БОГ ПРОСТИТ?

“Только случайность может помочь обнаружить виновников убийства Александра Меня”, – считает брат покойного Павел Мень.

Напомним: ранним утром 9 сентября 1990 года на православного священника и известного богослова Александра Меня было совершено нападение. Отец Александр торопился на службу в церковь Сретения Господня, что в Новой Деревне, близ подмосковного города Пушкино. Уже около двадцати лет он добирался до церкви этим путем.

Что именно произошло на дорожке, ведущей к станции “Семхоз”, с кем повстречался отец Александр – до сих пор остается загадкой. Достоверно известно: его ударили сзади острым предметом, возможно, топором по основанию головы. Из разрезанной артерии хлынула кровь. Убийцы (предположительно, их было двое – трое) действовали столь расчетливо, что не стали добивать несчастного, а, не теряя времени, скрылись в неизвестном направлении. Удар был профессиональным: через несколько минут Александр Мень скончался от потери крови. Он оставался в сознании и даже успел добрести до своего дома, где и рухнул прямо у калитки.

Похороны священнослужителя в Новой Деревне, совпавшие с православной датой Усекновения головы Иоанна Предтечи, собрали огромное количество известных и уважаемых в стране людей. И именно тогда все, кому был дорог Александр Мень, осознали: его убийство не случайно.

Как надеялись, что преступников сразу же, по горячим следам, схватят! Но прошло уже три с половиной года, а следствие ни на сантиметр не приблизилось к разгадке. И вряд ли приблизится. Так считает родной брат Александра Меня Павел Владимирович.

– Со дня убийства минуло достаточно времени, и сейчас уже нет надежды на поимку убийц, – говорит Павел Мень. – С первых же дней расследования стало ясно, что работники милиции и прокуратуры имитируют разыскную деятельность. Причем имитируют очень грубо. Это и навело на мысль, что у них есть установка: максимально затянуть следствие, сделать все, чтобы убийцы не были обнаружены…

Александр Мень воплощал в себе множество противоречий. По национальности еврей, по духовному призванию и роду деятельности – православный священник. Можно себе представить, сколько врагов у него было в непримиримых лагерях. Он многим мешал самим фактом своего существования. Мало того, что православный, еще и осмеливался ревизовать каноны, сомневаться, размышлять. “Католик”, “сионист”, “экуменист” – какие только ярлыки не наклеивали на него. А Мень, по словам его духовных чад, только и делал-то, что показывал людям: вот он, Бог, в душе вашей и вокруг вас, повсюду.

Пока коммунисты крепко держали власть, про Меня мало кто знал. Но перестройка открыла отдушины. Публичные лекции Александра Меня в Москве собирают десятки тысяч людей. Слово из его уст в уста передается людьми. Слава его ширится. А система еще даже не агонизировала. Могла ли она вытерпеть такое?

Вот почему на прямой вопрос: “Кто же, по вашему мнению, убил отца Александра?” – Павел Мень отвечает: “Естественно, это дело рук КГБ. Я абсолютно уверен в этом”.

– Но неужели КГБ так уж было выгодно его убить? Какой толк в конце концов?

– Они исполнители. А кому это было выгодно? Разумеется, тем, кому он мешал своей проповеднической деятельностью. Кто не хотел, чтобы слово Божие вернулось на эту землю. Тут сомкнулись корпоративные интересы. Но, между прочим, и кагэбешники были на него злы. На протяжении нескольких лет они пытались упечь его за решетку, а он не давал им повода. Никогда не лез в политику, а на вопросы типа: “Почему среди ваших прихожан сплошь интеллигенты да диссиденты?” резонно отвечал: “Ходить в церковь – это право каждого”. Сколько грязи, лжи было вылито на Александра на страницах газет и по телевидению…

По словам Павла Меня, расследование с самого начала было осложнено самими же детективами. Траву вокруг места, где отцу Александру нанесли смертельный удар, тут же скосили – якобы для того, чтобы найти улики. Затем пошел дождь. К тому времени уже много начальников с большими звездами на погонах понаехало из Москвы. Практически все место преступления было затоптано. Только после этого пустили разыскную собаку, которая, естественно, не смогла взять след.

Сразу после убийства и товарищ Горбачев, и г-н Ельцин давали указания компетентным органам принять все меры к поимке преступников. Ведали ли они, кто стоит за этим убийством? Такой, например, наводящий на раздумья факт.

– После убийства, – рассказывает Павел Мень, – председатель Октябрьского райсовета Москвы Илья Заславский встретился с руководителями сыскного агентства “Алекс” и пообещал им большие деньги от исполкома в том случае, если они найдут убийц Александра. Я узнал об этом тогда и, честно говоря, очень понадеялся на альтернативный розыск. Но “Алекс” очень быстро охладел к этому делу, прекратил поиски. И вот случайно через долгое время я снова встречаюсь с людьми из “Алекса” и спрашиваю, мол, почему же вы тогда отступили? А дело в том, что “Алекс” всегда работает в контакте с милицией – отрабатывает свои версии, в том числе и с помощью улик, добытых уголовным розыском.

