Харви Вайнштейн — последний монстр?

Рубрики: [Скандалы]  

 Харви

Пару месяцев назад меня попросили написать послесловие к рукописи «Последний монстр Голливуда». И сделать это в тайне. Когда прислали текст, понял почему. На первой странице значилось: СЕНСАЦИЯ! ПО ЭКСКЛЮЗИВНОМУ ДОГОВОРУ И ПРЕДВАРИТЕЛЬНО ПОДПИСАННОМУ КОНТРАКТУ О НЕРАЗГЛАШЕНИИ ПОТЕНЦИАЛЬНО ОПАСНОГО МАТЕРИАЛА ЭТА СКАНДАЛЬНАЯ КНИГА ВЫХОДИТ ОДНОВРЕМЕННО ВО ФРАНЦИИ И В РОССИИ. В РАЗГАР СУДЕБНОГО ПРОЦЕССА НАД ХАРВИ ВАЙНШТЕЙНОМ.

Речь шла о мемуарах француза, работавшего на Харви Вайнштейна в Каннах. Майкл Шемлуль рассказал то, чего не желала знать местная пресса.

Сейчас текст обнародован издательством АСТ и я могу высказаться.

Эта книга — сказ про голливудских Красных Шапочек. И блистательная иллюстрация тезиса о том, что возможности рождают намерения. Не у всех и не всегда, но у очень многих. История незадачливого водителя удачливого продюсера интересна и поучительна именно тем, что и автор, и ее герой не ударили по тормозам тогда, когда следовало бы это сделать. А в результате, пусть и совсем по-разному, но поплатились за то, что «попутали берега».

***

ОТРЫВОК ИЗ РУКОПИСИ:

В два часа ночи принимаю решение пойти проведать Харви — все ли с ним в порядке. 

Нашел его сидящим за столом, окруженным батареей бутылок текилы, шампанского и водки. Пиджак помялся, бабочка съехала на бок, рубашка испачкалась и местами порвалась. Полные щеки были грязными от еды.

Стайка девушек участливо порхала вокруг дорогого гостя, оказывая знаки внимания. Многие подшофе, едва удерживали равновесие на своих высоченных каблуках.

— Плати, давай, — заприметив меня, грубо рявкнул Харви. — Хорошо, что пришел, сейчас едем в офис, я тут пообещал их пофоткать.

Повернувшись к девушкам, Харви ткнул указательным пальцем в их сторону:

— Ты и ты, давай поехали.

Его выбор пал на двух высоких близняшек, облаченных в тесные кожаные шорты-стринги. Красавица-китаянка Шу не отходила от него ни на шаг. Я так понял, что продолжение вечеринки в Vega-Luna аннулировалось. Когда мы подходили к машине, Харви улучил минутку и заговорщически потребовал выдать ему презервативы. Затем мы поехали, и я выгрузил всех четверых у входа в офис резиденции Gray d’Albion на улице Серб, 4. Харви приказал никуда не отлучаться и ждать его возвращения. Опять… на моей работе больше проводишь времени в ожидании, нежели в пути. Так складывается.

Время опять поплелось медленно, как черепаха. Глубокая темень плотным покрывалом опустилась на побережье. Предательски начал одолевать сон. Уронив голову на руль, я почти задремал, как вдруг звонок! 4.30 утра! Это был Харви:

— Значит так. Сейчас отвезешь Шу в Сен-Поль. Потом близнецов в Мужен — запомнишь адрес и завтра привезешь их ко мне сюда в 14.30. Понял? За мной заедешь в 11 утра со свежими газетами. Но не с той просроченной дрянью, что прикупил сегодня. Все понял, дубина?

— Разумеется, месье. Понял.

— Сейчас вези Шу.

— Хорошо. 

Удивительно, обошлось без мата. Он столько раз приезжал во Францию, неужели не запомнил, что все американские газеты доставляются с опозданием на сутки? Через пару минут три девушки вышли на улицу. Они выглядели уставшими и пьяными. Усевшись на заднее сидение, они активно заерзали, обсуждая подробности проведенной ночи с Харви. Развлекались втроем. Кстати, одна из сестер оказалась lady boy! 

***

Данный текст представляет собой сбивчивый рассказ о жизни, которую все ее фигуранты могли прожить иначе, если бы держались в стороне от соблазнов, или же не шли на компромисс с собой в этически неприемлемых ситуациях. Рассказ человека, который шесть лет подряд был личным водителем Харви Вайнштейна на Каннском фестивале, будет интересен каждому потому, что все мы в той или иной степени на очень многое в жизни закрываем глаза по тем или иным, но всегда спорным соображениям.

