ПОСЛЕДНИЙ МИНИСТР ИМПЕРИИ

Волею обстоятельств маршал авиации Евгений Иванович Шапошников оказался на крутом изломе судьбы великой державы и своей собственной. Последний министр обороны СССР, Главнокомандующий Объединенными Вооруженными Силами СНГ… Когда человеку только пятьдесят четыре, когда позади крушение империи и он один из последних ее триумфаторов, ему есть что вспомнить, есть, на что открыть глаза читателю.

ПОКОЙНИК РЕАНИМАЦИИ НЕ ПОДЛЕЖИТ

– Евгений Иванович, многое прожитое за казалось бы короткие пять лет – уже история. Но ничто в этом мире не уходит в забвение, тем более живущее в памяти целого поколения. Вот и события последних дней – денонсация Государственной Думой Беловежских соглашений – вновь будоражит общественное мнение. Ваш взгляд на проблему?

– Судьба вовлекла меня в события, связанные с болезненным и трудным завершением существования СССР и возникновением СНГ, свела с людьми, так или иначе причастными к этим событиям, дала понять причины и следствия этой драмы.

Август 91-го ускорил процессы распада системы. Казалось бы, победа демократии открыла путь к подписанию нового союзного договора. Но не тут-то было. Начался дивный парад суверенитетов.

Участвуя в заседаниях Госсовета, будучи еще министром обороны “могучего и неделимого”, я все больше убеждался в том, что Союза фактически уже нет и ничего подобного ему не будет. Горбачев, очевидно, это чувствовал и, как мне кажется, страдал. Его серьезным упущением в то время было нежелание пойти на конфедеративную форму государственного устройства. А такие предложения выдвигались. Что потом началось – у всех в памяти. И народ вроде бы высказался на референдуме за сохранение Союза, а система так и не удержалась.

– Почему? Был ли вариант сохранения Союза?

– Многие республиканские парламенты провозгласили верховенство принятых ими законов над законами общесоюзными. Как в этом случае можно было удержать все в рамках Союза? Силой? Но это значило бы опять танки на улицах, кровь, слезы, страдания людей. Нужны были срочно политические решения. Зимняя охота в Беловежской пуще продлила агонию умирающего Союза созданием Содружества Независимых Государств (СНГ). Тогда мне казалось, что беловежский акт хотя и означал возникновение принципиально новой военно-политической ситуации, но вместе с тем открывал довольно благоприятные перспективы для создания системы коллективной безопасности, широкой интеграции.

-– И тут не получилось?

– Жизнь сложнее и многообразнее, чем любые схемы, проекты, прогнозы. Мне тогда думалось, что руководители республик не столько хотят разрушить сам Союз, сколько не воспринимают Горбачева. Инициатива руководителей трех республик, по-видимому, вносила некоторую определенность, помогала обществу выйти из тупика, в котором оно оказалось. Создание СНГ позволяло сохранить стратегическое ядерное оружие в одних руках, избежать его растаскивания по национальным огородам, расширения круга ядерных держав со всеми вытекающими из этого последствиями для международной стабильности и безопасности. Не было ясности по вопросу сохранения едиными вооруженных сил. Мои усилия в решении этой проблемы наталкивались на серьезные препятствия. В Содружестве я видел шанс спасти то общее, особенно в сфере обороны, что народы могли безвозвратно утратить с распадом Союза, к чему все шло в последние годы.

Чаще всего в развале Союза обвиняют Ельцина. Думаю, что это не так. Союз фактически начал разваливаться задолго до Беловежских соглашений. Одни, наиболее здравомыслящие политики того времени, видели и знали, что в такой форме Союз существовать не может, другие считали, что его можно сохранить, в слегка подновленных, но по сути прежних формах. Вспомним положение Конституции СССР о праве каждой нации на самоопределение вплоть до отделения – и признаемся, что это не более чем декларация, а в условиях сталинско-брежневского Союза – утопия. Но на этом мы воспитывались.

Однако пришло другое время. На политической авансцене появились другие настроения, другие люди. И в это время, когда практически размываются границы между государствами, когда Европа стала единой, лицемерные декларации, сколоченные сталинскими железными гвоздями, превратились в подобие дырявой паутины, не способной удержать и засушенной мухи. Время империи закончилось. Покойник реанимации не подлежит.

