Сорок дней. Двадцать семь лет

Рубрики: [Додолев]  

Покойный Владимир Семенович Высоцкий полагал:

Кто кончил жизнь трагически – тот истинный поэт.
А если в точный срок – так в полной мере.
Один на цифре 27 шагнул под пистолет,
Другой же в петлю слазил в “Англетере”.

Равно как и Михаила Лермонтова, и Сергея Есенина, 27-летнего журналиста Дмитрия Холодова убило громоздкое и ненасытное животное, имя коему – Общество. Сбылось, увы, кровожадное пророчество милейшего “обожателя” представителей второй древнейшей профессии Александра Абдулова: на будничный отстрел журналистов выдают… Если не официальную лицензию, то циничный карт-бланш. Если не обиженным членам Союза Кинематографистов, то специалистам по минам-ловушкам. Если не на всех, “лезших не в свое дело”, то лишь – пока. Смерть, как ей, палевой красавице и положено – начинает горячую свою жатву с лучших, 27-летних…

В последних номерах “Нового Взгляда” опубликовано три материала, напрямую сопряженных со столь своевременной гибелью военкора “МК”: интервью с заместителем министра обороны Матвеем Бурлаковым (“Что же вы молчите, господа Филатов и Степашин?”), колонка Валерии Новодворской (“Чисто советское убийство”) и беседа с и.о. Генпрокурора Алексеем Ильюшенко (“Есть вероятность, что убийство Дмитрия Холодова будет раскрыто”).

Банальная, конечно, мысль не мне первому, уверен, пришла в голову, но тем не менее: как-то резко нашли “причастных к убийству” Александра Меня, Холодова и пр. А до этого что: команды искать не было? Ох, торчат чьи-то хитрые уши.

Думаю, если кто и будет осужден, так это либо спецподставленные, либо простые работяги-исполнители. До подлинных организаторов политических убийств нигде и никому добираться не доводилось; над далласским расстрелом Джона Кеннеди 30 лет бились – безрезультатно. Впрочем, стоит ли удивляться: ведь, как правило, розыск в таких случаях – прерогатива самих же убийц. А выкатить следствию какого-нибудь уголовника или попросту запутавшегося дядю со стороны – наука нехитрая. Я знаю, как такие дела пекутся: в 70-х довелось мне покантоваться по легендарным нашим тюрьмам, и, хлебнув чифира, сокамерники рассказывали порой повести вроде неправдоподобные, только вот сомневаться в их правдивости не приходилось – не хватило бы у тех печальных мужиков ни фантазии, ни дерзости чего-либо такое-этакое присочинить. Да и делишки те были – в лучшем случае районного масштаба. Потому что на уровне областном действуют куда профессиональнее и добротнее. Убийство же Холодова – масштаб не то что столичный – глобальный. В России ныне решается будущее всей цивилизации. И если победное и веселое шествие отечественных бандитов не остановят, то оно – будущее цивилизации – подобно будет дрянному голливудскому фантобоевику.

Журналист “МК”, который достоин анналов Репортерства только за одну лишь свою отчаянную командировку (в компании с лучшим фоторепортером страны Анатолием Белясовым) в логово чеченского авиатора Джохара Дудаева – пал жертвой популярности собственного издания. Самая тиражная из столичных газет и единственно по-настоящему народная (популярная), эта газета, естественно, была и остается самой желанной картой в политических играх. Статьи Холодова на “военных” полосах “МК” были замечены. И когда министр Грачев публично заявил, что Дмитрий наряду с исламским фундаментализмом – главный его враг, он подписал журналисту смертный приговор. Нет, нет, я не допускаю, что боевой офицер может быть замешан в подлом теракте, который, по очевидному замыслу организаторов, должен был унести не одну жизнь. Просто, расписавшись в неприязни к Д.Х., генерал подсказал своим недругам изящный ход – он должен быть сметен тиражной мощью “МК”, помноженной на читательский гнев и репортерскую солидарность (самый большой репортаж из России в престижнейшей NEW YORK TIMES – с похорон взорванного журналиста). Слово – не воробей… Теперь, хочешь – не хочешь, придется отвечать. Те, кто желали устранить Грачева, но не хотели делать это “в лоб”, получили возможность валить растерянного и обескураженного компетентными соцопросами министра. В “Итогах” Киселева глава МО не выглядел как соскочивший с белого коня или вылезший из шикарного “Мерседеса” (министр на “мерсе”! – преступление века, генерал позволил себе разъезжать на машине рэкетирского класса – ату его, он почти Чурбанов).

