Голова профессора Доуэля – лучший президент

Догнать и перегнать – у них не получится. Не те гонки

Что русскому хорошо, немцу – смерть. Знаем. Что немцу хорошо, русскому – смерть. Догадываемся. Однако упорно передираем у инородцев их рецепты жизни. В последнее время заразились еще одним недугом (на этот раз американским) – культом молодости и здоровья.

У белых американцев, как известно, молодости, в российском понимании, нет. Вместо бесшабашной юности, пьянок, гулянок, бушующего гормона и полнейшей безответственности их незрелые годы обезображены процессом лихорадочной борьбы за место под солнцем, созиданием карьеры, питанием нездоровой пищей и безудержным дрочиловом, поскольку уважающая себя американская девушка из приличной семьи так просто не дает. Дает только обладателю дорогой машины и вышеупомянутого места под солнцем.

Годам к тридцати происходит женитьба и рождение детей, затем очередной этап гонки за выживание, поскольку детям надо заработать на образование, чтобы не уронить их социальный статус, а когда можно перевести дух и расслабиться, добродушный американец достигает пенсионного возраста. Продает дом, за который в поте лица всю жизнь выплачивал ежемесячные взносы, забивает на потомство и начинает истерически наверстывать упущенное: ходить в коротких штанишках и кроссовках, держа за ручку спутницу жизни, интересоваться окружающим миром. Теперь можно путешествовать и усиленно доказывать себе и окружающим, что молод и здоров как никогда. Молодость стала в Америке культовой.

Пластические операции и разнообразные подтяжки – удел не только артистов, внутрикадровых телевизионщиков и праздных жен богатых бизнесменов, но и представителей всех профессий, связанных с выходом на более или менее широкую аудиторию. Особенно это касается разного рода политических деятелей. Им делают особую пластику, поскольку публичному политику западло расписываться в том, что он подтянулся. Поэтому выглядеть он должен на свой возраст, но вид его должен быть бодр. Ему не столько убирают морщины, сколько подтягивают овал лица, чтобы не было такого ракурса, когда лицо казалось бы дряблым и опущенным.

Западный культ молодости находится в полном противоречии с восточным пиететом к старости. Трудно представить себе чеченского аксакала, делающего подтяжку в страхе, что молодежь с бодрой констатацией “Фу, какой старый!” побежит за советом к более молодому. На Востоке возраст всегда ценился высоко, что в общем-то логично. Если господь дал человеку мозг и этот орган в процессе жизни усиленно тренировался, то прожитые годы идут только в плюс. В маразм на старости лет, как показывает статистика, представители интеллектуальных профессий впадают крайне редко.

Комплекс Клинтона

Молодой и здоровый вождь – фигура достаточно нестабильная.

Во-первых, самцу доклимактерического возраста гормон, хочешь не хочешь, туманит интеллектуальную деятельность. Недаром великий режиссер Luis Bunuel (Луис Бунюэль), который утверждал, что никому в мире не хочется трахаться так, как испанским юношам (он сам был испанцем), честно признался, что в 77 лет он, наконец, увидел мир совершенно другими глазами. Особенно опасны лысые мужчины: у них высокий уровень тестостерона, гормона, ответственного не только за бегство волос с головы, но и за потенцию с агрессией. Во-вторых, у молодых отсутствует здоровый похуизм, свойственный тем, кто уже одной ногой стоит в могиле, в-третьих, отсутствие здоровья, лишая человека многих радостей жизни, лишает его и соблазнов. Только в двадцать лет от полного счастья человека отделяет чемодан денег. В семьдесят к деньгам и прочим материальным радостям отношение уже более скептическое.

Впрочем, понятие здоровья само по себе относительно. Как отметил французский мыслитель Hippolyte Taine, человек от природы безумен и тело его больно. Ясность мысли, как и состояние полного здоровья, есть мимолетная удача, приятное нарушение нормы. “Мама, мы все тяжело больны, мама, мы все сошли с ума”, – пел Виктор Цой о молодом поколении и о человечестве вообще. Другой француз, Marcel Jouhandeau, считал, что появление человека в мире само по себе патология. Взаимоотношения homo sapiens с природой, Богом, себе подобными и самим собой нездоровы, поэтому каждый человек болен по определению. Итоговым можно считать высказывание прекрасного писателя Jules Romains, который в свое время написал: “Здоровье – всего лишь слово, которое без всякого ущерба можно вычеркнуть из словаря. Я окружен людьми, которые в той или иной степени больны, большим или меньшим количеством болезней, развивающихся быстрее или медленнее”.

