Юлиан Семенов & зарубежная пресса

В этом году писателю Юлиану СЕМЕНОВУ исполняется 80 лет. В преддверии масштабного юбилея «Культурный Фонд Юлиана Семенова», который учрежден младшей дочерью писателя Ольгой, намерен провести ряд мемориальных мероприятий в России, Украине и других странах, где помнят легендарного литератора. Фонд учредил Оргкомитет, координирующий мероприятия; возглавили его журналисты-писатели Евгений Ю. Додолев & Дмитрий Лиханов, которые под руководством Юлиана Семеновича разрабатывали проект «Совершенно секретно», ставший первым независимым СМИ в СССР. Предлагаем читателям сегодняшнего номера отрывок из интервью Семенова французской газете «Литературный Фигаро» и несколько статей, посвященных писателю, опубликованных во французской прессе в 1990 году. Фото из семейного архива Семеновых.

«Литературный Фигаро»: Как и «Русский дом» Джона Ле Карре, ваш «Инженер Горенков» («Репортер») – настоящий защитник перестройки.

Юлиан Семенов: Этот роман – продолжение моей первой детективной книги «Петровка, 38». Я написал его именно потому, что являюсь сторонником Горбачева и вижу опасность фашизма в Советском Союзе. Все мои детективные романы были средством «донести мысль». Вы, конечно, поняли, что в книге я пишу об антисемитской организации «Память», которая приговорила меня к смерти еще два года назад, но так меня и не прикончила! Я говорю в романе и о мафии, существующей у нас в самых высоких эшелонах власти, и о коррупции. Эта проблема, с тех пор как о ней стали писать, несколько уменьшилась.

– Коррупция, взятки, экстремистские движения… Советские знают обо всем этом. Зачем им об этом рассказывать?

– Одно дело когда об этом говорят, другое – когда этот разговор распечатан миллионами экземпляров. В последнем случае это становится фактом истории. Этой книгой я хотел привлечь внимание читателей на опасность фашизма и ультраконсерватизма… И поверьте мне, эти консерваторы не будут походить на тех, что подле Маргарет Тэтчер, это будут консерваторы русские, страшные!

– Как была принята книга критикой?

– Не было ни одной статьи в прессе, хотя книга, выпущенная тиражом в 1.100.000, разошлась в магазинах за два часа! В магазине она стоила 5 рублей, спекулянты перепродавали ее в десять раз дороже.

– Персонажи вашей книги: полицейские, мафиози, за – или противоперестроечные аппаратчики много говорят о прошлом, о Сталине, о Гитлере и особенно часто о Ленине, цитаты которого вы приводите…

– В статье, которую «Новый мир» отказался опубликовать, я задавал вопрос: «Нужен ли марксизм – ленинизм перестройке?». Ответ был : «Нет», потому что марксизм – ленинизм – это открытие Сталина. Мы не можем использовать марксизм сегодня, потому что Маркс не знал, что такое реактивный самолет. Он не знал Эйнштейна и Сахарова. Использовать сегодня рецепты прошлого века равносильно лечению больного раком лекарствами от насморка! Но если мы внимательно прочтем работы Ленина 1922-1923 годов и если мы их применим на практике, несмотря на сопротивление консерваторов, экономическая ситуация в стране через год изменится. Ленин, долгое время проживший в Европе, желал Европы для России, желал индивидуальной деятельности и, главное, желал избавиться от Сталина!

– Шовинизм, описанный вами в книге, эти члены общества «Добрая старина», жутки.

– Американский журналист, приехавший в Москву меня интервьюировать, тоже был напуган захватившими Дом литераторов фашистскими коммандо. Но что поделаешь? На мой взгляд, надо писать книги, как «Репортер».

– В книгах вы осуждаете Брежнева и Сталина, а ваши отношения с шефом КГБ тех лет были дружескими…

– Я горжусь тем, что Андропов любил мои книги и спас три из них от запрета цензуры. Никто на Западе не знает, что первым делом сделал Андропов, когда он сменил Брежнева. Я вам скажу. Он пригласил ученых, историков и попросил их как можно быстрее подобрать все документы о нэпе. Ему не удалось преодолеть сопротивление бюрократии, но Горбачев сейчас это делает.

С одной стороны люди, считающие, что перестройка идет слишком медленно, с другой – те, кто ее полностью отрицают, и народ, предпочитающий словам полные прилавки. Есть ли в такой ситуации у Горбачева шанс выиграть?

– Нельзя отделять Горбачева от людей, верящих в него. Мы – вместе. Если ему не удастся, значит нам не удастся. Если у него ничего не получится – организуйте кампанию по освобождению меня из тюрьмы! Но я – оптимист. 4 февраля этого года 250.000 людей вышли на улицы, чтобы поддержать перестройку, демократизацию и плюрализм. Я оптимист в отношении Горбачева, поскольку я оптимист в отношении меня самого! Все, что я сделал в жизни, основанные мной журналы и газета, все это, созданное для миллионов людей, должно будет исчезнуть? Это невозможно!

– Почему вы доверяете Горбачеву?