История, которую рассказывает автор, и правдива, и лукава одновременно. Ее герой на протяжении многих лет был свидетелем недостойных поступков своего богатого и знаменитого шефа, но держался в стороне до того момента, пока агрессия работодателя не обернулась против него самого. Читая эту исповедь, невольно вспоминаешь великого Виктора Франкла, который поведал миру о том, что даже в нечеловеческих условиях нацистских лагерей смерти были люди, которые сохраняли достоинство до последнего. Конечно же, их было меньшинство, большинство же утрачивало внутренний компас, но за слабость судить никого нельзя.

***

ОТРЫВОК ИЗ РУКОПИСИ:

Харви находился в трансе и не заметил моего внезапного появления. Девушка явно пыталась защищаться, но слабо и неумело. Она дрыгала ногами и скребла руками запотевшие окна, оставляя на них пальцами длинные полосы. Она стонала, но явно не от наслаждения, а от боли. Харви терзал ее, как зверь добычу. Ему не нравились стенания, и он пытался заткнуть ей рот, плотно прижимая голову девушки к кожаному сидению. Я видел, как его толстые пальцы глубоко вонзались в кожу ее хрупких бёдер. Харви кусал беднягу за попку, рвал зубами ее трусики. Волосы девушки спутались, вокруг потрясающих зеленых глаз расплылась смешанная со слезами тушь. Ангельское по красоте лицо теперь напоминало кошмарную маску. Она явно проигрывала массивному телу Харви, его звериному хищному насилию.

Мне отчетливо стало ясно — это изнасилование. Сразу вспомнил прозвище «свинья», вспомнил ту историю на парковке, о которой мне рассказали приятели Карлоса, вспомнил грязные сплетни, что роем носятся за моим клиентом. Вспомнил все, что видел не раз собственными глазами. Я сто раз бывал рядом с ним в сомнительных ситуациях, но в такой отвратительной — впервые. Будто попал на репортаж в прямом эфире — direct live, спродюсированный Вайнштейном. Успокаивал себя сомнениями — а вдруг все происходило по взаимному согласию, и девушка так стенала потому, что ей нравилось быть подавленной, опущенной, униженной — бывает же такое сексуальное отклонение. Но почему мне становится дурно от увиденного? Я делаю шаг назад, отступаю, но дверь так и оставляю открытой. Что мне делать? Жена убьет меня, если узнает, что я оказался пассивным свидетелем изнасилования. 

<…>

Подхожу к машине, нагибаюсь, подбираю оброненные ею те самые разорванные Харви трусики — розовые стринги. Размахнулся и забросил их подальше в кусты. Сел в машину. Харви лежал на заднем сидении в хорошем настроении, но немного раздраженный.

***

Как это ни парадоксально, когда живешь в мирное время в благополучной стране, в чудесном курортном месте, куда мечтают приехать отдохнуть, наверное, все жители планеты, сохранить достоинство, как выясняется, тоже не просто — слишком много соблазнов. Когда выбираешь богатую впечатлениями жизнь, которой будет завидовать твое окружение, за это неизбежно придется заплатить. Когда имеешь доступ к богатым и знаменитым, получаешь неплохие жизненные перспективы и оказываешься в своем кругу везунчиком, счет от судьбы рискует прийти в самый неожиданный момент.

Одно можно сказать точно — в этой истории не жалко никого. Или, если угодно, жалко всех. Можно сколько угодно оправдывать выбор его отсутствием (надо кормить семью, не было других вариантов и так далее), но каждый понимает — выбор есть всегда.

 

Современное информационное пространство устроено таким образом, что населяющие его индивиды постоянно генерируют волны. Порой они, как роковые цунами, возникают из ниоткуда, и ни один медийный сейсмолог не может предсказать появление того или иного информационного шторма. Такие тайфуны живут недолго, но успевают смести многое на своем пути. Многое и многих. Время требует от современного человека умения взлетать на волну и красиво серфить на гребне — главное не оказаться накрытым это самой волной, высказав непопулярное суждение… 

Очередной вал №9 подняли голливудские дивы, когда обрушились на гениального продюсера с обвинениями в изнасиловании. После шквала, накрывшего сладострастника Харви Вайнштейна, околокиношный лес разом наполнился разномастными Красными Шапочками, которые на все голоса стали звать бравых охотников и требовать свирепого отмщения.

