Крымский узел

События, происходящие сегодня в Крыму, для России выходят далеко за рамки Крыма и отношений с Украиной. За последний год мы стали свидетелями очень серьезного вызова для российских властей, который может повториться и в других регионах бывшего Союза. После распада Советского Союза многие национально-территориальные образования объявили о своем желании присоединиться к России, боясь за свое будущее в составе новых независимых государств, где, как правило, доминирующее положение захватили национал-коммунисты или национал-демократы, принадлежащие к титульной нации. Карабах, Южная Осетия, Приднестровье, Абхазия, Крым и, думаю, это не предел, не видят возможности своего существования внутри Азербайджана, Грузии, Молдовы, Украины. Явным образом ощущается политическая и интеллектуальная неспособность нынешних российских властей объяснить как своим соседям по бывшему Союзу, так и западным партнерам возможную роль и место России при разрешении этих конфликтов по периметру своих границ. Безаговорочное признание принципа, что вышеназванные конфликты являются внутренним делом этих республик лишает Россию как возможности активно повлиять на процесс разрешения уже существующих проблем в зонах конфликта, так и предотвратить возможное появление новых конфликтных зон, например, в Казахстане или на востоке Украины.

Кризисное развитие политической ситуации в Крыму, возникновение в результате этого напряжения в отношениях Москва – Киев, свидетельствуют о тупиковости такой линии поведения. Оно чревато угрозой распространения силовых способов решения подобных конфликтов с известными результатами, с чем мы сталкиваемся на примере бывшей Югославии. В Крыму во многом ситуация подошла к критической черте, за которой могут быть исчерпаны все мирные возможности разрешения кризиса. В течение последних пяти лет политические силы полуострова, ориентированные на сохранение территориальной целостности старого Союза, а затем, когда не удалось сохранить Союз, воссоединения Крыма с Россией, делали все, чтобы мирным конституционным путем, через волеизъявление народа осуществить воссоединение. Они рассчитывали на такое же уважение по отношению к волеизъявлению крымского народа, какое было проявлено по отношению к декабрьскому референдуму на Украине со стороны союзных властей в 1991 году. Несколько референдумов, проведенных на полуострове, выборы президента и Верховного Совета в прошлом году под лозунгами воссоединения с Россией, ни у кого не оставили никаких сомнений об истинных намерениях крымского народа по поводу своего будущего. Однако самое большое разочарование крымчан принесла не борьба за воссоединение с Россией, а победа в этой борьбе. Оказалось, что все продекларированные цели на выборах Мешковым и блоком “Россия” недостижимы, так как требовалось не только желание Крыма воссоединиться с Россией, но и желание российских властей пойти навстречу стремлениям крымчан. В итоге, будучи весьма уязвимы в сфере экономики со стороны Киева, крымские пророссийски ориентированные политики не смогли реализовать ни одно предвыборное обещание, кроме перевода часов на московское время. На полуострове не появился рубль как платежное средство, не пошли туда российские энергоносители, не появились российские инвестиции, при готовности крымских властей открыть зеленую дорогу любому потоку, идущему из России. Весьма спорный принцип, что Крым – внутреннее дело Украины, парализовал деятельность российских властей, в то время как Украина прибегла к карательным мерам в экономической, административной и информационной сферах. Ничуть не будучи апологетом старого Верховного Совета РФ, должен сказать, что решение российского парламента 1992 года о незаконности процедуры передачи Крыма Украине хотя и автоматически не меняет статус полуострова, но, по крайней мере, делает его весьма спорным. Таким образом, у России есть не только политическая необходимость вовлечения в процесс разрешения конфликта по линии Киев – Симферополь, но и серьезные юридические основания для подобного вовлечения. Тупиковость российской политики, основанной на принципе “Крым – внутреннее дело Украины”, привел не только к тому, что Россия теряет по крайней мере спорную территорию, имеющую серьезное военно-стратегическое и психологическое значение для России и ее народа, но и фактически способствует снижению статуса республики ниже областного. Пока народ, Президент и Верховный Совет