России болгарский певец

Все давно усвоили, что политика и шоу бизнес – почти одно и тоже. Оттого так часто специалисты из одной сферы оказываются фигурантами другой. То политики на радость избирателю начинают петь, то любимые народом артисты становятся желанным ресурсом для истеблишмента. Так, знаменитый болгарский певец Бисер КИРОВ теперь работает в России уже не на сцене, а в болгарском посольстве, являясь его советником по культуре. И о ком же, как не о Бисере, рассказывать в Год Болгарии в России.

Переход из певцов в дипломаты дался Бисеру без труда: «Я никогда не вел богемный образ жизни, всегда был денди в рок-н-ролле…». А что оказался именно в России, считает закономерным, хотя до сих пор сам не понимает, почему его так полюбили в СССР. И почему он сам так любит нашу страну. Ведь начались романтические отношения случайно: в августе 1967 года его остановила на улице женщина, которая представилась сотрудницей Центрального комитета комсомола и пригласила Бисера в Сочи на фестиваль Молодежной песни. Он радостно отправился на это мероприятие, где и познакомился не только с русской публикой, но и с русскими композиторами, поэтами, певцами, которые впоследствии стали его хорошими друзьями: Александрой Пахмутовой, Николаем Добронравовым, Иосифом Кобзоном, Микаэлом Таривердиевым. За выступление тогда Бисер получил лишь третью премию, но большой наградой стали слова Юрия Силантьева: «Песни Кирова вы будете слышать еще много лет». Так оно и получилось.

«Россия – уникальная страна, – считает Бисер, – когда летишь куда-нибудь в Петропавловск-Камчатский, в пути проводишь 11 часов! И кажется, что находишься на самом великом, самом большом корабле в мире. Смотришь в окно и думаешь: «Это же все одна страна! И все зеленое! Нет никого и нет ничего!» Невероятное ощущение».

***

Певец родился в Софии в 1942 году. Его отец был пастором-адвентистом седьмого дня, а мать – художницей. Несмотря на столичное происхождение, Бисер очень привязан к родине отца – маленькой горной деревушке Чокманово.

Именно здесь в 1688 году обосновались мои предки, которые бежали от исламизации Родопов. Сегодня это одна из трех христианских деревень в Центральных Родопах, – рассказывает Бисер.

Мальчик был очень одаренным: окончил с отличием гимназию, с пяти лет играл на скрипке, с двенадцати – на гитаре. С возрастом увлечение музыкой стало вытеснять остальные: отслужив два года в армии, Бисер создал одну из первых болгарских рок-групп «Рефлекс». Но поскольку музыка, тем более рок-музыка, не являлась «серьезным» занятием, с точки зрения его семьи, Киров пошел учиться в Химико-технологический институт, который был в те годы одним из самых престижных учебных заведений. Так что по специальности Бисер мог быть химиком-технологом полупроводниковых материалов. Занятия музыкой Бисер, разумеется, не оставил, будучи уже студентом начал выступать с Георги Минчевым (это ушедший от нас «кинг-рок-н-ролл» Болгарии). Узнав об этом, отец запретил сыну пользоваться фамилией, считая, что пение ее позорит. И Бисер стал выступать как Кропчовский, взяв в качестве псевдонима название своего родового клана в Чокманово. По-болгарски это слово означает «маленький»:

С моим ростом выступать с таким псевдонимом было забавно! – вспоминает певец. – Но когда отец увидел меня на сцене, то понял, что музыка – язык ангелов и такая же миссия, как и богослужение

Так певец состоялся все же именно под фамилией Киров. Настоящий успех пришел довольно рано: 8 октября 1966 года Бисер выступил на Дне студентов в Болгарии и спел так, что его сразу взяли в лучший оркестр Болгарии «Балкантон». С той поры он – Певец уже с большой буквы. И карьера его стала складываться ярко и стремительно. Время летело в вихре выступлений и переездов. Постепенно жизнь стала похожа на слоеный пирог, потому что разделилась на несколько периодов: кубинский, американский, немецкий, русский, и периоды эти то сменялись, то накладывались друг на друга. После первого знакомства с СССР Бисер три месяца безвылазно сидел на Кубе, участвовал в различных фестивалях. В 1968 году приехал на фестиваль в Софию, где получил очередную Золотую медаль. Потом отправился в Барселону, за очередным призом международного музыкального фестиваля. Почти весь 1969 год провел в России – участвовал в первой «Мелодии друзей», выступил в «Голубом огоньке», снялся в нескольких крупных развлекательных передачах. Но потом шесть сезонов давал концерты в берлинском зале «Фридрихштадтпаласт» – ГДР. Попутно в 1971 году выиграл «Золотого Орфея» и выступал в Сопоте.

