Подход к истории

Рубрики: [Фейсбук]  

Мне нравится еврейский подход к истории.

Как евреи относятся к истории?

Примерно так:

- Ну да, Моня Рабинович был маньяком-душителем и убивал людей за гаражами. Но зато это был самый знаменитый маньяк в истории! Вот какие люди были в наше время в Житомире, а не то, что у вас сейчас – фуфло всякое.

Нам надо так же.

Почему, собственно, некий исторический герой должен быть либо канонизирован и превращен в пошлого каменного мужика на коне, да еще и с ангельскими крыльями за спиной, чтобы все уж точно понимали, как мы его любим, – либо его надо стереть, забыть и запретить по 282 статье?

Да, Иван Грозный был упырь.

Но это великий русский упырь, всем упырям упырь, кровавый юрод поинтереснее Генрихов Восьмых, – целый Иван вэ Террибл.

И памятник ему надо поставить – чтобы было видно, что это страшный упырь, но такой, что глаз не отвести.

Шемякин бы справился, я уверен.

А панфиловцы?

То же самое.

Никаких 28 панфиловцев, разумеется, не было, их придумали журналисты, – но разве это причина ими не гордиться?

Разве это причина не гордиться неизвестными их прототипами – да и просто тем фактом, что великая война родила великий миф?

«Панфиловцев не было, но они все равно были», – прекрасная формула, от нее и плясать.

И даже Сталин.

При всем том, что мы о нем знаем, сталинские усы и френч – это треуголка Наполеона.

А Сталинград – в любом случае главная битва, произошедшая на Земле, и никуда от этого нам не деться.

Так будем жить со всем этим ужасным и прекрасным наследством мирно, используя его на пользу себе, – одновременно и помня про все плохое, и продавая всему миру то, что хорошо, или хотя бы увлекательно.

Но беда в том, что русская культура не любит, когда «одновременно».

Она любит, когда «или так – или так».

Или мужик на коне – или идол в реке.

И это грустно.

Ведь исторический герой – он, как и Моня Рабинович, ценен не тем, что он плохой или хороший.

Он ценен тем, что он наш.


Дмитрий Ольшанский


Оставьте комментарий



«««
»»»