Так не шейте вы ливреи, евреи!

Говорить о евреях стало неприлично. Виноваты в этом прежде всего сами евреи. Они решили превратиться в священных коров, забыв об изначальной, богоданной своей роли лакмусовой бумажки. Лакмус, как известно, реагирует не только на кислоту, но и на щелочь. Евреи должны сигнализировать о неблагополучии системы не только там, где их преследуют, но и там, где их слишком пылко защищают.

Говорю сразу: обвинить меня в антисемитизме не удастся. Я сам еврей, – по крови наполовину, а по морде так на все двести. Еврейского во мне много: мнительность в сочетании с напором, семейственность в сочетании с блудливостью, вспыльчивость в сочетании с трусостью, любовь к русской литературе и нелюбовь к русской истории – все тут.

Так что на макашовца не тяну ни по каким параметрам и говорить на данную скользкую тему имею некоторое право.

Хотя не особенно люблю.

Просто надоели спекуляции.

Специфика еврейского вопроса в том, что это своего рода громоотвод, отвлекающий маневр, нечто вроде секса, который интересует всех и во всякое время, так что позволяет немедленно оттянуть общественное внимание от тем действительно больных.

Если даже на самом шумном митинге оратор вдруг отвлечется на отношения полов, вся толпа тут же заспорит именно об ентом самом, а часть, возбудившись, просто побежит сношаться.

Так и тут: стоит во время любой дискуссии заговорить “о жидах”, как половина присутствующих передерется, а другая побежит разбираться с упомянутыми “жидами”, – вследствие чего решение действительно больных вопросов отложится на неопределенный срок.

Еврейский вопрос больным ни с какого перепугу считаться не может, поскольку для метафизического его исследования у сегодняшних россиян нет ни времени, ни образования, Розанова с Флоренским они в массе своей не читали, о Ветхом завете знают только то, что он ветхий, – а бытовой антисемитизм, как и бытовой люэс, в России существует в таких ничтожных и маргинальных формах, что всерьез о нем говорить не стоит.

Неблагодарно это со стороны евреев.

Ибо если бы в России был антисемитизм, настоящий, соответствующий масштабам поднятой вокруг него шумихи, – евреев здесь точно бы не было.

Очередной всплеск всенародного интереса к еврейскому вопросу понадобился экс-режиссеру, а ныне медиа-магнату и олигарху Владимиру Гусинскому в нескольких целях сразу.

Во-первых, Гусинский является председателем Российского еврейского конгресса. Считаться сионистской в строгом смысле слова эта организация не может, поскольку сверхзадача сионизма, как знает всякий сионист, – объединение евреев на их исторической Родине. Следовательно, задачей конгресса местных евреев является борьба за их права на родине неисторической, как бы дареной.

Не вижу в этом ничего дурного, хотя, по мне, еврею абсолютно незачем все время помнить, что он еврей. Надо числить себя писателем, шахтером, правозащитником, музыкантом, правым, коммунистом, чертом лысым, – но не евреем, ибо это признак третьестепенный для всякого мыслящего человека.

Кровь есть данность, национальность есть в лучшем случае предопределение, но никак не судьба и тем более не орден. Но Бог бы с ним: допустим, евреи действительно нуждаются в непрерывной и интенсивной защите.

К сожалению, то, чем занят Гусинский, как раз напоминает очередную попытку подставить евреев и сделать их потенциальными жертвами новой войны – просто потому, что их опять пытаются использовать в функции громоотвода.

Сначала бешеное муссирование еврейского вопроса понадобилось Гусинскому, чтобы поссорить Лужкова с коммунистами.

Блок совсем было наметился, Лужков дал интервью газете “Завтра”, Проханов перестал ругать его за октябрь-93, этот звездный час оппозиции, и стал подъезжать к нему с двусмысленными комплиментами. Начались межпартийные консультации.

Отдельные политологи предполагали, что в случае объединения лужковского и зюгановского электоратов и благоразумного самоотвода Геннадия Андреевича на второй план Лужков способен победить в первом туре президентских выборов.