За годы своей сценической деятельности в одном только СССР Бисер дал около 2000 концертов! Любопытна его характеристика зрителя того времени:

Русская провинция была умной и жадной до впечатлений. Очень чувственная публика… А основу ее всегда составляли интеллигенты, с которыми я много разговаривал прямо со сцены между песнями.

По мнению Бисера, концерт – это соблазнение:

Аудитория должна отдаться тебе, и если она этого не делает, то зачем ты вообще стоишь на сцене?

И она ему всегда отдавалась, в разных залах, странах и городах… В 1989 году Бисер окончил ГИТИС, причем с красным дипломом, и поступил в аспирантуру:

Люблю учиться и считаю, что это делать можно не только в молодости. Например, мама Дина Рида в 68 лет получила юридическое образование…

К вопросу о Риде – Дин был одним из близких Бисеру людей. Рано начался и немецкий период жизни Бисера, который продолжается до сих пор, потому что в Германии живут его дети и сам он постоянно туда наведывается. А впервые попал в ГДР в августе 1967 года, когда его пригласили в телепередачу «Берлин поздравляет Софию». Он исполнил песню на языке Гете, чем сразил аудиторию, а впоследствии записал более восьмидесяти песен на немецком. В его послужном списке также около сорока песен на испанском, двадцати на польском, и двести он спел по-английски:

– Пока мои коллеги развлекались, я учил языки и старался не терять времени даром.

Бисер регулярно бывал и на Кубе, причем каждая его поездка туда продолжалась не меньше трех месяцев:

– Однажды я практически эмигрировал на Кубу – прожил там полгода…

Но в 1981 году попал в страшную автокатастрофу, пролежал 56 дней в реанимации, и его друг, самый известный на Кубе радиоведущий Альберто Фернандес, даже сделал о нем радиопередачу «Воспоминания о Бисере Кирове», потому что СМИ сообщили, что певец умер.

– У меня сохранилась эта программа на кассете, но я ее никогда не слушал, – признается Бисер.

По мнению Кирова, Куба – как наркотический сон:

– Все так чудно, что ты не веришь, что это существует.

В столице революционного духа Бисер, разумеется, сблизился с родственниками Че Гевары:

– Я хорошо знаю его семью, но самого Че лично не знал – прилетел 10 октября 1967 года, когда его уже убили в Боливии.

Особенно крепко Бисер сдружился с Эрнесто Лей Геварой, отцом Че, архитектором, очень интересным, милым человеком.

Он был тогда уже очень пожилым, совершенно седым, ходил в темно-зеленых штанах и в темно-желтой рубашке – выглядел, надо сказать, шикарно, – вспоминает Бисер.

Отец рассказывал, как Че путешествовал по Америке на мотоцикле, как учился, как тайком курил, как жил, лечил… А в 1968 году, когда Дин Рид на фестивале в Гаване представлял свой фильм «Эль Кантор» о великом чилийском певце Викторе Хара (с Ридом же в главной роли), Бисер с Эрнесто Геварой вместе пришли на презентацию поддержать Дина. В последний раз Бисер был на Кубе в 2002 году. Долго не решался туда вернуться, но все же поехал на свой юбилей, чтобы показать снова эту чудесную страну жене.

Знакомые повзрослели, и жизнь изменилась очень жестоко. Страшные 90-е прошли, но оставили свой глубокий след. Раньше никто не попрошайничал на улице, никто не думал о деньгах так, как сейчас, … но надо жить, – рассказывает Бисер.

Кстати, Бисер хорошо знает не только страны проигравшего социализма – он работал и в Америке, в Лас-Вегасе, как variety-певец, и вернулся оттуда, когда умерла мама. Но когда снова появилась возможность поехать в Америку, уже не поехал:

– Америка – это страна, которую человек должен увидеть до 18 лет, и остаться там навсегда.

