Право на наследство

Никита Джигурда

Любой рассказ о больших людях спотыкается, не начавшись, именно потому, что уж больно они большие, что Корчевников, что Джигурда, что, простите, я.

Но все-таки, по долгом размышлении, начну с Корчевникова.

Количество информации, которой он оперирует, неизменность неотразимой для кисейных барышень и слишком человеческой для нашего людоеского тиви уродцев внешности, стремительность ответов и способность уложить вечный разговор строго в два часа, каковым двум узловым умениям он учится всяко даже быстрее, чем участники Дома-666 тупеют (хотя куда уж…), — все это наводит на мысль о его цифровой природе.

Я сам недавно возвернулся на ТВ, но со мной все понятно, я с бестиарием разбираюсь с помощью эмфатических речей и энергии сардонизма, а Боре труднее, он всей предыдущей жизнью приучен к тому, чтобы в эмпиреях витать, а тут марципановость и елейность помощники никакущие, тут красивую русскую женщину растоптали, извели, свели в могилу. Одним из подозреваемых в доведении Людмилы Браташ до — назовем из уважения по-книжному — процесса распада и разложения числится некто Никита Джигурда, который, конечно, с этим яростно несогласный.

Но будем последовательны. Чтобы осознать масштаб дуализма, который неминуче сопряжен с такого рода программами-исследованиями, надо еще раз представить, что чувствует Боря Корчевников, ни разу не бездушный парень, когда перед ним сияет и хрипит Никита Джигурда, несколькими днями ранее утверждавший, что он-то как раз Людмилу спасал, от беды отваживал, а убил ее Дмитрий Куронов, некогда работавший водителем, читай: правой культяпкой несчастной женщины.

Для половины нашего скорого на оценки населения, не знающего, с чем едят любимую Никитой эзотерику, Джигурда суть дьявольское отродье, подпадающее под нещадное чаплиновское: «Большие люди, как планеты, не созданы для близких встреч».

Для многих он — «сплетенье рук, сплетенье ног»; пошлый вития, для которого как раз «рук и ног сплетенье» и есть «судьбы сплетенье».

Он любит и верен слову «эзотерика», утверждает экзистенциальное происхождение и значение фаллоса и разгуливает по Красной площади в лифчике.

Джигурда живет по Ницше: нужно любить хаос, чтобы быть в состоянии родить танцующую звезду.

Но ведь ничего из сказанного (а лифчик только подчеркивает означенный тезис) зловещего, мефистофелевского обаяния, из-за которого трудно поверить носителю, когда тот говорит, что спасал погибшую, как АхматоваБродского.

За недостатком знания подноготной мы всегда лелеем иллюзию, что все на поверку не так худо, как кажется, что тот, кого мы любим и ненавидим, часто разом, он нужен нам, во-первых, как позвоночник телу, во-вторых, он, конечно, тот еще урод, «как все они там, в шоубизе своем поганом», но ведь убивцем он быть не может.

Тут на просцениум выходит Дмитрий Куронов и спокойно говорит: будьте покойны, эта гнида — может. Но, по традиции, два слова о Куронове.

Куронов Дмитрий работал, как было сказано выше, водителем у Людмилы, за время работы превратившись в лицо из ближнего круга, лицо, которому доверяют.

В нашей местности уже давно умер Бог, но Дмитрий в студии и в жизни ведет себя так, будто это неправда, будто Бог жив.

Куронов из тех, кто осознанно непубличен, семья и работа — вот его территории, но ему пришлось прийти, «чтобы защитить честь и достоинство»; он из тех, кто считает до десяти, чтобы ответить, и ответить без слюны.

Он говорит, что не позволит Джигурде ошельмовать свое имя, это сам Джигурда спаивал Браташ, а она не обманывалась насчет артиста, называя его «придурком» и помогая «из жалости».

По слову Дмитрия, эта роль, роль нуждающегося, если и не нравилась Джигурде, определенно его устраивала: ссужают постоянно, поди плохо.

Куронов, раз началась война, приволок тьму бумазей и видео, множащие вопросы: кто? в который? в каком часу? почему? Вернемся к краеугольному, первичному для Джигурды: вернемся к наследству.

Почему оно должно достаться артисту с эксплицитной тягой к эксгибиционизму?

Потому что такова была воля Людочки, говорит артист, вот документик.

Свежо предание, парирует Куронов, документ поддельный, уж он-то ее почерк знает, а НД настолько мерзок, что с него станется.

Джигурда про бывшего водителя-помощника: «Жаба не моего масштаба, и вообще Людочка — крестная моего ребенка».

Говорят, что в праве на наследство Людмила в грубой форме отказала даже родной сестре, бо находила ее патологической лгуньей и бессердечной сукой.

Но в студии сестры не было, спросить не у кого, и восстанавливать картину произошедшей трагедии приходится с подачи враждующих сторон.

Генеральный вопрос к этим сторонам: «Если вы так радели за «бедную Люду», если вы так неистово, как рассказываете, любили ее, что ж вы, собаки, за столько лет не отвадили ее от зелья и препаратов?» — этот вопрос остался без ответа.

Вдавайся в подробности, не вдавайся, но факт остается фактом: красивая русская женщина мертва.

И не получается у меня писать об этом, а у Бори Корчевникова говорить об этом «просто, кратко, благоуханно».

Ее нет, тлен к тлену, а наследство есть, а наследство нужно всем, ее нет, а людям-то жить, а жить хочется хорошо.

Особенно если ты артист, «идущий тропою эзотерики».

…На могилу Браташ, говорят, ходит один Куронов.

Джигурда говорит, что ему угрожают.

Значит, будет еще одно шоу, а может, и не одно.


Отар Кушанашвили


Оставьте комментарий



«««
»»»