Не вышло.

В образовавшуюся щель просунули кол.

НТВ днем и ночью трубило о чудовищном Макашове (который, к слову сказать, подобные заявления делал по десять раз на дню, и никто на него не обращал внимания. Все знали, что генерал М. не любит евреев. Ну и евреи его не любили. Но что ж так раздувать-то?).

Как известно, всякое действие порождает противодействие. В результате Макашов, по опросам “Независимой газеты”, вошел в пятерку наиболее популярных политиков России, а антисемитизм снова зашевелился в массах, – но Гусинский уже добился своего: Лужков, на которого он сделал ставку и с которым был связан хорошими отношениями, от Зюганова отмежевался.

Он делал это неохотно, с тоской, называл Геннадия Андреевича здравым политиком, заложником ситуации, – но сдать Макашова Зюганову не позволили остатки партийной дисциплины, да и электорат при его виде уже возбуждался, так что блок рухнул.

Периодически про-и-под-лужковские СМИ продолжали поднимать упомянутый вопрос.

“Литературная газета”, в частности, поинтересовалась моим мнением на этот счет. Я, не скрыв своей полукровчатости, честно написал, что особенно обижаться на Россию евреям, по-моему, нечего, что их хваленые Шолом-Алейхем и Зингер – писатели совершенно местечковые и никакой prix Nobel этого положения не исправит.

Сообщил я также, что все великие русские поэты, музыканты и художники, бывшие по национальности евреями, никоим образом этого факта не педалировали и считали себя русскими по языку, традиции и духу.

Только на пересечении культур, в их браке и взаимопроникновении рождается великое.

Наконец, я не скрыл от читателей “Литгазеты”, что идея Кобзона промаршировать всей еврейской общественностью Москвы по центру столицы с желтыми звездами (мэр тоже поучаствует, обещал Кобзон в интервью израильской газете “Едиот ахронот”) представляется мне откровенной провокацией, если не полным едиотизмом.

Хватит напоминать мне, что я еврей, просил я.

Я нимало этого не стыжусь, но я не только и не столько еврей. Я житель этой страны и наследник этой культуры, муж русской женщины и сын русской матери, любитель американской прозы и китайской кухни.

До гражданина мира мне далеко, но сводить меня к моей национальности – значит посягать на мое (и наше всеобщее) божественное происхождение, ибо Бог задумал человека чем-то большим, чем кусок глины определенного цвета.

Что тут началось!

“Еврейская газета”, а затем и лично ее редактор Танкред Голенпольский устроили мне отповеди в самых разнузданных тонах. С интонацией откровенного доноса Голенпольский витийствовал в той же “ЛГ”: Быкову не нравится Кобзон, Лужков, Дугин, Розанов, – ему вообще никто не нравится! Ну уж и никто, друг милый. Ты вот не нравишься, но и ты – еще не все. Розанов как раз очень нравится, он все про нас замечательно понимал. А Лужков, Дугин, Кобзон – одного, в общем, поля ягоды, они и не обязаны мне нравиться.

Дугин – нациствующий философ, автор туманных, мнимо-многозначительных демагогических работ о метаистории и геополитике, как он это называет. Любимый публицист газеты “Завтра”. Убежденный садомазохист, имперец, любитель черной магии и фашистской эзотерики.

Этого-то колоритного персонажа, которого леваки считают своим главным философом, нанял для разработки концепции российской политики ХХ века близкий друг и сторонник Лужкова – бизнесмен с сомнительной репутацией Александр Таранцев (“Русское золото”).

Кобзон, кстати, очень Таранцева защищал, когда его в Америке арестовали по подозрению в мафиозности, а газета “Завтра” печатала подобострастные интервью с этим узником совести, пообещавшим газете финансовую и моральную поддержку.

Таранцев – спонсор концертов Аниты Цой, которую не надо представлять, и ярый пропагандист лужковской власти.