Крыма были едины, была попытка крымскими властями обрести минимальные признаки государственности, что являются банальностью для российских республик и областей. Они попытались взять под контроль силовые структуры полуострова, начав с милиции. Хотя это и встретило резкое сопротивление Крыма, но общий кризис в самой Украине, преддверие президентских выборов в этой республике, желание получить голоса крымчан и относительная сплоченность народа полуострова не позволили Киеву эффективно противодействовать этому. Вот тут российские и крымские власти допустили решительный промах. Вместо совместных российско-крымских усилий на вполне легитимной основе по укреплению и консолидации крымских властей и достижению окончательного контроля Мешковым и Верховным Советом Крыма над силовыми структурами, Россия самоустранилась, а крымские власти, неопытные в политике и государственных делах, столкнувшись с санкциями Киева и фактом самоустранения России, начали выяснение отношений между собой. В итоге они резко ослабили позиции как Президента Мешкова, так и Верховного Совета. Отставка правительства Сабурова ознаменовала на данном этапе окончательное поражение ориентированных на Россию сил. Не ведая, что творят, депутаты Верховного Совета Крыма, лишив Мешкова полномочий и отправив в отставку приехавших из Москвы министров во главе с Сабуровым, передал всю полноту власти в руки Анатолия Франчука и нового правительства, которое оказалось фактически выведенным из-под контроля крымского парламента и напрямую подчинялось президенту и правительству Украины. Дальнейшее добивание пророссийских политических сил в Крыму оказалось делом техники. Воспользовавшись как событиями в Чечне и занятостью России исправлением своего подпорченного “имиджа” в мире, так и готовностью российского руководства по-прежнему считать Крым “внутреннем делом Украины” и тем самым открыть зеленый свет для устранения “раздражающего крымского фактора” (как выражались российские дипломаты) в российско-украинских отношениях, Киев приступил к фактической ликвидации крымской автономии. Последовали решения Верховного Совета Украины и президента, согласно которым ликвидировали должность президента Крыма и ныне действующую Конституцию, а Верховный Совет Крыма лишили возможности контроля над правительством. Указом президента Украины дезавуировано решение крымского парламента об отставке премьера крымского правительства Франчука, а само правительство подчинено непосредственно украинскому правительству. Таким образом, крымчане за свою политическую наивность и за бездействие России испытали горькое разочарование в президенте Кучме и в российских властях. Иронично, что, обещав заключить договорные отношения с Крымом и на этом получив почти все голоса крымских избирателей, сегодня Кучма именно из Крыма начал, как заявил глава администрации президента Украины Табачник, строительство исполнительной вертикали. Там, где предполагалось начать строительство основ федерализма в отношениях Киев – регионы, именно там сегодня украинские державники строят жесткую иерархическую систему власти. Воистину пророческими оказались мои предупреждения, сделанные крымским избирателям накануне выборов, чтобы они отказались от участия в президентских выборах Украины и тем самым не придали легитимного характера как власти президента Украины в Крыму, так и факту принадлежности Крыма Украине. Я исходил из очевидного факта, что не может быть доверия в неизменности политической линии того или иного политика. Сегодня Кучма блестяще доказал правоту моих слов. Идя на радикальные реформы он узменил своему электорату и фактически освободил себя от всяких обязательств как перед крымчанами, так и перед другими избирателями с востока Украины.

В сложившейся ситуации в Крыму ни президент, ни Верховный Совет не обладают реальными возможностями сопротивляться давлению Киева. Народ в основном пассивен и испытывает апатию к происходящему. Вся надежда пророссийски ориентированных сил в Крыму на активное вмешательство России. Однако на этом фоне заключенные договоренности о реструктуризации украинских долгов России и фактическая высылка выездной консульской группы из полуострова способны полностью деморализовать как политиков, так и большинство русского населения в Крыму. Средства массовых информаций на полуострове прочно контролируются руховцами и антироссийскими силами. Журналисты третируют президента и Верховный Совет Крыма.

