АРАМИС 20 ЛЕТ СПУСТЯ

Встреча с 47-летним актером обещала быть интересной: договорились с Игорем Владимировичем побеседовать откровенно о его личной жизни. СТАРЫГИН приоткрыл завесу…

АРАМИС 20 ЛЕТ СПУСТЯ

– Игорь Владимирович, зрители помнят вашего Арамиса в фильме о мушкетерах. Тот хоть и аббат, но очень большой ценитель женщин. А сами вы, если не секрет, как к прекрасному полу относитесь?

– Я очень люблю женщин. В молодости пережил много интересных романов – красивых, чудесных. Правда, у меня была, царствие ей небесное, очень ревнивая мама. Она находила любые предлоги, чтобы на корню пресекать мои увлечения. Маму мне не хотелось расстраивать, но остановить меня уже было практически невозможно. В первый раз я женился, когда учился на третьем курсе ГИТИСа. Впрочем, уже на четвертом курсе развелся. Затем был второй брак – настоящий, долгосрочный, он длился двенадцать лет… Кстати, со всеми женами у меня сохранились хорошие отношения.

– А сколько их было?

– Четыре. С последней супругой развелся не так давно, а прожили мы вместе пять лет. До этого был брак, который длился год. Такой уж я человек – почему-то очень люблю жениться, хотя, как теперь понимаю, не всегда в этом есть необходимость. Но до чего просто, скажу я вам, у нас жениться и до чего сложно развестись!

– Кто был виновен в разводах?

– Разумеется, виноват только я. Всегда вину беру на себя. Хотя, по правде, виноваты всегда оба. Но все равно пусть считается, что за все отвечаю я. Сам же сказал, что очень люблю женщин. Вспомнить хотя бы город Львов, где мы снимали “Трех мушкетеров”. Там удивительно красивые девушки, “западенки”, как их называют. И не захочешь, а “срулишь налево”.

– Кстати, связывает ли вас, актеров, сыгравших мушкетеров, личная дружба?

– С тех самых пор, как мы сняли первый фильм, то есть уже почти двадцать лет. Правда, последний год мы общались мало. Миша Боярский строит свой театр, очень много работает. Веня Смехов подолгу находится за рубежом: читает лекции по театру и литературе в американских университетах. Валя Смирнитский играл в театре “Детектив” у Василия Ливанова, а сейчас, по-моему, в подвешенном состоянии. У меня тоже все время какие-то дела…

– Бывали ли у вас случаи, как у мушкетеров, чтобы все приходили на помощь одному?

– По мелочам – да. Помню, когда Миша после аварии лежал в больнице, мы все его навещали.

– А из-за женщин у вас не случалось споров?

– Скорее, наоборот. Во Львове, к примеру, по одному по улицам не ходили. Посудите сами, приезжают какие-то д’Артаньян и Арамис и вовсю начинают кадрить местных девушек. Разве такое можно простить?! Мы до сих пор удивляемся, как нас там не убили? Вот тогда частенько приходилось выручать друг друга.

– Между первым фильмом про мушкетеров и продолжением прошло 15 лет. Будто режиссер специально ждал, чтобы вы, четверо, постарели и смогли бы без грима сыграть мушкетеров двадцать лет спустя…

– Продолжение сериала было снято по настоянию Боярского. Он буквально замучил уговорами режиссера Георгия Юнгвальда-Хилькевича. Тот очень долго раскачивался, но потом все же снял. Правда, в полсилы, уже без того энтузиазма, который был на первом фильме. И потому “20 лет спустя” оказались, по сути, провальными. А ведь параллельно с этой лентой мы снимали и третий фильм – “Королева Австрийская” по мотивам романа “Виконт де Бражелон”. Путаница была страшная. Утром мы готовились к одному фильму, после обеда – к другому, и порой забывали, кого же мы в данный момент играем. И все же “Королева” получилась получше, чем “20 лет спустя”. Правда, зрители этого не знают: фильм мистическим образом исчез, он нигде не прокатывается. От режиссера, отношения с которым у нас к концу съемок совсем испортились, ответа невозможно добиться. Так что фильм как сквозь землю провалился.

А за провал фильма “20 лет спустя” надо реабилитироваться. Хочется снять фильм, где мушкетеры были бы уже ни за короля, королеву или кардинала, а за народ – в добрых традициях “великолепной семерки”. Миша Боярский уже набросал “рыбу” сценария.

– Игорь Владимирович, почему вы редко бываете на людях?