И вообще физические недуги стимулируют мысль. Великие умы, как правило, отличались плохим здоровьем (см. историю жизни, к примеру, Nietzsche). Доктор Lombroso (Чезаре Ломброзо) считал, что гениальность и помешательство суть одно и то же, то есть болезнь. И вообще, если самец здоров, не был в детстве abuse’ан и девки его любят, на кой черт ему уродоваться и доказывать миру свою ценность? Он будет радостно совокупляться, плодиться и размножаться, вдохновенно растить потомство, утверждать культуру и умрет в глубокой старости в окружении внуков.

Если говорить о руководителе страны, то главное все же, чтобы он хорошо соображал, а если он при этом мочится в постель, то это его личная трагедия. Голова профессора Доуэля – вот отличный президент. Такой не напьется – ручек нет и не споткнется – ножек нет. Осквернить колесо лимузина тоже не сможет. И этого нет. И никаких пятен.

А выйти из строя может любой организм. Такие печальные события, как кровоизлияние в мозг, часто случаются с молодыми, физически здоровыми мужчинами, причем без всякой предварительной симптоматики.

Christopher Reeve (Кристофер Рив), голливудская звезда, исполнитель роли супермена, стал общественным деятелем, после того как в расцвете сил и лет упал с лошади и сломал себе шею. Он не может даже самостоятельно дышать, что не мешает ему активно заниматься общественно-полезной деятельностью. Так что все эти периодически вспыхивающие в средствах массовой информации истерики по поводу состояния здоровья Ельцина и связанные с этим многословные рассуждения о том, что руководитель страны должен быть физически здоров, являются лишь тупым заимствованием чужого невроза. Президенты ходят по канату лишь в переносном смысле… А не в смысле, что они что-то переносят.

Кремлевский вирус

Другое дело – странный вирус, гуляющий в кремлевских застенках и превращающий руководителя страны в овощ. Трудно не заметить странное сходство между поздним Брежневым и поздним Ельциным. Промежуточное состояние между жизнью и смертью оборачивается оголтелой возней жадных кукушат вокруг кормушки, борьбой за лидерство и всяческой нестабильностью. Как сказал классик, нельзя так долго колебаться при решении такого важного вопроса, как жить или не жить. Пока веселый и неадекватный зомби руководителя страны нетвердой поступью передвигается по коридорам власти и произносит некие тексты, которые за него тут же переводят во избежание неавторизованных толкований, страну лихорадит.

Впрочем, Кремль вообще странное место. “Единственная проблема, с которой не удалось справиться кремлевским руководителям, – пишет Евгений Ю.Додолев в своем бестселлере Les coulisses du Kremlin (© Mercure de France, 1992), – это проблема ворон, которые ежеутренне слетались под окна кремлевских вождей. Эти мрачные птицы давным-давно облюбовали себе Кремль. Может быть, в их генах живут воспоминания о лесах, которые покрывали берег Москвы-реки еще до того, как на этом месте был возведен город. Впрочем, некоторые старожилы Кремля считают, что жестокие времена Ивана Грозного взрастили в птицах ностальгию по крови, которая в те времена лилась в изобилии. Изо дня в день птицы неторопливо подъедали останки обезглавленных трупов. У ворон высокая продолжительность жизни и не так уж много поколений этих птиц сменилось с той поры. При Брежневе в борьбу с вороньем пустили сильные средства. В конце семидесятых инженеры установили в Кремле мощные громкоговорители, чтобы распугивать этих нежеланных посетителей с помощью аудиозаписи крика испуганной вороны, и, теоретически, это должно было напугать птиц. Но через несколько минут после начала трансляции вороны не только не разлетелись, но невесть откуда прилетели еще сотни их сородичей. Прилетели на подмогу. Ответственный за операцию специалист ошибся. Вместо предостерегающего крика он записал на ленту крик о помощи. После этой неудачи и в результате более глубокого изучения проблемы, уже в перестроечные годы ворон стали выводить с помощью соколов. А ведь еще пятнадцать лет вся Соборная площадь была черным черна от ворон, которые и сегодня готовы в любой момент вернуться”.

Так что кровавая аура у этой колыбели российской государственности явно не способствует гармоничному функционированию личности. Если особь наделена соответствующим рецептором и чувствует муки замученных и убиенных, крыша ее неминуемо съедет. Недаром психотравмированный кровавыми воспоминаниями детства Петр бежал из Москвы. Может, попробовать превратить Кремль в музей, а президента с аппаратом переселить в другое место?

