За здравие и упокой?

Реакция отечественных СМИ на только что завершившийся Каннский кинофестиваль характеризовалась шизофренической двойственностью. Все началось с победных реляций: впервые более чем за 10 лет в конкурсе этого действительно крупнейшего кинофестиваля в мире оказались две российские картины – «Изгнание» Андрея Звягинцева и «Александра» Александра Сокурова. А ведь в последние годы не было ни одной не только в Каннах, но и в Берлине, а порой – и в дружественной Венеции. Фанфары трубили вовсю, и в прогнозах виделась вожделенная «Золотая пальмовая ветвь», которая выпала соотечественникам лишь однажды, в конце далеких 1950-х за фильм «Летят журавли».

Инерция триумфализма оказалась весьма внушительной. После холодного приема картины Звягинцева в фавориты прочили «Александру», невзирая на демонстративный отказ Сокурова приехать в Канны.

И тут все более отчетливо зазвучала новая тема – происков наших врагов. Неоднозначное восприятие основных конкурсантов из России «срезонировало» с неожиданным и малоприятным для отечественных политиков показом документального фильма-сюрприза Андрея Некрасова и Ольги Конской «Бунт. Дело Литвиненко». Комментарии на основных телевизионных каналах стали напоминать период «холодной войны». Парадокс современности состоял в том, что через пару минут после обличительного пассажа о недопустимой «политизации» фестиваля (а он действительно политизирован, правда, скорее против Буша, чем против Путина) следовал как ни в чем не бывало гламурный репортаж оттуда же о присуждении каннских премий ювелирной компании «Шопар»…

То есть, с одной стороны, неудача списывалась, как в добрые старые времена, на «их» происки («империалистов» теперь вслух называть бестактно – мы сами хотели бы стать такими), а с другой – триумф отечественных кинематографистов объявлялся достигнутым (тоже, как в добрые старые времена).

В результате вполне достойный приз Константину Лавроненко за лучшую мужскую роль в фильме Звягинцева предстал чуть ли не поражением – ведь главные награды нам опять не достались, а победу румынских фильмов – «Золотая пальмовая ветвь» ленте Кристиана Мунджиу «4 месяца, 3 недели и 2 дня» и приз секции «Особый взгляд» «Бесконечности» («Калифорнийской мечте…») Кристиана Немеску – кое-кто у нас поспешил объявить «данью вступлению страны в ЕС»!

А ведь ничего из ряда вон выходящего не произошло. Два фильма из крупной кинопроизводящей страны в каннском конкурсе – вполне обычная практика. Отбор на юбилейный фестиваль работ знаменитых режиссеров разных поколений, к которым вполне можно причислить и Сокурова, и Звягинцева – тоже, тем более, что оба наших фильма подоспели вовремя. Победные реляции по поводу того, что в порядке вещей, на мой взгляд, неуместны, как и чрезмерные надежды, выдаваемые за реальность. Приз Лавроненко – вполне достойное для нашей национальной кинематографии завершение юбилейного фестиваля, а появление Литвиненко – не столько «происки врагов», сколько результат естественного в системе массовой культуры стремления заработать на скандале.

И приходит крамольная мысль: может быть, не надо морочить голову обывателям, а спокойно и скромно, как румынские кинематографисты, набирать очки: два года назад фильм «Бухарест, 12-08» стал в Каннах победителем «Двухнедельника режиссеров», в прошлом году «Смерть господина Лазареску» получила «Золотую камеру» за лучший дебют, ну, а в этом – и вовсе пожинали лавры… И Европейский Союз тут совершенно ни при чем.

Кирилл РАЗЛОГОВ.

Редуцированная версия статьи опубликована в журнале “Компания” (www.ko.ru) №21 (464) за 2007 г. (главный редактор Евгений Ю.Додолев).


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Любимая
Страшная мстя
Жанна Жердер: Так не бывает
Как два пришельца


««« »»»