АНАТОМИЯ ЛЖИ

– Крушение империи вызвало волну военных конфликтов. Карабах, Приднестровье, Таджикистан, Чечня…

– Возникновение военных конфликтов – это прорыв гнойников, давно зревших национальных опухолей. И беда новых “хирургов” от политики, что они не сумели воспользоваться средствами терапии, а принялись кромсать по живому. Мы за свою историю не научились решать сложные проблемы цивилизованно, используя средства дипломатии, народного опыта, гуманного отношения к человеку. Тоталитаризм, в котором мы пребывали так долго, преподавал нам уроки иного содержания. Наказать, направить в лагерь, поставить к стенке… Это мы проходили, это мы хорошо усвоили. Этими “знаниями” мы и продолжаем пользоваться.

– Вы можете пролить свет на чеченскую проблему? В частности, что касается чеченского оружия. И хотя в свое время вы предоставили убедительные факты о собственной непричастности к этому оружию, но след Шапошникова по-прежнему многим не дает покоя. Можно было все-таки вывезти в свое время оружие из Чечни?

– Чечня – это кровоточащая рана на теле и в душе России. И сегодня еще сложно предсказать последствия войны в Чечне – экономические, военные, внешнеполитические. Не буду рассматривать все эпизоды этой войны, но хочу подчеркнуть мысль о том, что она в значительной степени способствовала расколу общества.

Еще более углубил этот раскол вопрос об оружии. На нем некоторые личности решили заработать политические дивиденды. Но мне, честно признаться, уже надоело говорить об этом. Скажу одно: поиск черной кошки в темной комнате начался после неудавшегося блицкрига.

Обратимся к материалам независимого журналистского расследования: “…В России начинается война. В дело введены десятки полков, обещанные два часа истекли сотни раз, а потери наших войск стали серьезно беспокоить страну.

Необходимо отвлечь внимание общественности от первоначальных неудач чем-то другим. Ей преподносится вопрос о том, кто же вооружил Дудаева, где же этот злодей? Среди кандидатов на эту роль несколько раз был назван маршал Е.Шапошников, который будучи министром обороны СССР, а затем и главкомом Объединенными Вооруженными Силами СНГ якобы не уберег оружие и передал его Дудаеву.

Разберем эту ситуацию подробней.

Маршал Е.Шапошников молчал до 8 января 1995 года, пока в средствах массовой информации прямо или косвенно не было названо его имя. 8 января он выступил в программе “Вести” и приоткрыл ход событий по оружию. В своем выступлении он, сославшись на номер и дату документа, сказал, что окончательную точку в передаче оружия Дудаеву поставил П.С.Грачев 28.5.92 будучи министром обороны России. Вот текст этого документа:

“КОМАНДУЮЩЕМУ ВОЙСКАМИ СКВО

(ЛИЧНО)

На № 3/495ш от 20.5.92 года

Разрешаю передать Чеченской Республике из наличия 173 гв.оуц боевую технику, вооружение, имущество и запасы материальных средств в размерах:

– боевую технику и вооружение        - 50%,

– боеприпасы        - 2 бк,

– инженерные боеприпасы        - 1-2%.

Автомобильную, специальную технику, имущество, запасы материальных средств реализовать по остаточной стоимости на месте.

П.Грачев

28.5.92 года

№ 316/1/0308ш”

Пресс-служба ФСК на третий день дает пояснение, что вопрос об оружии не является важным и первоочередным. В то же время на квартире у Шапошникова отключают телефоны правительственной связи.

Министерство обороны России ровно через 10 дней в газете “Красная Звезда” делает заявление, в котором признает, что такой документ действительно был, но это вынужденная мера и является свидетельством бездействия союзного, а затем российского правительств и лично бывшего министра обороны СССР, впоследствии главнокомандующего Объединенными Вооруженными Силами СНГ.

Вернемся к хронологии. П.С.Грачев не только был первым заместителем министра обороны СССР, но с октября 1991 года он был и председателем Государственного комитета Российской Федерации по обороне (Указ Президента России № 164 от 29.10.91 г.).