Братки и братья

Если мы и впредь будем развиваться, следуя американским стандартам, согласно которым старость является постыдным недугом, то будущего президента надо будет рекрутировать из братков. Со здоровьем у них все в порядке, да и безработица в их рядах высокая, так что желающие найдутся (кстати, про Клинтона серьезные американские издания пишут, что он бандит. Всех неудобных свидетелей убивает и общается с отпетыми преступниками). А если пойдем по пути Востока, то как не последовать примеру Северной Кореи: дать вождю спокойно испустить дух, потом объявить его живым и пусть себе правит во веки веков. Никаких тебе простуд и шунтирований. Тишь да гладь.

Вероятнее, разумеется, западный сценарий, так как вся образованная часть населения по-прежнему устремлена на Запад. Забавную пару в этом смысле представляют собой братья Михалковы-Кончаловские. Русские, можно сказать, дворяне и патриоты, с общественно-политическими амбициями, они так плотно отпечатаны Америкой, что выглядит это даже забавно.

Не так давно по первому каналу показали короткое эссе Никиты Михалкова под названием “Сентиментальное путешествие на родину”. Заставка этого произведения должна была, видимо, оживить генетическую память зрителя, поскольку состояла из российских пейзажей и самого Никиты верхом на коне в сельской местности. Непонятно только, почему он гордо восседал на скакуне в джинсовой рубашке, эдакой американской униформе, что бросилось в глаза именно потому, что ожидалась косоворотка или что-нибудь в этом роде. А про творчество художника Кипренского Никита Сергеевич рассказывает, сидя перед камерой в бейсболке, рекламирующей нечто, называющееcя Angel (вероятнее всего бейсбольную команду).

Его брат Андрей Сергеевич в своей книге “Низкие истины” с горечью пишет: “Глядя на своем домашнем экране рекламные вставки в дорогой вашему сердцу мыльной опере или, разницы нет, высокохудожественной ленте, просматривая рекламу в газете, которую вам кладут в почтовый ящик, вы думаете, что это вам предлагают товар. Но мы не задумываемся, что рекламодатель не просто так дает деньги телекомпании или газете – он платит ей за ее товар. Какой? За аудиторию, которой он владеет. За нас с вами”. Да прочтет брат брата. А ведь Никите Михалкову даже не забашляли за рекламу. За размышлениями: “Какого черта он в бейсболке?” я все прослушала про портрет Давыдова, а в подкорку теперь навеки вписано слово Angel. Вот вам и пропаганда русской культуры.

Оба брата Михалковы по-американски подтянуты и спортивны, явно следят за собой и гастрономическим излишествам, по-видимому, не предаются, что не соответствует русской национальной традиции, зато соответствует западным стандартам: чем дороже ресторан, тем меньше порция, меньше масла, соли и перца, больше травы и низкокалорийных продуктов.

А ведь Никита, сыграв роль русского царя в своем новом фильме “Сибирский цирюльник”, уже примерил костюм вождя. И президент из него вышел бы неплохой, жаль только, что зануда и с чувством юмора не очень. Много ли в нем русского? Не больше, чем в Екатерине Второй. Плохо ли это? Не факт, ведь иноземные правители вели себя гораздо гуманнее по отношению к русскому народу, чем правители отечественного замеса.

И не важно, будет ли молод или здоров наш будущий президент, лишь бы было в нем поменьше “рассейского”, а если он при этом будет русских дворянских кровей, то это только хорошо. Не надо нам правителей от сохи, от сапога, от станка и так далее. Пусть лучше он будет обезображен культурным уровнем, эдаким плотно севшим между двух стульев представителем русской интеллектуальной элиты, впитавшим гуманистические ценности западной культуры в свой российский менталитет. Не надо тупо заражаться “их” национальными болезнями, лучше использовать эти морально-нравственные недуги в качестве вакцины, а от каждого возраста получать то лучшее, что он может дать. А оголтелая погоня за здоровьем на самом деле отдает средневековьем, когда после первой брачной ночи простыни молодоженов выставляли на всеобщее обозрение. Не надо нам баночек с анализами, главное, чтобы голова соображала.


М. Леско


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ТЕРПЕЛИВЫЙ И СТОЙКИЙ НАРОД
ВОПРОСЫ НЕДЕЛИ:
ВЛАСТЬ И ПРОМЫШЛЕННИКИ. ЛИЦОМ К ЛИЦУ
ПОКУПАЯ ЛЕКАРСТВА, БУДЬТЕ ВНИМАТЕЛЬНЫ. И ОСТОРОЖНЫ
Золотая лихорадка среди пенсионеров


««« »»»