НЕПРАВИЛЬНЫЕ МЫСЛИ О ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ ЛЮДЯХ

Заранее приношу извинения взыскательным критикам и строгим ценителям. Более того, этим господам я бы порекомендовал отложить статью, не читая. Это не литературное кокетство; просто все чаще случаются моменты, когда непреодолимо тянет пренебречь профессиональными приличиями. Возможно, заражает пример сограждан, напропалую нарушающих во всех сферах – от министерства до продуктовой лавки – любые законы, включая элементарный здравый смысл.

Для начала рискну оспорить одну мысль господина главного редактора газеты, регулярно печатающей мои сочинения, – что в общем-то с моей стороны явно дурной тон.

Некоторое время назад Евгений Ю.Додолев в одной из своих колонок, посвященных “русской идее”, высоко оценил работы нескольких современных исследователей этой проблемы, упомянув среди них К.Касьянову. Не знаю, какие конкретно труды этого автора он имел в виду; я же читал лишь один – и, кажется, на всю оставшуюся жизнь потерял вкус к дальнейшему знакомству.

Специальность Ксении Касьяновой – изучение национального характера. Главный же тезис ее заметок двухлетней давности в журнале “Знание – сила” – существование в русской культуре “глубинного ценностного ядра, ориентированного на бескорыстие”. Именно поэтому, считает автор, для русского человека непереносимо стремление ближнего к наживе.

О научной методике исследований г-жи Касьяновой красноречиво свидетельствует рассказанная ею история неудачного брака кооператора и бессребреницы, принадлежавших, как она сообщает, к разным национальным культурам. Чтобы лучше понять ситуацию, давайте попробуем проиграть ее в “лицах разной национальности”. Культура жены, конечно же, русская (иначе зачем было весь огород городить), а кем мог быть супруг, разлюбленный за страсть к накопительству? Сразу исключим – по очевидным причинам – все дальнее зарубежье. Итак: муж – кавказец? Попадание на все сто! Абориген одной из среднеазиатских республик? Тоже вполне подходит. Прибалт? Ну еще бы, каждому знаком холодный, расчетливый склад ума этих мещанских наций. А вдруг он из Российской Федерации – татарин, калмык, а то и вовсе какой-нибудь немец или кореец? Представьте, и это годится: у одних на малой родине отары овец, у других плантации отборного лука; все без устали мельтешат по хозяйству и при этом ни один не заикнется о широте и бескорыстии своей натуры.

Или, скажем, более сложный случай: муж-делец – “русскоязычный” представитель самого известного из якобы малых народов. Тут уж вообще – полный культурный антагонизм!

Даже братья-украинцы попадают под подозрение: хитры, прижимисты и вдобавок избалованы черноземной природой. Берем и их на заметку, покуда еще не завершен цыганский (кстати, цыган забыли – их туда же!) эксперимент пана Кравчука по отучению клячи от приема пищи.

Далее – везде. И вот на “нашей” чаше весов бескорыстия русский народ остался почти что в гордом одиночестве, не считая чукчей, нанайцев и нивхов, которым не то что приобретать и копить – им дай Бог последнее не потерять…

Научный вывод отсюда может следовать лишь один: не ходите, девчата, замуж за инородцев, изведут вас проклятые жлобы! Только ведь это не этнопсихология вовсе, а скорее сюжет в духе ранней лирики Эдуарда Асадова и перестроечной кинодрамы Владимира Кунина с Еленой Яковлевой в главной роли.

Данный образец “научной добросовестности”, в общем, не заслуживал бы упоминания, если б не совет К.Касьяновой, обращенный к неким (видно, тоже инокультурным) знакомым, огорчившимся, что дела у них в родной стране идут как-то не так. “Если главная ценность – бескорыстие, то ничего с этим не поделаешь и надо жить с этой ценностью”. Говоря без обиняков, плюньте, братцы, на свои интересы и падайте ниц, покоряясь установкам масс. Они правы, потому что хорошие!

