Смешались в кучу…

Недавно в Третьяковской галерее прошла очередная (пятая по счету) церемония награждения по программе фонда Владимира Потанина «Меняющийся музей в меняющемся мире». Программа эта, направленная на поддержку наиболее интересных инициатив музейщиков со всей огромной территории нашей страны, конечно, чрезвычайно важна, и результаты ее, в том числе и в этом году, безусловно, плодотворны.

Предыдущие церемонии не оставили сколько-нибудь заметного следа в моей памяти, однако, в нынешнем году меня поразила вопиющая разностильность компонентов шоу, уходящих своими корнями в самые разные, в том числе принципиально несовместимые, пласты отечественной и мировой культуры. Причем речь идет не о распределении премий – здесь разнонаправленность не только оправданна, но и необходима, – а о режиссуре и построении самой церемонии.

Представьте себе актовый зал Инженерного корпуса Третьяковки, его стилизованный строгий интерьер. Большинство аудитории составляют музейные работники с разных концов страны – лауреаты, бывшие лауреаты и эксперты. Среди них теряются приглашенные разномастные общественные деятели и представители. Царит доброжелательная атмосфера, характеризующая провинциальную интеллигенцию, не избалованную презентациями.

И тут на сцене появляются существа из совершенно иного мира – высокие манекенщицы в ярко-красных длинных платьях с разрезом, откуда они, развернувшись, выставляют по прекрасной ноге, как говорится, до «ватерлинии». У них есть своя функция – в руках они держат призы, но главное ощущение – что они приехали сюда, а не в Куршевель, по ошибке – сохраняется.

Когда после ухода дам за кулисы на сцену выходит молодой, энергичный и, безусловно, профессиональный ведущий, на первый план выдвигается новый слой культуры – презентационный, тем более что параллельно на экране разворачивается мир выверенных рекламных роликов и видеопрезентаций, характеризующих спонсора программы, различные ее разделы и номинации и, наконец, музеи-лауреаты.

Далее следует речь нового министра культуры, и вступает в силу советская традиция. Некоторые положения этого ключевого выступления провоцируют злословие в зале – акцент неожиданно ставится на умении музеев «хозяйствовать», а присутствующие лучше других знают, что сегодня это опасно для жизни. Министерство финансов делает все возможное для ограничения экономической самостоятельности бюджетных организаций, выталкивая их в автономные, каковыми крупные и средние государственные музеи по определению быть не могут.

Несостыковка разных типов культуры прорывается и в сценическом действии, и еще в большей степени в художественных номерах, как водится, время от времени прерывающих протокольный ход церемонии.

Один из номеров был посвящен аргентинскому танго. Молодой солист сначала исполнил на скрипке мелодию Астора Пьяццоллы, а затем сыграл и спел песню самого Карлоса Гарделя, попав в «десятку» эмоциональных предпочтений женского большинства аудитории, взращенной не только музейными экспонатами, но и латиноамериканскими телесериалами, и их отечественными аналогами.

А вот последний эстрадный номер поднял эклектику церемонии до вершины Вавилонской башни, заставив благонравных и консервативных музейщиков лицезреть образец профанации: номер из мюзикла, представленный бравым ведущим как «современное прочтение» шекспировской трагедии, где дамы задирали юбки, демонстрировали трусики и зазывно вертели задом…

Иными словами, полный триумф глобальной массовой культуры: музеям, видимо, действительно придется «хозяйствовать».

Полная версия статьи опубликована в журнале “Компания” №23 (516) за 2008 г. (главный редактор Евгений Ю.Додолев).


Кирилл Разлогов


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Я посвятила опере жизнь
Белый плащик «Тату»
Оппозиция лишних
Наш друг библиотека


««« »»»