Драма маленького человека

Эту экспозицию я сооружаю, чтобы на моем примере, примере человека, не очень разборчивыми людьми выставляемого плохишом и склочным истериком, ренегатом и бог знает кем еще, – чтобы вы узрели драму маленького человека, угодившего в жернова большой и смердящей политики.

Это было, конечно, смешно, когда б не было так драматично (детей-то, которых у меня поболее будет, чем извилин у всех этих людей, вместе взятых): в Москве меня объявили предателем – из-за того, что я дружу с Киевом, Киев мне возбранил въезд, потому что я из Москвы, агент, мать его, КГБ (при любых других обстоятельствах я бы воскликнул бы: ах, если бы!).

Все разразилось после того, как я подписал контракт с Радио ВЕСТИ УКРАИНА – ПЕРВЫЙ в моей жизни человеческий контракт.

Как теперь быть, ума не приложу.

Мне начхать на вашу трехкопеечную идеологию, мне нас… пардон, плевать на вашу лживую политику – я в ответе за людей, и я отвечу, я ж не политик, я хороший парень.

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО В. С. ГРИЦАКУ, ГЛАВЕ СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ УКРАИНЫ

МНОГОУВАЖАЕМЫЙ ВАСИЛИЙ СЕРГЕЕВИЧ!

Можно к Вам обратиться с письмом чрезвычайной, исключительной важности?

До того, как Вы прочтете его, я умоляю Вас вспомнить о той высоте, на которой Вы находитесь, бо людям, находящимся на таких высотах, должны быть свойственны и великодушие, и толерантность.

Василий Сергеевич, я никогда, никогда, никогда не был врагом Украины, и в помышлении нет становиться таковым, и в горячечном сне я вообразить не мог, что меня так заклеймят.

Я могу не мешкая и не обинуясь назвать Вам сотню фактов и тысячу людей, которые докажут и покажут, что у меня с Украиной, Киевом, Сумами и отдельно взятым Подолом, который я не разлюблю даже и под дулом, самые гармоничные, самые трепетные отношения, без намека на профит: я так устроен, что ни разу не прагматик.

Когда я услышал про запрет, я первым делом подумал, что это розыгрыш, но розыгрыш не тонкий, жестокий и бессмысленный, ибо кто ж станет дружить и ангажировать на весьма почтенную работу парня, который не в ладах с моралью и с собой.

Когда меня упрекают в том, что я некорректно отозвался об украинском государственном муже, я изумляюсь даже не тому, до какой степени зашоренные люди не отличают юмора от иронии, а иронию от сарказма, а тому, какая у людей короткая память.

А то, что меня лишили работы из-за того, что я публично не разделил восторга по поводу Крыма и заступался за Надю, и оборонял Савченко – все это, не говоря о миллионе сентиментальных частностей – Вы в расчет не берете?

Василий Сергеевич, понимаете ли, у меня нет никаких амбиций, я 44 раза коронован как лучший журналист – в стране, где за такое звание люди платят и жрут друг друга, а я просто на голову, на десять голов выше; у меня одна амбиция – работать на Радио ВЕСТИ УКРАИНА, умножая, извините за претензию, добро и доброту.

Абсурд: в расцвете лет я лишен возможности работать в России – потому что люблю Украину. А Украина меня отторгает.

Я буду Вам очень признателен, если Вы дезавуируете свое решение.

Всего Вам Самого Хорошего.

 ОТАР КУШАНАШВИЛИ.

 

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО А. Б. АВАКОВУ, МИНИСТРУ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ УКРАИНЫ

Уважаемый АРСЕН БОРИСОВИЧ!

Отчетливо сознаю, что у Вас своих забот хоть отбавляй, но для меня, угодившего в пренеприятную, а, главное, абсурдную коллизию, любая возможность достучаться и докричаться – это возможность, которой надо пользоваться.

Уповаю на Ваше понимание.

(Кстати говоря, в туземной «Литературной газете», подчеркнуто, надо отметить, антиукраинской, какие-то неизвестные мне писатели из Харькова поведали миру и мне, что Вы многажды помогали им и в частном порядке, и в организации коллоквиумов, как мне помнится, фантастов).

Историю, приключившуюся со мной, лучше, презрев линейный хронотоп, рассказать с самого конца.