Не буду настаивать, что именно этот принцип, давно взятый на вооружение касьяновскими единомышленниками в самых несхожих культурах, разрушил СССР, а теперь продолжает работу на его суверенных обломках. Но когда богоносцы совкового образца жгут соседа-фермера – живи, гад, бескорыстно, и не рыпайся! – установки у них, может, и глубинные, но не имеют ничего общего с “ценностным ядром”. Культура тем и отличается от антикультуры, что никому не навязывается силой. В противном случае ее зовут иначе: террором. Политическим или психологическим, государственным или, как в семье знакомых К.Касьяновой, бытовым…

Устраивать идейные разборки спустя два года тоже как будто нехорошо: ведь идеи с тех пор могли и поменяться… Согласен – просто г-жу Касьянову я вспомнил недавно, прочитав интервью с человеком “Дня” Владимиром Бондаренко. Он, оказывается, теперь записался в ценители “рока русского сопротивления”, воплощенного в лицах музыкального панка Егора Летова и металлиста по кличке Паук.

Ссылки В.Бондаренко на то, что газета “День”, мол, тоже авангард, откровенно натянуты. Зато замечательны другие его слова: “если мы хотим бороться за Россию, то должны любить все то, что любит Россия”. Вот он, “касьяновский метод” в чистейшем виде! Это вам не Мераб Мамардашвили, отказавшийся “бороться за Грузию”, когда та всенародно избрала несимпатичного лично ему вождя. Да что понимал этот нерусский философ в глубинных ценностях…

Но опять-таки, давайте разберемся, действительно ли всей России так уж свойственно поголовное пауколюбие? Не удержусь от очередной неприличности, которая у публицистов называется “чтением в сердцах” и расценивается как крайне недобросовестный прием. Как говорится, семь бед – один ответ. Ну что хотите делайте со мной, не поверю, будто Владимир Григорьевич вдруг проникся искренней любовью к панкоте! Мало того, что прославляемый им до последнего времени консервативный идеал несовместим с богемой (в переводе на русский – цыганщиной), которой, по сути, все один стёб – что “русское сопротивление”, что какие-нибудь “сиськи в тесте”. Но есть еще эффект, который ученые называют импринтингом: все люди, в том числе нашего с В.Бондаренко поколения, способны по-настоящему любить лишь то, что сделано ими самими или смолоду запало в душу. Джаз, Высоцкий, “Битлз”, у отдельных оригиналов – каэспешная туристская лирика… Или – выборочно – вещи еще более старые, но никак не появившиеся “после нас”. Конечно, есть исключения из правил, но эти “возрастные вывихи” давно известны наперечет.

Дело не в терпимости или враждебности к чужим вкусам: когда В.Бондаренко говорит о своих расхождениях с Беловым и Распутиным по поводу рок-музыки, охотно ему верю. Я и сам ничего не имею против ее существования… только те два-три раза, когда приходилось сопровождать на рок-концерты юную дочь (пока не появился кавалер более подходящего возраста), после скачущей и орущей тусовки выползал на свежий воздух полупарализованным. Как же, наверное, должен мучиться коллега, которого патриотизм гораздо чаще обрекает на “русское сопротивление” такого рода!

Впрочем, повторю – это всё мои домыслы. Как и догадка насчет того, что духовная потребность товарища Бондаренко в панках и анархистах, напропалую тусовавшихся прошлой осенью в горячих точках столицы, совершенно того же свойства, что политическая нужда депутата Алевтины Федуловой в актрисе Наталье Гундаревой, занявшей почетное место в думском списке блока “Женщины России”. Только едва ли бывшей “комсомольской богине” пришлось ради этого насиловать свои вкусы.

Закончу свой неправильный этюд тем, с чего начал: если что не так, извините…

Михаил ГЛОБАЧЕВ.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Веденеева. Хит-парад
ЭКСТРЕМИСТОВ – НА СЦЕНУ
ПАРФЕНОВСКИЙ ПРИЩУР
Политковский. ТВ-парад
Владимирская. Любимый мужчина
ПЕЙЗАЖ ВМЕСТО БИТВЫ
ГОРЬКИЕ ГЛАЗА АХМАДУЛИНОЙ
ОКАЗЫВАЕТСЯ, КАШПИРОВСКОГО “ОТКРЫЛ” ШАХИДЖАНЯН
ПОЛНЫЙ… ЦУГЦВАНГ
…НЕ ЗАРАСТЕТ НАРОДНАЯ ТРОПА?
ОХОТНИКИ ЗА ЗНАМЕНИТОСТЯМИ
Лоза. Любимая женщина
Черный юмор
АЛИБАСОВ НЕ ОДОБРЯЕТ ВЫБОР ПУГАЧЕВОЙ
У КОБЗОНА НЕТ ДЕНЕГ НА ФОНОГРАММУ


««« »»»