Сдохни, но выиграй

Михаил Мамиашвили

Девушка, о которой речь, проиграла битву за третье место.

Девушка утверждает, что Мамиашвили после проигрыша поколотил ее, будучи нетрезвым, и обозвал ничтожеством.

То, как обороняется ММ, не оставляет сомнений: девушка говорит правду.

Однако Ловчев и иже считают, что Мамиашвили — большой молодец.

(С такими друзьями враги не нужны).

Е. С. Ловчева я обожаю, М. Мамиашвили я уважаю, но у меня взвод детей, трое из них неотразимые барышни, всегда берущие только одним: особой концентрацией достоинства на секунду жизни, и дело не в самой Инне Тражуковой, вернее, не столько в ней, сколько в том, что вы, кажется, все посходили с ума, но я-то ведь, даром что в ваших глазах суесловный кривляка, еще не сошел.

Я хорошо знаком с психофизической выразительностью Михаила Мамиашвили; в прежние времена мы частенько летали, и он даже комплименты (ко мне он относился и, надеюсь, относится очень тепло) говорил так, что ты понимал, что это был комплимент, когда уж был близок к обмороку.

А уж когда ММ — я наблюдал — в расстроенных чувствах, означенная психофизическая выразительность явлена в квадрате, в кубе.

Когда трепетно почитаемый мною Евгений Серафимович картинно, да еще цитируя поэта Рождественского, категорическим образом берет сторону Мамиашвили, унизившего дам таким же категорическим образом, хочется пожелать Ловчеву чуть меньше коллегиальности.

По общению с ММ я знаю, что у него богатейший словарный запас, он не князь из «Подростка» Достоевского: «Князь был немного ограничен и потому любил в слове точность».

То есть если такая глыба, как Мамиашвили, обзывает тебя «ничтожеством» и вменяет «безволие» — значит,это не вгорячах: он так думает, он уверен в собственной правоте.

Потом, при чем тут гимн Олимпиаде, пропетый Р. Рождественским, и аналогия с великолепным Трефиловым?

Территория литературы — моя территория, я патентованный литературовед, если кто не в курсе, и я не хочу огорчать уважаемого Е. С. Ловчева, но придется: гимн Олимпиаде, при всей известной виртуозности (все-таки Рождественский писал, не Мария Захарова из МИДа), гимн, который так потряс Мэтра — этот гимн написан «по заказу партии», а славен пиит одами Женщине: «Шел я к высокому небу не зря, спал, укрываясь большими снегами…» — и все ради того, чтобы встретить Ту Самую, которую нельзя ни бить, ни унижать низкопробными словами.

И у Рождественского нет нигде намека на «сдохни, но выиграй».

А Трефилов — это иной коленкор, это иной архетип: лесковский Левша, буян с золотым сердцем, воплощение сермяги, но сермяги без гангстерской маргинальности.

Это не рать, это спорт, не меньше, но и, черт вас всех подери, не больше; я с девчонками не знаком, но наверняка им еще детей рожать, если так, если рожать — в гробу я видел ваш медальный план, идите к черту.

Я смотрю, гендерные различия уже никто не берет в расчет, отправляем барышень на ристалище и заранее подбрасываем в воздух гнилые помидоры.

По вашей логике, Алекно, даром что речь не о дамах, после полуфинала, проигранного после 2:0, должен был размозжить башку Тетюхину, вопя про медальный зачет?

Нет, он из другой категории, той, где «мыслят критически, а любят сердечно».

Я многих вещей в вашем исполнении не понимаю, несть числа таким вещам. Я не понимаю Охлобыстина и отца Фотия, поющего попсу, не понимаю, когда ведущий Матч ТВ несколько раз кряду говорит «меня тревожно беспокоит», когда сопляку, сыну магната, дают орден за заслуги пред Отечеством, не понимаю, откуда столько сил у столпов Зельдина и Этуша (выкусите: у обоих взял интервью!)… ну, мало ли, друг Горацио, на свете непонятного.

И я не понимаю вашего «на войне как на войне» применительно к спорту, не понимаю, когда вы девушек мешаете с пацанами, а в конкретном, вот в этом, мерзейшем случае, не понимаю вот этого: «должно остаться в раздевалке».

Как у вечноактуального Довлатова: «С ума посходили не все: через одного».

Тронули бы мою дочь, я б вас всех порешил, обозвали бы — то же.

Но мои дочери, слава Богу, не спортсменки, иначе заставили бы их дяди в подпитии сдохнуть за свою страну с ором «медальный план!» на устах.


Отар Кушанашвили


Оставьте комментарий



«««
»»»