СБУ возбранила мне въезд в Украину.

Как раз в день, когда я, нелюбимый чинушами в Москве украинофил, возвернулся из Киева, заключив контракт с Радио ВЕСТИ УКРАИНА, где работают в том числе мои друзья и сподвижники, знающие, что я на всяком шагу декларирую не просто приязнь к Украине, а подлинную любовь, настоящую.

Арсен Борисович, после шести лет сверхрейтинговой и любвеобильной с обеих сторон работы в стране, которая стала мне домом, объявлять меня супостатом из-за, признаю, малоудачной шутки, одной, – это «труднопроницаемо для меня», как выражался один герой Булгакова.

Я никогда не «нес себя, как вазу с цветами», и не где-нибудь на малой Родине моего покойного друга Кузьмы во Львове употреблял слово «аннексия», а в Москве на федеральном канале, и на федеральном же радио горой стоял и стою за Савченко и Сенцова.

Я не дебатирую здесь вопрос, хороший я человек или плохой, даже вопрос, превосходный я журналист-ведущий или так себе, я не дебатирую. Очевидно же, что я делаю честь человеческой расе, а в профессии мне равных нет.

Я дебатирую один вопрос: как можно записывать во враги ДРУГА?!

Извините еще раз.

Вы можете мне помочь?

Буду премного благодарен.

 

 Всего доброго.

 ОТАР КУШАНАШВИЛИ, Радио ВЕСТИ УКРАИНА.

 

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО М. НАЙЕМУ

УВАЖАЕМЫЙ ГОСПОДИН НАЙЕМ, Хорошего дня!

Представляю себе, до какой степени Вы заняты, но льщу себя надеждой, что Вы прочтете мое письмо и не сочтете его, по М. Цветаевой, «актом скуловоротного резонерства».

Подозревать меня в том, что я враг Украины и отказывать мне в любви, мощной и эксплицитной, к Украине – это все равно что сказать, что я враг родному Кутаиси и не люблю Подол, который мне отвечает такой взаимностью, что позавидуют мои знакомцы музыкант Вакарчук, ресторатор Тищенко и футбольный функционер С. Палкин, вместе взятые.

Я так долго, и более чем успешно, работал в Киеве, что знаю мову не хуже А. Шевченко, а окраины Ужгорода и Черкасс уж всяко лучше певицы Русланы.

КАК я могу быть врагом?!

Лишившись работы в Москве из-за диатриб и филиппик в адрес В. Путина и Д. Медведева, из-за того, что заступался за Савченко и Сенцова – как я могу быть врагом?

Я всегда стараюсь быть выше тех ожиданий, которые сам считаю важными. Да простится мне эта необходимая банальность, но есть, господин Найем, но есть юмор, есть ирония и есть сардонизм с сарказмом. И, конечно, я Чемпион Украины, Грузии и РФ по всем означенным «видам», но вменяемый мне эпизод дышит именно что юмором.

Это во-первых.

Во-вторых, я уже принес извинения, и я прошу Вас о жребия моего изменении.

Господин Найем, я работу, которую мне предложили на Радио ВЕСТИ УКРАИНА, понимаю как тяжкий труд по внушению людям капитальной мысли: надежда – наше топливо, и все образуется.

Враги с такой миссией не ездят, а на первейшее радио абы кого не зовут. Вот они и позвали Лучшего.

Я ничего не смыслю в технологии синтеза аммиака, но как поднимать людям настроение – вот в этом я смыслю.

Дорогой Мустафа (надеюсь, Вы не расцените сие обращение как амикошонство), мне хочется и нужно, чтобы Вы знали: я категорический, ни разу не прагматический болельщик Украины.

Я очень, очень рассчитываю на Вас, надеюсь, что Вы посодействуете в отмене табу.

Я буду Вам очень, очень и очень признателен.

Я не Труффальдино, не слуга двух господ, не Лорак, не Дорн, не Земфира, я всего лишь блестящий ведущий, который работой на ВЕСТИ УКРАИНА принесет такую пользу, что даже Вы не удержитесь от аплодисментов.

Еще раз извините. И спасибо, что выслушали.

Всего Вам Самого Доброго!

 ОТАР Ш. КУШАНАШВИЛИ.


Отар Кушанашвили


Оставьте комментарий



«««
»»»