Парадокс Мельниченко

«La Stampa» описывает свадьбу Андрея Мельниченко в тонах скорее иронических, отечественная – в подобострастных. Один из самых молодых олигархов, тридцатитрехлетний выпускник физматлицея при МГУ, друг и в некоторых отношениях ученик Александра Мамута, угольный магнат Мельниченко считался одним из богатейших женихов России ($1,6 млрд., по оценкам «Forbes»). Его избранницей стала Александра Кокотович, экс-мисс Югославия и экс-фотомодель. Желающие могут ознакомиться с ее фотосессиями, например, на http://www.newsru.com/pict/big/788165.html/ Она красива тяжеловатой сербской красотой. Лицо у нее смуглое и по большей части надменное. В юности, наверное, она подпадала под описанный Лимоновым тип «Девочка-зверь» – для мужчин, любящих романтику, особенно неотразимы эти горячие и большие девочки со странным выражением лица: иногда злым и обиженным, порой злым и победительным, но всегда одинаково неприязненным.

Но дело, как вы понимаете, не в фотомодели с двусмысленной на русский слух фамилией. (Не подумайте плохого, грибы-кокот – такое блюдо.) Парадоксально другое: на свадьбе олигарха гуляли российские министры. В лояльнейшую к власти ежедневную газету просочились потрясающие подробности: пела Агилера, публику разогревала Хьюстон, обошлось все в сорок миллионов баксов, наименее утонченной закуской была икра, а понравившаяся невесте подмосковная церквушка была разобрана, перевезена на мыс Антиб и лишь затем возвращена в родную деревню. Мельниченко всегда возвращает одолженное. Вся эта роскошь не вызывает у российских журналистов – да и читателей – ни малейшего отторжения, даром что время сейчас отнюдь не олигархическое и широкие жесты не в моде. То ли ностальгия взыграла, – все ж лучше купечество, чем сплошная государственническая серость, – то ли имеет место один российский парадокс, который я назвал бы парадоксом Мельниченко: в России ненавидят средний класс, не любят богатых, но все прощают ОЧЕНЬ богатым. Такая страна: масштаб искупает собою все.

В самом деле: Грозному и Сталину прощали великие злодейства, Хрущеву не забыли мелких глупостей. Николаю Первому простили двадцать лет террора – Александру Второму не прощали вдесятеро слабейших репрессий (Александру Третьему опять простили, а уж при нем вешали безжалостно). Я уверен, что если бы хоть один представитель нынешней российской власти начал позволять себе эскапады вроде ельцинских – на него бы обрушилась лавина народного гнева, а ельцинским даже умилялись: как гудит мужик! весь мир а-фи-ге-ва-ет! Нашему среднему классу не прощают именно то, что он изо всех сил пыжится: орда имиджмейкеров, пиарщиков и журналистов учит менеджеров, как выглядеть крутыми. Но какие же они крутые! Крутые – это братки. Или вот олигархи. Почему и Ходорковский обретает народное сочувствие, и Березовский народу не омерзителен, а забавен. Когда Карандышев тужится изо всех сил, изображая праздничный банкет, – хохочут все, невесте стыдно; когда кутят Паратовы с Вожеватовыми – ликуют даже те нищие, которых они-то, волжские магнаты, и пустили по миру. А все потому, что размах!

Свадьба Мельниченко приятно оживила затухшую было российскую светскую жизнь. Она же показала, почему Ксения Собчак отказалась от бракосочетания в Константиновском дворце: ей, вероятно, слабо было перевезти туда Исакиевский собор. Но главное – дана важная отмашка. Если помаленьку, робко, с оглядкой – то нельзя. Если широко, вальяжно и на удивление миру – то ради Бога. Это равно касается зверств, воровства, растрат, террора и кутежей. И – страшно сказать – я начинаю понимать, почему погиб относительно цивилизованный Масхадов и до сих пор жив беспредельщик Басаев.

36(382) Дмитрий БЫКОВ.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Швондер нашего времени
Социальные вредители
Крест и Полумесяц


««« »»»