Следовательно, он имел ранг члена правительства Российской Федерации и, очевидно, именно поэтому и вел переговоры с чеченской стороной. Грачев выезжал в Чечню в декабре 1991 года и в феврале 1992 года. Шапошников ни разу там не был.

После декабрьской поездки Грачева в Чечню (еще в условиях СССР) Шапошников дает директиву в войска следующего содержания:

“ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ СУХОПУТНЫМИ ВОЙСКАМИ, КОМАНДУЮЩЕМУ ВОЙСКАМИ СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА

Прошу совместно с правительством Чечено-Ингушской республики определить перечень первоочередных взаимоприемлемых мер, направленных на разрешение проблемных вопросов жизни и деятельности войск на территории республики, а также о призыве граждан чеченской национальности на действительную военную службу в другие регионы страны.

Главнокомандующему Сухопутными войсками дать указание об изъятии запасов оружия и боеприпасов, хранящихся на складах воинских частей, расположенных на территории республики, и выводе их на центральные арсеналы и базы.

О принятых мерах доложить.

Е.Шапошников

13.12.91 г.

№ 312/1/0307ш”

Других указаний маршала по поводу оружия в Чечне мы не видели. Да и вряд ли они существуют.

Очевидно, “забыв” о принадлежности Грачева к правительству России или желая насолить своему министру, Министерство обороны Российской Федерации в своем заявлении обвиняет правительство России в бездействии.

Нам известно, что Государственный комитет России по обороне осенью 1991 года далеко не бездействовал и всячески стремился “укрепить обороноспособность” России за счет придания себе собственного веса. Шапошников как мог боролся против подобного сепаратизма, но после Беловежского соглашения он потерял юридическое право управлять и командовать Вооруженными Силами. Об этом красноречиво свидетельствует Алма-атинская декларация Совета глав государств СНГ от 21.12.91 г.: “Содружество не является ни государством, ни надгосударственным образованием”.

Следовательно, если оружие разворовывалось в 1992 году, то это один из субъектов России воровал у России. Здесь опять есть вопросы к правительству России, членом которого был и остается П.С.Грачев.

30 декабря на Совете глав государств Содружества в Минске был поставлен вопрос о разделе Вооруженных Сил бывшего Союза.

Из всех военачальников Шапошников протестует один и, не получив поддержки, подает рапорт об отставке.

“Главам Независимых Государств

РАПОРТ

В связи с тем что Союз ССР прекратил свое существование, принимая во внимание, что после упразднения Министерства обороны СССР нет единого подхода в строительстве коллективной обороны и безопасности СНГ, учитывая, что отсутствует переходный период в решении вопросов создания Вооруженных Сил некоторыми государствами СНГ, что может вызвать взрыв в среде военнослужащих, страдания членов их семей, прошу снять с меня полномочия ГК ОВС СНГ и уволить из рядов Вооруженных Сил установленным порядком. Участвовать в этом не желаю.

Е.Шапошников

30.12.91 г.

ЛЕТАЙТЕ САМОЛЕТАМИ АЭРОФЛОТА

– После отставки вы работали в “Росвооружении”, были безработным и вот теперь сменили так шедший вам мундир маршала авиации на гражданскую форму генерального директора компании АО “Аэрофлот – Российские международные авиалинии”. Но и здесь вы приобретаете скандальную известность. Вас обвиняют в развале отечественного авиастроения, приверженности к западной авиационной технике? Что скажете?

– Сии упреки из области непроверенных слухов. Мы сегодня – одна из 400 авиакомпаний на рынке России. И я на недавней пресс-конференции откровенно рассказал о проблемах, которые волнуют нашу компанию и меня как ее генерального директора.

Я всегда был приверженцем отечественной авиации и космонавтики. Эта гордость нашей страны непридуманная. Но время стремительно. И здесь лидерство мы явно уступили. И нынче мой патриотизм несколько другого порядка. Я должен прежде всего заботиться о благополучии компании. Я стал перевозчиком, и эффективность нашей работы оценивается пассажиром. А ему все равно, на самолете чьего производства он летает. Его интересует комфорт, скорость и точность приземления. Если самолет отечественного производства проводит в воздухе за сутки шесть часов, то иностранный – двенадцать часов. Закономерен вопрос: что для компании лучше – то, что летает, или то, стоит на земле? Задачка для детского сада.

