Призрачные надежды мигрантов

Рубрики: [Кино]  [Рецензия]  

Надежда

Несмотря на имя режиссера, радоваться восходящей звезде отечественного кинематографа не стоит – Борис Ложкин француз, хотя, очевидно, с Россией связан: его дед, будучи белогвардейцем, после революции иммигрировал во Францию. Поэтому в каком-то смысле Ложкин, до того отметившийся двумя документальными лентами о Вьетнаме, тему миграции может воспринимать как личную. Документалистское прошлое автора просматривается и в «Надежде». История пути Леонарда из Камеруна (Джастин Ванг) и Хоуп из Нигерии (Эндьюранс Ньютон), то бишь Надежды, через Сахару и Марокко к заветной мечте, фактически, раю на Земле – Европе. За время путешествия их привязанность друг к другу растет, их даже нарекают мужем и женой в одном из гетто, что, не мешает Леонарду выступать в роли сутенера Хоуп, которая, торгуя телом, зарабатывает им деньги на преодоление оставшейся дороги (к слову, присутствует камео: режиссер в качестве одного из клиентов). Естественно, что герои постоянно сталкиваются с насилием, подавлением, обманом на каждой новой остановке, но их цель оправдывает любые лишения и страдания.

Актеры в фильме непрофессиональные, а некоторые буквально сыграли самих себя, что добавляет диалогам в картине живости и достоверности, к которым режиссер явно стремился и, дабы этого достичь, кажется, зачастую просто наблюдал за героями, оставляя им пространство для импровизации. Ложкин удерживается от того, чтобы уйти в излишний сентиментализм, хотя, в тоже время, «Надежда» работает именно как мелодрама, аккуратно выстраивая грустную, но не безысходную историю, режиссер пытается рассказывает трагичную историю деликатно, иногда с вкраплениями горькой иронии, никогда не впадая в беспросветный пессимизм, оправдывая название фильма.

Фильм, безусловно, исключительно актуален в свете недавно обострившегося в Европе миграционного кризиса, Ложкину же удалось эту проблему предвосхитить, но при всей своей важности и нужности «Надежда» во многом оказывается ограничена своим социальным контекстом, фиксируя существующую реальную проблему, но не находящее никакого ее кинематографического разрешения, ограничиваясь, по сути, калейдоскопическим пересказом всевозможных бед на пути Леонарда и Хоуп. Это вовсе не значит, что надо, например, как в картине «Без имени», повествующей примерно о том же, подстраивать действительность под нужды сюжета с обязательной кульминацией, катарсисом и развязкой, но, так или иначе, лента француза местами выглядит сыровато и недостроенно.

Впрочем, это ни в коем случае не значит, что фильм начисто лишен драматургии. Развитие отношений между персонажами в какой-то момент приводит к тому, что они сами по себе становятся важнее конечной цели, что делает их более человечными, а значит уязвимыми, ведь в пути, как говорит им один из попутчиков, нужно думать о себе как об умершем, а нынешнее состояние воспринимать не более чем как шатания призрака. Но, как уже было сказано, режиссер сознательно избегает какого-то интеллектуального конструирования, словно давая нарративу развиваться самому, без внешнего вмешательства. Оттого недосказанность и незавершенность сквозит как в отношениях главных героев, так и в других темах, например, зарифмованные и великолепно поставленные сцены псевдо-религиозных оккультных ритуалов в гетто, где в разное время останавливаются Хоуп и Леонард, многое говорят об использовании веры в качестве инструмента группового доминирования и подавления, но, в конечном счете, и это не находит в фильме последовательного развития.

Отдельно необходимо отметить саундтрек в исполнении канадской пост-рок группы “Set Fire to Flames”, который идеально резонирует с атмосферой картины, несмотря на кажущуюся стилистическую несовместимость.


Константин Игнатущенко

Кинокритик, журналист, теолог. Автор монографии «Сравнительный анализ доктрины канонических Упанишад в контексте православного мировоззрения (по текстам Дойссена П.Я.)»

Оставьте комментарий

Также в этом номере:

«Улетай один»: Город благоприятной смерти
«Титли»: Немая диктатура портрета
Я люблю Канделаки
Игра в правду с Гошей Куценко
Обыкновенный терроризм
Галина Кузнецова: «Любовь, морковь и обстоятельства»
Кризис – время, когда нужно начинать
Один «Взгляд» назад


«««
»»»