Один из вождей оппозиции, с которым мне довелось на днях ужинать, уверял: убийство Д.Х. – дело рук президентской команды. Дескать, Грачев, невзирая на Октябрь-93, ручкается с оппозицией, и есть там некая взаимосимпатия. Стало быть, Борис Николаевич хочет заменить армейского босса более преданным и лояльным к режиму генералом, но не желает делать это напропалую: очень уж будет очевидна аналогия с президентской агонией Михал-Сергеича. Обаятельный Горбачев так же сдавал “своих” одного за другим. Короче, в некоторых кругах муссируется версия, что генерал-майор Александр Коржаков (с 1986-го охраняющий Ельцина) дал приказ своим орлам задвинуть нерешительного министра обороны любым способом. И способ выбран был лихой и, казалось бы, беспроигрышный. Формула проста. Смерть Д.Х. = смерть (политическая) Грачева.

На страницах “НВ” наивная и свирепая “ЛЕРОвюционерка” Новодворская доказывала, что, мол, Ельцин и Грачев навеки повязаны пролитой в Октябре кровью и, дескать, обоим надо страшиться анпиловско-прохановской мести. Боже мой, никогда эта дама не сможет стать реальным политиком. Потому что люди, упражняющиеся в этом грязном ремесле, готовы на союз даже с собственным палачом. Зюганов может жить в одном доме с Полтораниным, они могут задорно общаться и выпивать, вместе их будет тошнить от одного только слова “демократия”, но когда наступит Час Игры, они будут свирепо обрушиваться на соседа, чтобы набрать как можно больше очков. И рыдают восторженные пенсионеры, любуясь знойной чеченкой Сажи Умалатовой, отхватившей себе и родственникам симпатичный кусочек Москвы без всяких терактов и фальшивых авизо – и ради сохранения этих жилплощадей блондинка-большевичка готова Союз слить в едином кровавом супе-пюре. И привычно ползут на поклон к доброму барину Борису Николаевичу “представители интеллигенции”, завороженные прекрасными речами. И не будет этому конца, ибо безмерно слабоумие человеческое.

Единственной некоррумпированной властью могла бы остаться Власть №4. Но журналисты, во всем мире презираемые, у нас не могут позволить себе быть неподкупными. Таких дерзких и отчаянных, как Ваксберг или Щекочихин, уже не вырастить. Их, новых неподкупных, убьют на 27-летнем рубеже. Им не позволят стать маститыми и неприкасаемыми. Они и не прорвутся к привилегии а-ля Минкин публиковать чужие отчеты, стенограммы, доклады под собственной фамилией. Не то время сейчас, журналистика становится делом опасным.

Раньше тоже устраняли неудобных публицистов, но делали это тихо, без крови. Анатолия Аграновского в свое время нейтрализовали, состряпав мерзкое дело о якобы совращенной семикласснице. Других сплавляли в психлечебницы и ЛТП. Сейчас – рвут минами.

В чем без оговорок соглашусь с той же Новодворской, так это характеристика редактора “МК” (вернее сказать, создателя газеты в ее нынешнем амплуа) Павла Гусева. Он действительно отважен и дерзок. Вот уж где противодействие пропорционально наезду. Знаю это не понаслышке. В середине 80-х Гусев принял меня на работу в орган МК и МГК ВЛКСМ “МК”, хотя был я безработным и графу “партийность” украшала убийственная с точки зрения любого кадровика надпись: “В ВЛКСМ не состоял”. Добавлю, что из комсомольского возраста я уже к тому времени выбыл и шансов “состоять” у меня не оставалось. А вот у редактора все шансы отыметь неприятности через такую неосмотрительность – были. Позже не раз Редактор вызывал на себя совершенно, как тогда казалось, губительный огонь рассерженных бонз. Гусев смел выпускать в свет номера, игнорируя угрозы и существовавшей тогда цензуры (журналистская волна ровесников Холодова вряд ли может представить себе редакционную атмосферу 80-х, хотя проблемы теперь, согласен, покровавее). Когда из-за публикации серии сенсационных очерков о таком “несуществующем” явлении, как проституция, грянул секретариат ЦК КПСС, редактор “МК” – в который раз! – принял удар… В готовности постоять за своих Гусев сравним был разве что с другим моим редактором – Юлианом Семеновым, умершим, кстати, вполне трагично и загадочно.