Но как мы знаем, Шапочки далеко не так невинны, как изначально кажется. Хотя их всех немного жаль — побывать в утробе харви-волка уж точно неприятно.

Принято считать, что и раньше голоса жертв звучали, но их заглушали власть имущие. Любопытно, что автор среди прочего рассказывает историю о юной девушке, которую старый развратник Вайнштейн хотел оприходовать, как и всех остальных, но она не повелась и просто его отшила. Шофер, для которого деньги были доминантой, делает акцент на том, что девушка была из богатой семьи, поэтому, по его мнению, не нуждалась ни в средствах, ни в протекции Вайнштейна, а, следовательно, могла себе позволить проявить твердость. Воистину, поразительная интерпретация, из которой следует, что любой небогатый человек прогнется перед деньгами и властью, что, конечно же, неправда. Впрочем, чем еще может себя утешить «прогнувшийся под изменчивый мир» ©? 

***

ОТРЫВОК ИЗ РУКОПИСИ:

Через час я опять вернулся к ресторану Club 55, где продолжал вести переговоры Харви. Зашел внутрь, чтобы сообщить о себе. Богемная расслабленность обстановки. Дорогая кухня. Любимое место олигархов, звезд шоу-бизнеса и золотой молодежи. Нахожу глазами столик Харви — вижу его сидящим с Тарантино, Турман, Диком с супругой, целой плеядой манекенщиц и неизвестных мне мужчин с внешностью заядлых тусовщиков-плейбоев. Узнаю также и лысого Тома Баррака, миллиардера, занимающегося недвижимостью — давнего соратника и близкого друга Дональда Трампа, купившего студию Харви Miramax. По поведению Харви мне становится ясно, что он крепко напился. Говорит громко, обращая на себя всеобщее внимание. Заприметив меня, пренебрежительно хмыкнул:

— Эй, ты там, чё припёрся сюда, кто звал? Сейчас выйду. Жди на улице.

Противно слышать подобное хамское обращение, да еще в присутствии друзей, гостей. Почувствовал себя дворнягой, случайно забредшей на половичок в хозяйский дом. Крик Харви привлек окружающих, но меня больно резануло выражение лица Умы Турман — она слегка улыбнулась, понимающе опустила глаза, как бы давая мне паузу убраться восвояси, чтобы продолжить общение в комфортной обстановке «своих». 

<…>

 

Сегодня мы оба были на волоске от смерти — затеять драку на полному ходу, да еще на такой извилистой дороге! Нас спасло то, что я прошел отличную школу вождения и сумел не спасовать в максимально опасной ситуации. Да что там. Я держал ярость в руках и не выпустил руль. Заранее принятая Виагра сыграла с Харви злую шутку. Действие таблетки с дозировкой 100 gr вызвало, как я предполагаю, сильнейшую и длительную эрекцию. Так и не состоявшийся половой акт (акты!) привёл, судя по всему, не только к сильным болям внизу живота, но и к приступу звериного бешенства. Увильнувшие девушки, наше опоздание, неудовлетворенность — какую мощную злость он сорвал на мне! И какой бедой могла обернуться стычка на скорости!

Выходя из машины, он яростно выдернул кабель телефонной зарядки, который я вчера купил ему за свои «представительские».

— Так, встал, вышел, пошел в отель, тех девок сюда привел ко мне! 

— Да пошел ты сам куда подальше, больная образина, я больше на тебя не работаю! 

Как в дешевом боевике, подражая крутым парням, я с дурным визгом стартовал и через пару мгновений уже был далеко от Харви. 

***

Накануне громкого процесса над поверженным столпом Голливуда совсем не хочется клевать в толпе стервятников несвежую тушу свергнутого Калигулы, как не хочется обвинять его жертв в отсутствии достоинства, неготовности жить по совести или банальной слабости характера, которая является основной причиной социальных бед — люди терпят беспредел и провоцируют тем самым его масштабы.

Но хочется отдать должное автору, он проявил в конце концов отвагу и к себе не менее строг, чем к своему звездному работодателю.

Лукавство же его видится в том, что, выражая на словах сочувствие к пострадавшим, сам он им нисколько не сочувствует. И не сочувствовал. Он их презирал. Оттого и не вмешивался. А сорвался ровно тогда, когда ситуация коснулась его самого.

Но кто осудит его за это?


Евгений Ю. Додолев

Владелец & издатель

Оставьте комментарий

Также в этом номере:

«Мэри Поппинс возвращается»: Старомодное семейное приключение


««« »»»