– Я был в Женеве в 1985 году во время встречи Горбачева с Рейганом. Во время пресс-конференции, последовавшей за встречей, я оказался за столом рядом с Раисой Горбачевой, которая, как и я, член Культурного Фонда СССР. Конференцию вел Замятин, занимавшийся тогда делами информации в ЦК. Я поднял руку, чтобы задать вопрос Горбачеву; Замятин меня не заметил. Я поднимал руку еще дважды, но он всякий раз давал слово американцам и англичанам. Затем он объявил, что конференция закончена. Я поднялся и сказал: «Минуту, пожалуйста. Я три раза просил разрешения задать вопрос М. Горбачеву». Замятин повторил, что конференция закончена. В этот момент Горбачев, с которым я познакомился в 1973 году в Ставрополе сказал: «Я знаю писателя Семенова и уважаю его. Я отвечу на его вопрос». Пассаж Горбачева, в котором он говорил, что он меня уважает, был просто-напросто вырезан во время показа пресс-конференции по телевидению. Вот вам пример официального антисемитизма!

– И несмотря на это вы остаетесь оптимистом?

– Да, но при этом я процитирую вам фразу большого американского писателя Марка Твена: «Нет зрелища грустнее, чем молодой пессимист, за исключением зрелища старого оптимиста».

* * *

Русский Сименон, советский Ле Карре, папа римский московского детектива, бизнесмен – издатель, журналист газеты «Правда», Юлиан Семенов, 59 лет, коллекционирует профессии и прозвища с редким счастьем и добавляет, дабы поддержать тайну, окутывающую его прошлые и нынешние отношения с советским руководством: «Я еще и генерал КГБ. Очень своеобразный, конечно, ведь я не член партии, и полукровка!» Тут следует взрыв громадоподобного смеха, сотрясающего всю внушительную фигуру этого боксера в сталинскую эпоху, когда «отец народов» держал в тюрьме его отца.

Семенов в форме – его мотивирует бой за перестройку Горбачева.

С тех пор как в России «гласность», он начал издание журналов «Детектив и Политика» и «Совершенно секретно», и издательство ДЕМ – первое в союзе с капиталистической страной – Францией.

После тридцати лет плодотворной литературной деятельности, 30 миллионов экземпляров, проданных в СССР и за рубежом, Семенов публикует свой новый роман у Бельфона.

Бруно Курти, Франция, «Фигаро», 9.04.1990.

* * *

«Перестроечный детектив»

Он зовет Горбачева исключительно Горби, защищает перестройку со всей своей недюжинной энергией, очень любит выдавать себя за двойного агента и как никто умеет получать авторские гонорары. Юлиан Семенов – это явление. Репортер «Правды», известный детективный писатель, которого, к зависти многих, прозвали «советским Сименоном», стал известен, публикуя шпионские романы, в которых хорошими были русские, и плохими – европейцы. Результат: двадцать миллионов экземпляров книг, в которых стиль прежде всего эффективен.

Освобождение в помощь, он легко погрузился в новую область, бывшую ранее для журналистов и писателей запретной. Он пишет о проституции, подпольной торговле, наркотиках. С «Инженером Горенковым» он зашел очень далеко. В нем мы наблюдаем страшную борьбу между прогорбачевцами и противниками реформ. Вертикальное погружение в ситуацию, очень близкую к реальности.

Интрига строится вокруг личности Варравина, понятное дело названного Иваном (именем, одновременно и самым распространенным в России, и именем царя Грозного) – журналиста в «Трибуне Москвы», сына героя, борца за новый стиль работы, против «четвертой власти». Иван, компенсирующий в своей работе семейные неурядицы (его жена загипнотизирована гадалкой), расследует причины опалы инженера Горенкова, выгнанного с работы, оклеветанного, посаженного в тюрьму. Действие происходит в тот момент, когда в Москве консерваторы объединяются против Горби.

Роман написан в форме репортажа. Здесь описано все: и предместья, в которых молодежь безнадежно скучает и пускается на хулиганские выходки, и механизм государственной коррупции. Семенов чудесно рассказывает о карьере молодого аппаратчика, напуганного одной мыслью потерять свои маленькие привилегии, препарирует феномен диктатуры, показывает колоссальную работу, которую необходимо проделать, чтобы вернуть честным людям силы и смелость, столь необходимые каждый день. Журналист ведет расследование, изучая записи своего героя. Грех ли это против партии: придумать формулу, при которой строители принесут стране прибыль? Почему он себя так вел, этот инженер? Чтобы скрыть свои собственные заработки, действовать согласно дикому капитализму, или чтобы привить своей бригаде вкус к работе?

Расследование продолжается в каждой новой главе. По всему видно : журналист мешает. Кто кого одолеет, как говорили во времена Ленина… Ответ – на последней странице, и, поскольку в нем – интрига, я его не открою даже за все рубли в мире. Но поверх всех детективных интриг в романе есть аспект «расследование – правда». И это расследование – о борьбе за власть. И это – уже не авторская выдумка.

Даниэль Бризон, Франция, «Последние новости Альзаса», 09.04.1990.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Коротко
ТВ-бизнес – это война
В новом амплуа
На все руки мастер
Актриса, которую люблю


««« »»»