Пока третьяковы всех калибров занимались постыдным ремеслом агитпропа, Гусев построил издание, которое обречено было стать мишенью. Именно “МК” подкидывают тот компромат, от публикации коего “благоразумно” уклоняются более “солидные” газеты.

В ТВ-беседе со Сванидзе (“Подробности” РТВ) Павел Николаевич Гусев как-то неожиданно легко согласился с предположением телеведущего, что его детищем (“МК”), массированно компрометируя другого Павла (Грачева), просто умело манипулируют некие закулисные силы. Если это так, то у манипуляторов есть вполне, по-моему, определенный проводник. Зовут его Минкин Александр. И именно ему “удается” получать взрывного характера материалы. А взрывают других. Тех, кто годится Минкину в сыновья. Тех, кому всего 27. Тех, кто романтичен, как поэт. И столь же уязвим. “Я не люблю насилья и бессилья” – это тоже из бессмертного Высоцкого. И еще: “Я ненавижу сплетни в виде версий”.

И все-таки решусь высказать (вернее, пересказать) еще одну версию, изложенную в приватной беседе усталым генералом МВД. Холодова убрала влиятельная кавказская бандгруппировка, потому что материалы, добытые журналистом, помимо всего прочего, выводили на полугодовую операцию по “левой” торговле стрелковым оружием, нажились на которой те “генералы”, у которых погоны вытатуированы на плечах. А отточенный профессионализм исполнения пусть не наводит на мысли о ГРУ или ФСК (и здесь тоже ошиблась в своем горьком нововзглядовском манифесте товарищ Новодворская!): среди разношерстной “братвы” не только заслуженные экс-менты типа снайпера Александра Солоника (он положил матерых Калину и Глобуса, конкурировавших с легендарным Япончиком), но и экс-подрывники. Система бросила в ряды мафии образцовых спецов, отняв у них привилегию служить Родине и вынудив, выживания ради, податься в ряды наемных киллеров: какая разница, какому пахану служить – из бывших секретарей обкома или бывших уголовников? Они ведь уже и так вместе и уже не так важно – в каком… Тот же чин из МВД со вздохом добавил: делу взорванного репортера так или иначе придадут исключительно политическую окраску. А я подумал: почему, собственно, нет? Ведь политикой у нас тоже заправляет “братва”, посмотри, с кем тусуются партлидеры всех мастей (в том числе и козырной, “демократической”).

Да, я “не хочу быть поэтом, я хочу просто быть”.


Евгений Ю. Додолев

Владелец & издатель

Оставьте комментарий

Также в этом номере:

“ОТЧИЙ ДОМ”: ВОЗВЕДЕНИЕ ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ
МЕНЬШОВ ПРОТИВ МЕНШИКОВА
ФАШИСТЫ ПРИХОДЯТ В ПОЛНОЧЬ
Пресс-компот
ФАНТАЗИЯ НОМЕР 1512
В ТЮРЬМЕ ЛУЧШЕ, ЧЕМ В КРЕМЛЕ?
ЖИЗНЕОПИСАНИЕ НЕГОДЯЕВ
ЕВГЕНИЙ САВОСТЬЯНОВ. Киношка
ГОРЕ НЕ ГОРЕ, ВОВА НЕ ЛЕНЯ
МИМОХОДОМ
ДОМ, СЕМЬЯ
ЕВГЕНИЙ ШАПОШНИКОВ. Хит-парад


««« »»»