По мнению певца, в Америке все на своем месте:

Это страна, где нет самоучек, потому что все уже придумано. Просто идешь и покупаешь. И есть одна вещь, которая мне очень нравится, – люди улыбаются. Это не та улыбка, что у нас, но когда повсюду видишь эти улыбки, смотришь на жизнь оптимистичнее. Конечно, с их улыбками не расслабишься, но я и так никогда не расслабляюсь…

А еще Бисер обожает американскую провинцию и кантри-музыку, поэтому активно сотрудничал с Роем Кларком и Роем Орбисоном, даже привез их в 1986 и 1988 годах на «Золотого Орфея».

Теперь же жизнь Кирова тесно связана именно с Москвой:

Моя мечта – увидеть Болгарию в качестве умного посредника между Западом и Востоком. Россия ведь очень близка Болгарии, и процесс сближения Европы и России через Болгарию может протекать мягко, потому что русские принимают болгар гораздо теплее, чем европейцев.

Безусловно, именно Бисер является для среднестатистического россиянина «лицом» Болгарии, что он и сам прекрасно понимает:

Моя публичная работа перед микрофоном всегда была дипломатией. Я же представлял Болгарию, а не какое-то другое государство! Я всегда был частью своей страны. И где бы я ни жил, моя пуповина там и всегда будет там. Для меня Болгария – и альфа, и омега.

Во многом его дипломатической работе в Москве способствуют взаимопонимание и общие цели с послом Болгарии в России г-ном Пламеном Гроздановым, его давнишним другом. Все посольство работает во имя расширения связей между нашими странами.

Анна АРХАКОВА.

Полная версия статьи опубликована в журнале “Крестьянка” (www.krestyanka.ru) №02-2009.

Оттепель

Это было сказочное время. Я учился в Химико-технологическом институте, и весь этот период связан для меня с глубочайшими духовными изменениями. Помню, мы собирались в знаменитом “Молочном баре” на площади Славейкова, где проводились научные дискуссии молодых профессоров Софийского университета. Мы слушали их очень внимательно: ведь они говорили об экзистенциализме, сюрреализме, Хайдеггере, Кафке – все это расширяло наш мир, мы впитывали все. Мы свободно собирались, рассуждали, спорили. И никто не приезжал из органов, не брал лектора за ухо со словами: “О чем это вы здесь говорите?”. Так продолжалось до 1969 года, а потом все сошло на нет, победил конформизм, а оттепель запечатлелась в памяти безумным полетом…

Жена

Я согласен: браки совершаются на небесах. Наш брак не был таким уж ранним – мне было уже 26 лет. И мы с женой дружили с первого курса института, но шесть лет искали себя, пока не поняли, что должны быть вместе. Я всегда говорю, что если женщина не захочет стать твоей женой, то сам ты никогда не женишься. Я нашем случае я три дня упорно отстаивал свою независимость, но в конце концов сдался – и счастлив. Моя жена Митка после свадьбы работала только в “фирме Бисера Кирова”. Она сама не захотела делать самостоятельную карьеру, хотя по образованию инженер, химик-эколог. Предпочла работать в нашей семейной компании – экологом духа! У нас двое детей – дочь Венциноса, 37 лет, и сын Бисер, 35 лет. Нашим внучкам Малене и Елисе четыре и три года.

Болгария и Россия

Геостратегическое место Болгарии очень важно для Европы и России: через нашу страну проходят нефтегазовые пути России на Балканы и в Южную Европу. Наша энергетика связана с Россией. В культуре, письменности, истории и религии Болгария – самая близкая к России европейская страна. Можно сказать, мы рождаемся русофилами. 70% болгар относятся к русским позитивно, история взаимоотношений наших государств преподается с первых классов школы. Какой у меня прогноз развития наших отношений? Есть два варианта: первый – русские покупают недвижимость в Болгарии, и тогда Россия должна задуматься о своей диаспоре у нас. Другой вариант – Болгария станет местом паломничества российских туристов. Убежден, что оба варианта будут работать на благо наших народов.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

У Золушки голубые глаза
клипсы
новости 19-2009
коротко 19-2009
Картонные персонажи & нереальные диалоги
Либер-танго Богдана Ятора
Судьба его – кинематограф
Дольф Лундгрен в гостях у славян
DVD-обзор


««« »»»