргструктуры объединения “Мое Отечество”?

– В определенной степени. Все-таки общественно-политическое движение и партия – это разные вещи. Перед партией стоит задача борьбы за власть.

– Полагаете, пяти тысяч ваших партийцев достаточно, чтобы ставить такую цель?

– Конечно, нет. Партия должна быть и будет массовой, всенародной. Мы надеемся, что наши первичные организации через какое-то время станут функционировать во всех краях, областях, субъектах федерации. Но это – завтра, а сегодня – активное участие в предвыборной кампании.

– У вас уже существует план этой кампании?

– Безусловно, а как иначе? Другое дело, что наш план – не догма, а набор основополагающих принципов и технологий, сообразно которым мы и предполагаем строить свою работу в ближайшие недели. Считаю, что к любому делу надо относиться творчески, если рассчитываешь на положительный результат.

– Планируете ли вы поездки в регионы, встречи с избирателями на местах?

– Это не будет центральным звеном моей кампании. Россия слишком велика, чтобы успеть прочесать ее вдоль и поперек на оставшееся время, наносить же, выражаясь терминологией военных, точечные удары, посещать лишь избранные регионы бессмысленно. Мне нужно познакомить с собой всю страну.

– А вам со страной знакомиться, значит, нет нужды?

– Я достаточно хорошо знаю российскую глубинку, так как фонд “Реформа” является исполнителем федеральных программ по повышению занятости населения. В последнее время мне довелось побывать в горных и предгорных районах Дагестана (то есть Северный Кавказ мне знаком), в городе Заволжске Ивановской области, в котором, как в капле воды, отразились все проблемы районных городков центрального региона России. Жизнь страны я знаю не понаслышке.

Что же касается предвыборной агитации, то в этом отношении я очень рассчитываю на средства массовой информации.

– Вы предпочитаете форму прямого обращения к избирателям или же полемику с другими кандидатами в надежде, что в споре родится истина, и она будет на вашей стороне?

– Надо использовать все средства и методы. Конечно, я предполагаю изложить согражданам свои взгляды, принципы, позиции. Дебаты более зрелищны, в них легче проявить себя, блеснуть эрудицией, остроумием. Но вопрос теледебатов зависит, как вы понимаете, не от меня одного. Для этого нужны спарринг-партнеры.

Если вас интересует мое отношение, повторю: я готов к любой форме публичного обращения к избирателям. Мне есть, что сказать, есть, чем убедить.

– И все-таки: в основу своих выступлений вы предполагаете положить критику существующего положения вещей либо некую позитивную программу, ориентированную на будущее?

– Без критики не обойтись. Как можно говорить о планах, не разобравшись с тем, что сегодня происходит со страной, не сказав, кто несет персональную ответственность за случившееся?

– На какого избирателя вы предполагаете делать главную ставку? Согласитесь, у каждого кандидата свой электорат.

– Мой электорат – все россияне. Единственно, кого я даже теоретически не вижу (и видеть не хочу) среди своих сторонников, это крайние радикалы. Это с одной стороны. С другой, я опираюсь на данные отчетов социологов, которые рисуют собирательный портрет моего избирателя. Получается такая картина: это люди в возрасте 30 лет и старше со средним специальным, неполным высшим и высшим образованием. Этот электорат симпатизирует мне в тех регионах, где меня уже хорошо знают.

– Привлечение к себе повышенного внимания путем скандалов, сенсационных заявлений – это ваш путь?

– Опять-таки на этот вопрос нельзя ответить однозначно. Все будет зависеть от конкретной ситуации.

– Скажем, вы готовы обнародовать компромат на своих оппонентов?

– Компромата у меня более чем достаточно, но я не считаю, что это корректный путь в предвыборной борьбе. Другое дело – критика действий нынешнего правительства или развенчание популистских лозунгов отдельных кандидатов, однако это ведь не есть компромат, это реальная оценка положения вещей. Скажем, как я могу молчать о том, что сегодня в нашей стране самыми богатыми людьми вдруг оказались чиновники? Взяточничество стало государственной политикой, чиновники заинтересованы в развале механизма госуправления, поскольку в этой ситуации принятие всех решений целиком зависит от единственного автографа на бумаге или одной печати, лежащей в сейфе у высокопоставленного взяточника. С этим необходимо бороться. Если я посчитаю нужным назвать конкретные фамилии, я их назову.