Но и здесь меня трудно обвинить в космополитизме. Из более чем ста самолетов, принадлежащих компании, у нас всего восемь иностранного производства. А есть компании, где всего одиннадцать самолетов и только один отечественный. Но “Аэрофлот” словно бельмо в глазу. Мы на виду? Или Шапошников? В прошлом году “Аэрофлот” вложил в отечественное самолетостроение около двухсот миллиардов рубликов. Назовите, кто больше? Нет такой авиакомпании. Хотя главным инвестором столь сложной, дорогостоящей отрасли должно быть прежде всего государство. Это аксиома.

Сейчас мы заключаем сделку по совместному с американцами самолету Ил-96. Что в этом плохого? В том, что пассажир получит новую комфортабельную машину? Или мы по-прежнему должны быть впереди планеты всей? В чем? В количестве аварий, катастроф?

Учитывая, что воздушными перевозками в нашей стране занимается не только наша авиакомпания, но и большое количество других как российских, так и иностранных компаний, между которыми существует острая конкурентная борьба, мы обязаны не только выжить, но и победить в этой борьбе, оставшись на прибыльных авиалиниях и продвинувшись на сверхприбыльные. Поскольку условия конкурентной борьбы таковы, что в мире признаются сила и богатство (“С сильными не борись, с богатыми не судись”, – говорят в народе), а состояние авиакомпании с точки зрения этих критериев сегодня оставляет желать лучшего, я поставил задачу разработать стратегию авиакомпании с целью превращения ее в сильную и богатую организацию.

Отмечая справедливость сказанного (о силе и богатстве), хочу оговориться, что авиационный бизнес, как наиболее интеллигентный вид бизнеса, практически не приемлет силовые приемы в отношении своего клиента, так как силой пассажира на свои линии не завлечь. Насильно мил не будешь. Мы должны посмотреть на себя со стороны, а именно – глазами пассажира, избавиться от всего того, что нам мешает завоевать его доверие, заслуженный авторитет, и умножить свои достоинства, которые также у нас имеются, хотя и в меньшей степени, нежели недостатки.

На мой взгляд, сегодня у нас не может быть какой-либо другой диктатуры, кроме диктатуры высочайшей культуры. Это краеугольный камень, базис в системе создания имиджа авиакомпании. Раскрывая суть и содержание культуры, хочу отметить, что культура всегда была искренна и скромна, а бескультурье – расчетливо и притворно, культура – бесстрашна и неподкупна, бескультурье – продажно и трусливо, культура – совестлива, а бескультурье – нагло и хитро, культура – просвещенна, а бескультурье – невежественно.

ОТ КОММУНИСТА ДО СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТА

– Вы сегодня твердо заявляете о своей приверженности к социал-демократии. Что вас подвигло к такому политическому состоянию?

– Из КПСС я вышел в горячие дни августа девяносто первого. Решение принял самостоятельно, находясь на высокой должности в Вооруженных Силах. И когда Горбачев предложил занять пост министра обороны СССР, я ему, не только президенту, но еще и Генеральному секретарю КПСС, прямо сказал об этом. Не скажу, что это было решением одного дня. То, что КПСС превратилась из “локомотива” истории в спальный вагон с привилегиями, было понятно многим в нашем обществе. И то, что произошло, – это вполне закономерный финал тоталитарной эпохи. Но точка в этой истории еще не поставлена. Россия вновь перед выбором. Об этом нужно помнить и тем, кто сегодня стоит у штурвала власти, и тем, кто этот штурвал выпустил из рук, и тем, кто стремится вырвать штурвал сегодня, имея безграничное желание, хотя бы немного, но “порулить”.

Отвечая на вопрос о своих политических пристрастиях, я все-таки прежде всего задался бы иным вопросом: “Кто мы?” Ответ долго искать не надо. Прежде всего мы люди, представители рода человеческого, какой бы национальности не принадлежали. И уже потом демократы, либералы, коммунисты и прочие. Первое и второе человеку дано природой или Богом, последнее придумано нами самими.