Внешность и манеры Таранцева говорят сами за себя, тексты Дугина – тоже. Так что делать из Лужкова врага мирового антисемитизма как-то несколько преждевременно.

Но еще колоритнее заявление Голенпольского о том, что ей-ей, надо бы организовать демонстрацию евреев – ветеранов войны, чтобы знали антисемиты, кто Родину защищал!

Мой дед, чистокровный еврей, был ветераном войны. Он прошел всю войну, закончил ее майором артиллерии под Кенигсбергом, потом служил в Выборге, демобилизовался в сорок седьмом. Воображаю, в каких выражениях отозвался бы он об этой демонстрации. Но главное – воображаю, кем надо быть, чтобы отправить своих стариков дразнить антисемитов. Это очень по-голенпольски – в очередной раз прятаться за спины стариков. Шел бы сам демонстрировать, если такой храбрый.

Я понимаю, почему Голенпольский подобострастничает перед Лужковым. Он чувствует тоталитарность, силу и под эту силу прогибается. Я понимаю также, почему Лужков вынужден был разыгрывать еврейскую карту: Гусинский чрезвычайно подчеркивает важность своего конгресса и своего еврейства, а без Гусинского и его подчиненных Лужкову трудновато было бы доказывать всей стране, что он – ее единственный шанс. Не понимаю я другого: почему жертвой чьих-то амбиций опять должны становиться евреи? Зачем им обязательно ассоциироваться с Лужковым? Одну историческую ошибку (на которую, правда, были обречены) они уже сделали в начале века, не просто поддержав, но активнейшим образом оседлав революцию.

Ясное дело, борьба шла за отмену национальной дискриминации, черты оседлости, – дело святое. Но именно участие евреев в русской революции дало антисемитам в руки главный козырь: что говорить, приписать подвиги Троцкого, Свердлова и Блюмкина к заслугам еврейства не удается никак.

Точно так же, как и подвиги Сталина и Берии не делают чести кавказцам.

Но сейчас-то куда лезут активисты так называемого еврейского движения, ведя на Русь еще одну тоталитарную напасть? Неужели им невдомек, что эта напасть рано или поздно обернется и против них – потому что еврей так устроен (см. рассказ М. Агеева “Проклятый народ”), что никакого тоталитаризма терпеть не может в принципе, так что обречен против него восставать и с ним враждовать?! Ведь чем больше евреи сегодня борются за свои права, и так никем не ущемляемые, – тем больше будет откат народной ненависти, когда народ закономерно разочаруется в новом тоталитарии и вспомнит, кто его поддерживал громче всех!

Всего этого не стоило бы писать, если бы Гусинский не попытался недавно очередной сбор своего конгресса превратить в пролужковскую кампанию.

Во-первых, олигарха настораживает “антизападная риторика” в прессе, напоминающая о временах холодной войны.

Значит, в апреле этого года, в разгар косовской драмы, она его не настораживала, – хотя американское посольство у нас и в годы холодной войны яйцами не закидывали, а уж какая шла риторика в прессе, в том числе и на НТВ, – страшно вспомнить! НТВ ведь было откровенно пропримаковским, и знаменитый разворот над Атлантикой в знак протеста против НАТОвских бомбардировок подавался чуть ли не как символ российского достоинства!

Теперь, значит, Гусинского испугала антизападная риторика накануне стамбульского саммита. Поразительная гибкость!

Часть западных лидеров, давно сделавшая ставку на социально близких ей консерваторов-бюрократов вроде Лужкова и Примакова, откровенно полезла в российские дела, спекулируя на российской беде.

Естественная реакция на это называется возвращением холодной войны, – хорош критерий! Видимо, ненависть Гусинского к Путину достигла уже того градуса, при котором впору звать на помощь Запад – лишь бы свалить гнусного преемника кровавого режима, при котором, кстати, Гусинский и стал тем, кем стал.