– На тусовках мне скучно, там разговоры о шмотье, об иномарках. А просто за хорошую жизнь уже не потрепешься. Конечно, там и накормят, и напоят, но уж лучше я с другом выпью бутылку водки или шампанского с девушкой.

– В тусовках вы не участвуете. В театре Марка Розовского “У Никитских ворот” играете в паре спектаклей. Чем же вы живете?

– Стал часто ходить по выставкам. Читаю, отдыхаю, занимаюсь самообразованием.

Конечно, надо и зарабатывать. С помощью друга-продюсера иногда выезжаю на периферию – с концертами, для встреч со зрителями. Бывает, снимаюсь в рекламных клипах. Пробовал заниматься коммерцией, но у меня, видимо, нет предпринимательской жилки.

Если честно, я ленивый, инфантильный человек. Плоды женского воспитания – мамы и бабушки. Я с детства привык, что меня опекают. В юности я был очень податлив, меня очень легко было сбить с пути истинного. Один раз так и произошло.

– Как именно?

– Я пытался продать иностранцам икону. Дело было в 60-е годы. Ребята со двора, которые где-то украли эту икону, подговорили меня продать ее за тысячу рублей – представляете, какие это были деньги по тем временам! Мои “комиссионные” составляли то ли 100, то ли 150 рублей.

Я прямо возле Красной площади и показал икону каким-то иностранцам. Меня тут же схватили якобы дружинники и потащили в отделение милиции. Можете себе представить, какой это тогда был криминал! Я мог загреметь очень далеко и надолго. Естественно, сообщили в ГИТИС, а я там, кстати, был секретарем комсомольской организации актерского факультета. Но, к счастью, в институте это дело как-то замяли, я продолжил учиться. Потом я сам недоумевал: и чего я, дурак, полез в это дело?

– Вы сейчас живете один. Не томитесь от одиночества?

– Больше всего на свете я ценю свободу. После второго развода был период, когда я шесть лет жил один, и ничего. Конечно, я не все время был в одиночестве, но постоянной семьи у меня не было. А сейчас я даже рад, что никого нет рядом. С некоторых пор мой характер резко испортился. Я стал жестче, раздражительнее, со мной сейчас нелегко ужиться. Но, поверьте, я не скучаю. У меня много друзей и подружек, которые придут, наведут порядок, приготовят что-нибудь вкусненькое, например, борщ украинский.

– Игорь Владимирович, мы в разговоре как-то обошли тему детей.

– У меня растет дочь. Сейчас Насте 16 лет, и у нас прекрасные отношения. Анастасия – ребенок от второго брака, от самой моей любимой женщины. Кстати, женился я тогда на даме, у которой уже были две дочери и которая была старше меня на шесть лет. Представляете, каким это ударом являлось для моей мамы, она, по-моему, так и не смогла мне простить этот поступок. Но то была действительно очень сильная любовь, другой такой я больше не испытал. Семь лет я воспитывал троих детей. В то время я много снимался, играл в театре, хорошо зарабатывал, и жили мы нормально. Мы были счастливы, но потом все как-то расклеилось. Мне нужно было приложить минимум усилий, чтобы соединить все обратно, но…

Дмитрий НАЗАРОВ.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ЗА ВСЕ ХОРОШЕЕ – СМЕРТЬ
ПИВО ЛУЧШЕ, ЧЕМ МОЧА
АСМИ – ЗАКОННОРОЖДЕННАЯ ДОЧЬ ТБК
АМЕРИКА ТЕРЯЕТ КОНТРОЛЬ НАД ПРЕСТУПНОСТЬЮ
ДИНОЗАВРЫ ЗАДОХНУЛИСЬ?
У “МММ” НЕТ ПРОБЛЕМ?..
ДВА СЛОВА ОБ ОДИНОЧЕСТВЕ
ПОДАТЬ СТОПКРАН! ПРОВЕРКА НА ДОРОГАХ.
Эротический гороскоп. Водолей
ПОЧЕМУ МЕНЯ ИНТЕРЕСУЕТ АЛЕКСАНДР ЗИНОВЬЕВ?
СОСО ПАВЛИАШВИЛИ. Киношка
ПЕТРОВИЧ
ТОЛСТОКОЖИЙ Б.Г.
ЗАХВАТ
ЭКС-ДИНАМИКИ ПРЕВРАТИЛИСЬ В КОНЦЕНТРАТ
ИЗ БУТЫРКИ – В ЦДК
ЛОББИСТОВ – ДО ХРЕНА. МЕСТОВ МАЛО
Гардероб Орбакайте
ОДНИМ ЛЮБИМОВЫМ БОЛЬШЕ


««« »»»