Но в последнее время мы настолько потеряли ориентиры, что свое отношение к роду человеческому лишь подразумеваем, свою национальную принадлежность имеем в виду (или забывая об этом, или неоправданно выпячивая), но очень любим оценивать других по принадлежности к какому-либо политическому движению. Словом, в угоду политическим амбициям часто забываем о том, кто мы и с легкостью предаем свой народ.

Большинство, господа политики, не принимает политических крайностей, ему ближе нормальная человеческая жизнь, решение самых серьезных проблем по-людски.

Я вижу в политическом устройстве общества инструмент для создания нормальной жизни большинства. Мировая практика показывает: там, где правит социал-демократия, меньше перекосов, революций, социальных потрясений. В этих странах лучше решаются социальные проблемы большинства членов общества.

Мне кажется, что именно социал-демократия в большей степени подходит для России, поскольку даже по православию нам ближе идеи равноправия, внимания к униженным, обездоленным… Ведь до известного октябрьского переворота семнадцатого Россия со всем человечеством жила как бы на одном берегу, взаимодействовала со всем человечеством. А после переворота целый материк в одну шестую откололся от общего берега и ушел в автономное плавание. Казалось бы, захватывающее плавание. Есть капитан на мостике в лице генсека, воодушевленная энтузиазмом команда. Но потом стали задаваться вопросы: а куда мы плывем? Ответ был один – в светлое будущее. А где оно, это будущее? А там за горизонтом. Плыли, плыли, а будущего нет. Взбунтовалась команда. После известных событий российский корабль – материк вновь повернул к общечеловеческому берегу. Но уж больно резво. Машины корабля дают сбой, команда нервничает.

– Реформы замучили команду?

– Да, реформы. Россия стоит на одной ноге – реформаторской. Гайдар дал пинком под зад, и страна вылетела из болота плановой экономики. Но направление, как у шальной пули, – куда попадет. Скачет на одной ноге, а вторая болтается, вот-вот оторвется. Ветераны, инвалиды, молодежь – огромный слой социально не защищенных людей оказался за бортом нормальной жизни. Социал-демократия не позволила бы рыночникам и либералам забыть про этих людей. Ведь любому движению необходимо задавать и направление и определенную скорость.

Возьмем, к примеру, Швецию. Там социал-демократы пришли к власти позже коммунистов, но своим капиталистам они заявили: экспроприировать ничего не будем, но налоги введем такие, чтобы вы и развивались, и помогали тем, кто в капиталисты не выбился. И ведь живут. Хорошо живут.

– Евгений Иванович, если бы вам удалось в жизни сделать еще один заход, что бы вы изменили в своем полете?

– Ничего. Летчики-истребители задним ходом не летают.

Александр СОКОЛОВ


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ЦЕНТРИЗМ РОССИИ ПРОТИВОПОКАЗАН
СОЦИАЛИЗМ НА КАЧЕЛЯХ ИСТОРИИ
ШОУ – ОНО… И В “РОССИИ” – ШОУ
ПОКРОВИТЕЛЬ МОСКВЫ ИВАН КАЛИТА
ГЛУХО, КАК В БАНКЕ
“НЕ ШЕКСПИР ГЛАВНОЕ, А ПРИМЕЧАНИЕ К НЕМУ”
“ЗАКУЛИСЬЕ” “ОБОЗА”
КОГДА НЕ МОЖЕТ ПОМОЧЬ ГОСУДАРСТВО
ЭТО ТВОИ ПАСЫНКИ, РОССИЯ?
ИГРЫ НА ГРАНИ ФОЛА
ОТ “ТЬМЫ” ДО “СВЕТИТ…”
ПРОТИВОСТОЯНИЕ ОЖИДАЕТСЯ ЖЕСТКОЕ
Премьер-министр Ирландии застыл в ожидании…
“ЗВЕЗДЫ” ПАДАЮТ НА ЗВЕЗД
ПОМОЖЕТ ЛИ РОССИИ ПЕРЕХОД К “БОЯРСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ”?
Шансы объединения России и Белоруссии в единое государство
ЧЕЧНЯ: МОСКВА РИСКУЕТ НАСТУПИТЬ НА ОДНИ И ТЕ ЖЕ ГРАБЛИ


««« »»»