Но главное, в своем выступлении Гусинский, прозрачно намекая на ОРТ, попытался создать в воображении братьев по крови новый образ врага.

Враг сегодня – тот, кто не любит Лужкова и возражает Западу. Враг – тот, кто поддерживает Путина. Поймать Путина на антисемитизме еще не удавалось, но нет сомнений, что поиски в этом направлении ведутся. Иными словами, Гусинский снова пытается использовать свое… как бы это сказать… не служебное, а чисто национальное положение в борьбе за власть. То есть хочет сделать национальность козырем и аргументом.

Ну что тут скажешь? Переубеждать Гусинского я не вижу смысла. Мне хотелось бы обратиться к таким же евреям, как я, со словами еще одного еврея, большого русского поэта Александра Галича (Гинзбурга): так не шейте вы ливреи, евреи! Иными словами, не примазывайтесь к государственной службе, не ходите в услужение к сильной руке! Поймите, что на ваших проблемах, если у вас таковые имеются (мало ли, в очереди жидом обозвали), в очередной раз спекулируют – чтобы потом на вас же свалить!

Ибо еще один еврей, тоже не последний русский поэт Игорь Губерман, припечатал беспощадно:

“Кустистые брови насупив,

еврей, подстрекаемый улицей,

все время хлопочет о супе,

в котором становится курицей”.

Милые евреи! Неужели вам (нам) опять так хочется стать разменной монетой в чужой игре! Неужели вы готовы покупаться на временную, неискреннюю и чисто ситуативную защиту человека, который чуть не задружился с откровенными антисемитами! Неужели вам хочется, чтобы из вас снова делали пятую колонну!

И главное – никто не мешает вам любить Запад и ненавидеть чеченскую войну.

Я сам терпеть ее не могу.

Но зачем при этом поддерживать Лужкова, который способен своей защитой скомпрометировать кого угодно?!

“Смотрите, братия, чтобы не было в ком из вас сердца лукавого и неверного, дабы вам не отступить от Бога живого”, – сказано в Послании к евреям святого апостола Павла (3:11).

Не слушайте провокаторов. Не поддавайтесь на уговоры тех, кто упорно и бессовестно хочет видеть вас только евреями, а не гражданами свободной и открытой России. Не педалируйте собственного еврейства. И не покупайтесь на заявления человека, который, может, и спасет вас от Макашова, но ввергнет в куда более грозную опасность: приведет в новый лагерь с новой колючей проволокой.

И виноваты – в глазах антисемитов всех мастей – будете вы.

Как до сих пор виноваты в их глазах несчастные очкастые комиссарши с Блоком в голове и маузером в руке, все эти Розы и Ривы с огромной грудью, затянутой в кожанку, все эти пропагандистки и партийки, обманутые большевистскими посулами единого человечьего общежитья.

Ну и чем это кончилось? И какая сильная власть любила евреев – перетряхните хоть всю историю человечества?

Не шейте ливреи, евреи.

Их потом с кожей приходится сдирать.


Дмитрий Быков

Русский писатель, журналист, поэт, кинокритик, биограф Бориса Пастернака и Булата Окуджавы.

Один комментарий

  • Айзик Айзик :

    Не стоит обращать внимание на манеры Голенпольского. Доносы на друзей и диссидентов, среди которых он обретался, писал и в советские времена. Может быть и позже, чтобы обезопасить себя от внимания органов к его махинациям с якутскими алмазами, где изволи быть директором воровской конторки. Дерьмо у нас всегда плавает сверху и мешает плыть другим.

Оставьте комментарий

Также в этом номере:

НАШИ СЕКСОТЫ НАС НЕ ОСТАВЯТ В БЕДЕ
ПРОТИВНИК ВАГИНАЛЬНОГО СЕКСА
СТРАСТИ ПО ВОДКЕ И ПО ПУШКИНУ
ПОДКРАВШИЙСЯ НЕЗАМЕТНО.
ЗДРАВСТВУЙ, ЖОПА, НОВЫЙ ГОД!


««« »»»