Подобное развитие событий в Крыму способно нанести и уже нанесло серьезный ущерб по престижу России в “ближнем” и “дальнем” зарубежье.

Поражение пророссийски ориентированных политических сил на полуострове и прямое подчинение Крыма Киеву усложнит и так довольно нервозное состояние Черноморского Флота, личный состав и офицеры которого подвергаются постоянному экономическому, административному и психологическому давлению со стороны украинских властей. Это, в свою очередь, ослабит позиции России на переговорах по судьбе флота и береговых сооружений. Нанесет удар по надеждам на федерализацию Украины, что в долгосрочном плане сохранило бы Украину в русле стратегических интересов России и предотвратило бы усиление антироссийских настроений в российско-украинских отношениях.

Крымские руководители говорили мне недавно в Симферополе, что Крым самостоятельно не сможет сопротивляться давлению Киева, и, возможно, все закончится окончательной ликвидацией автономии полуострова. Вся надежда крымчан на Россию. Президент Мешков и председатель Верховного Совета выразили надежду, что Россия проявит большую активность и даст понять Украине, что она не согласится с ликвидацией автономии и не заключит договор с Украиной до тех пор, пока Киев не заключит договор с Крымом.

Какова же позиция России и она не может или готова сделать в отношении Украины по крымскому вопросу?

Кризисное развитие крымской ситуации выявило два подхода к российско-украинским отношениям в широком смысле и, в частности, по отношению к Крыму. Сторонники жесткой линии, в основном представлящие депутатов разных фракций в Думе, считают необходимым применить весь арсенал экономического, политического и информационного давления на Украину, чтобы, учитывая серьезную зависимость этой страны от России, добиться проведения украинскими властями благоприятной для России политики в Крыму и в отношениях с Россией.

Президент России и государственная делегация во главе с О.Сосковцом пока еще придерживаются той линии поведения, что ужесточение позиции России с Украиной не даст ощутимых результатов, наоборот, сплотит различные политические силы на Украине под лозунгами украинских националистов на антироссийской основе, нанесет ущерб России в ее отношениях с “дальним зарубежьем”, которые вслед за украинскими националистами будут обвинять Россию в “имперским амбициях”. Политики этой ориентации исходят из принципа, что “Крым – это внутреннее дело Украины” и что попытки оторвать Крым от Украины могут обернуться полной потерей для России самой Украины. Они считают, что шаг за шагом, укрепляя интеграционные связи в конкретных направлениях экономической деятельности, можно удержать Украину в целом в сфере влияния России и поэтому предпочитают не выпячивать крымскую проблему.

Как бы то ни было, сегодня сторонники жесткой линии требуют ужесточения позиций России по отношению к Украине и даже грозятся вотумом недоверия правительству, если этого не будет сделано. При этом разворачивается кризис власти на Украине на фоне углубляющегося кризиса экономики. Пока не очень ясно, смогут ли российские власти воспользоваться углублением политического кризиса на Украине для смягчения последствий поражения пророссийских сил в Крыму. Вместе с тем, нельзя не учитывать еще два фактора, могущих серьезно повлиять на выбор политики Россией по отношению к Украине. Первое, согласно опросам, большинство россиян не считает положение в Крыму “внутренним делом Украины”. И наконец Россия вступила в активную фазу предвыборной борьбы, и крымская карта будет разыгрываться многими политиками и избирательными объединениями в этой борьбе. Так что рано еще делать окончательные выводы о том, как повлияют события в Крыму на Украину и какое они окажут воздействие на характер взаимоотношений между двумя некогда братскими республиками.

Андраник МИГРАНЯН,

главный редактор “Моей Газеты”


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Комментарий к криминальной статистике
“Русская пехота” в Америке
Новые подходы к формированию финансово-промышленных групп
Какова перспектива проведения парламентских и президентских выборов в конституционно установленные сроки?
Первая концепция радикальной реформы
Обзор прессы-13


««« »»»