– Компромат, носящий личностный характер, также припасен в вашем арсенале?

– Не скрою, я хочу победить на выборах, но это совсем не означает, что мне нужна победа любой ценой. Есть этические, моральные барьеры, которые я никогда не нарушу. Удары ниже пояса – не мой стиль.

– Но вы готовы к тому, что ваши оппоненты могут оказаться не столь разборчивы в средствах?

– Ради Бога. Это вопрос совести каждого. Пусть ищут, пусть.

– Однако вы не чувствуете оснований для беспокойства?

– Разумеется, вступая на тропу президентской борьбы, я анализировал различные варианты, включая самые худшие. Бояться мне нечего, скрывать что-либо я не собираюсь. Конечно, все мы не безгрешны, но каяться особенно мне не придется.

– И все же вы предполагаете предпринять дополнительные меры безопасности, связанные с тем, что теперь ваша фигура в буквальном смысле будет привлекать повышенное внимание самых разных людей?

– Не беспокойтесь: все, что нужно, будет сделано и уже делается. Но вы ведь не рассчитываете, что я сейчас расскажу вам все свои секреты? Это уже будут не секреты.

– Но вы уже подвергались угрозам, наездам?

– До этого пока не дошло. Были мелкие пакости. К примеру, в день проведения учредительного съезда нашей партии по каналам информационных агентств было распространено сообщение, что по указанному нами адресу проводится съезд партии Ивана Рыбкина. Все это выглядело так мелочно и смешно! На подобные комариные укусы стараемся внимания не обращать, хотя понимаем, что в ход может быть пущена и тяжелая артиллерия.

– Игра в президенты – удовольствие дорогостоящее. Известно, кто играет в команде Ельцина, кто помогает Жириновскому. О ваших союзниках с тугой мошной пока не слышно.

– Я бы не переоценивал влияние денег на исход предвыборной кампании. Конечно, какие-то средства необходимы. Я их получу. Есть юридические лица, готовые в соответствии с российским законодательством перечислить определенные суммы на счет моего штаба. Сейчас ведутся переговоры с потенциальными финансовыми союзниками, но имена называть рано. Рассчитываю на отклик граждан, которые захотят поддержать меня материально.

– Реклама в СМИ может разорить кого угодно. Вы делаете ставку на печать, телевидение. На это откуда деньги?

– Из тех источников, о которых я только что сказал. Столько будет средств, столько и будет моей рекламы в прессе, в электронных СМИ. Не забывайте и о том, что всем кандидатам по закону будет предоставлено бесплатное эфирное время. Так что вы скоро увидите меня на телеэкране, услышите по радио. До встречи!

Андрей ВАНДЕНКО


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

РЕФОРМА – ПРЕДМЕТ ПОЛИТИКИ ИЛИ ТЕХНОКРАТИИ?
ЛИДЕРЫ ОТЕЧЕСТВЕННОГО БИЗНЕСА ЗАСУЕТИЛИСЬ
СРАВНИТЬСЯ С МИЛЛИОНОМ РОЗ – МОЖЕТ ЛИШЬ ПРОГРАММА И КОНЦЕРТЫ “МУЗОБОЗ”
Инвестиции в российскую экономику – дело не для слабонервных
ЛУЧШИЙ МИНИСТР СОГЛАСЕН ПОДАТЬ В ОТСТАВКУ. ВЕРИТСЯ С ТРУДОМ
КАРЛ МАРКС…
ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА. КТО КОМУ ДОЛЖЕН?
А ПРО ИНВАЛИДОВ ЗАБЫЛИ?
Видео-66
ЦЕНА СТАБИЛЬНОСТИ
КТО ЕСТЬ КТО?
НЕ ПОТЕРЯТЬ СЕБЯ…
Как Вы относитесь к рейтингам политических деятелей различных социологических служб?
Русские на континенте инков
НАКОПИЛ И “МЕТРЫ” КУПИЛ ЗАГОДЯ И В РАССРОЧКУ
УВАЖАЕМЫЕ РОССИЯНЕ, ДОРОГИЕ СОГРАЖДАНЕ!
ЗЮГАНОВ ВМЕСТО ЕЛЬЦИНА, БРЫНЦАЛОВ И ШАККУМ – КАК “ТРЕТЬЯ СИЛА”
БАНКИРЫ СЧИТАТЬ УМЕЮТ


««« »»»