И вот тогда они запросили милицию и прокуратуру по этому делу, там им сразу же объяснили, что вы, мол, ребята, не туда лезете. В “Алексе” удивились: как это не туда, если первые лица государства дали указания и пообещали лично следить за ходом следствия? И тогда “Алекс” обратился за помощью не к следователям, а повыше. Но там им еще жестче сказали: не суйтесь, это дело не для шерлоков холмсов, все равно вы здесь ничего не найдете…

Итак, время шло, следователи менялись, то и дело обновлялась следственная бригада. Павла Владимировича, а также жену покойного Наталью Федоровну и других близких священнику людей время от времени вызывали в Московскую областную прокуратуру. Обстановка благодушия и ничегонеделанья, по словам Павла Владимировича, царила там. Хорошо поняв намек начальства на то, что дело лучше бы заволынить, следователи были рады “гонять балду”, изображая при этом деятельность. На упреки в бездействии они обижались, кивали на высоченную стопку томов: “Видите, сколько свидетелей опрошено?”

И вправду, у отца Александра было столько друзей, знакомых, прихожан, что один их опрос занял больше года. В Новой Деревне побеседовали едва ли не со всеми жителями, хотя непосредственное отношение к новодеревенскому храму имели единицы. Хорошее занятие – “отработка версий”. Следователи покатались по стране, съездили в Прибалтику и даже в Париж! Начальство недовольства не высказало: главное, чтобы что-то делалось, лишь бы ничего не делалось.

Апофеозом деятельности следственной бригады стало распространение среди духовных чад отца Александра идиотских анкет. Сформулированные там вопросы были совершенно безграмотными с точки зрения христианской религии. К тому же большинство вопросов носило явно провокационный характер – было ясно, что отцу Александру “шьют” на этот раз создание тайной еретической по отношению к православию общины и все это каким-то образом пытаются увязать с его смертью. Ничего, кроме возмущения у людей, близких к Меню, анкеты не вызвали.

Опрос свидетелей продолжается. Расследование обстоятельств убийства отца Александра, вернее, его имитация, идет полным ходом.

Несколько месяцев назад Россию облетел слух – в Тамбове в тюрьме сидит человек, который признается, что это он убил Александра Меня. Запустила эту новость тамбовская газета “Черный ящик”, а дальше, по просторам России разнесла радиостанция “Свобода”. Газеты стали обсасывать сенсацию. Оказалось – да, сидит имярек и действительно признается в убийстве. Но он, увы, далеко не первый такой. Их были уже десятки – признавшихся в страшном преступлении. Дальнейшие допросы и следственные эксперименты показывали – люди оговаривали себя. Зачем? По разным причинам. Преимущественно, чтобы из осточертевшей зоны прокатиться в командировку к месту событий. Сменить обстановку, отдохнуть от труда и соседей по бараку и к тому же, если по пути, выпросить свидание с родными. Бывали признания в убийстве и от помрачения ума. И даже – от вывернутого наизнанку тщеславия.

Настоящие же убийцы на самом деле… Хочется сказать – на свободе. Но нет, скорее всего они давно мертвы. Сами обстоятельства убийства, косвенные улики, та тяжкая аура, что сгущена над этой жуткой тайной, подсказывают: убийство заказное, свидетелей такого акта, как правило, сразу убирают…

А пока следствие успешно заминает дело, Павел Владимирович и другие родственники священника, его духовные дети в свободное от работы время трудятся в Фонде имени Александра Меня. Задача Фонда – сохранить, обобщить творческое наследие отца Александра. Уже издано много книг его богословских трудов, их общий тираж перевалил за миллион. Но работы все равно непочатый край: осталось около 250 аудио- и около 30 видеокассет с его проповедями. Их надо систематизировать, перевести на бумагу.

Павел Мень грустно качает головой: “Если убийство и будет раскрыто, то это произойдет по чистой случайности. Какие-либо сведения вряд ли остались даже в архивах госбезопасности”.

Что ж, посмотрим, ведь на все воля Божья…

Дмитрий ИВЛИЕВ.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ВЛАСТЬ ПРОЦЕДУРЫ ИЛИ ПРОЦЕДУРА ВЛАСТИ?
АТАКУЙ – НЕ АТАКУЙ…
ТОТЕМЫ РУЧНЫХ ДИКАРЕЙ
ВЛАД СТАШЕВСКИЙ, И.О. ПРИНЦА В БОТФОРТАХ
СПАСЕНИЕ УТОПАЮЩИХ (УГОРАЮЩИХ И ДР. УМИРАЮЩИХ) – ДЕЛО РУК…


««« »»»