Оппозиция лишних

После ухода Григория Явлинского из руководства «Яблока» в России с новой силой вспыхнули политические дискуссии о тактике оппозиции. Конечно, сама по себе смена начальства в правой партии, которую, по разным данным, поддерживают от 3 до 5% взрослого населения страны, – не слишком масштабное событие. Но показательное.

Потому что раскол в «Яблоке», к чести его, связан не с личными качествами начальства, а с теоретическими разногласиями: Явлинский был всегда ориентирован на легальный диалог с властью и неоднократно заявлял, что надо работать с той властью, которая есть. Ему противостояло более радикальное крыло, представленное Максимом Резником: никакого сотрудничества, война по всем фронтам. Кто победил и что будет делать Митрохин – понять пока трудно, но вопрос остается: у сегодняшней русской оппозиции в самом деле нет ничего. Ни опоры, ни тактики, ни внятной цели.

Всякому оппозиционеру надо начать с ответов на два вопроса: 1) Что вам не нравится? 2) Что вам нужно? Но именно с этими фундаментальными проблемами наблюдается главный напряг. Проще ответить, что нам НЕ нужно – и в этом, думаю, едино подавляющее большинство населения. Нам не нужна революция – ни в бархатном, ни в наждачном варианте. Не нужно внешнее управление, и нежелателен рост чужого (не важно – восточного или западного) влияния на наши дела. Не нужна сырьевая экономика, поскольку она приводит к деградации общества, и нежелательно наступление на права человека – по той же причине. В этом смысле устремления власти и оппозиции совершенно совпадают, и спорить по этим вопросам бессмысленно.

Стало быть, имеет смысл спорить о другом: о том, что у общества нет ни малейшей возможности влиять на решения власти. О том, что в обществе отсутствуют вертикальные лифты (и главный идеолог страны вслух, публично задается вопросом, куда они должны вести: не в «Газпром» же?!). Сегодня эксплуатация местной рабсилы не ограничивается ни юридическими, ни нравственными законами, а бороться за права себе дороже: на место любого такого борца, вышвырнутого работодателем, немедленно набежит десяток голодных, жаждущих работать на любых условиях. А поскольку эти условия остаются сколько-нибудь приличными в 3 – 5 больших городах, концентрация и централизация достигают апогея. То есть главная проблема осовремененной России, насколько можно судить с позиции этого самого наемного работника, – чудовищно низкий процент тех, кто впущен в дивную новую жизнь, страшная конкуренция за право попасть в этот передовой отряд и непомерное количество тех, кто по умолчанию не нужен для будущего. В разряд ненужных попадает две трети российской провинции (кроме сырьеносных регионов), люди в возрасте от 18 до 25 и от 45 до плюс бесконечности, а также большинство профессий, не связанных непосредственно с обслуживанием «трубы» и ее владельцев.

Так определяется и социальная база грядущей оппозиции: это все, кто не попадает в так называемую рекламоемкую аудиторию. Все, кроме среднего возраста, среднего класса и среднего вкуса. Цель этой оппозиции (с которой надо, конечно, работать, агитировать, собирать ее в партийные ряды и вообще вытаскивать из немоты) определяется очень просто: заставить себя слушать. И это, я убежден, у нее получится. Потому что главная беда сегодняшней российской власти и ситуации в целом формулируется просто: при ней две трети, если не три четверти населения страны ощущают себя лишними. А программа оппозиции должна быть элементарна: лишних у нас нет.

Думаю, на этой платформе легко сплотить левых, правых, зеленых с красными и даже черных с рыжими, если иметь в виду Квачкова и Чубайса.

Дмитрий БЫКОВ.

Полная версия статьи опубликована в журнале “Компания” (www.ko.ru) №25 (518) за 2008 г. (главный редактор Евгений Ю.Додолев).


Дмитрий Быков

Русский писатель, журналист, поэт, кинокритик, биограф Бориса Пастернака и Булата Окуджавы.

Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Смешались в кучу…
Белый плащик «Тату»
Наш друг библиотека
Я посвятила опере жизнь


««« »»»