ГУСИНСКИЙ ДЕМОН

Николай КОТИЙ

Паранойя – общее название психических расстройств, характеризующихся стойким систематизированным бредом (преследования, ревности и т.д.).

БЭС. М., 1997

АГЕНТ КГБ?

О криминальной стороне “дела Гусинского” сказано уже столько, что к сказанному лично я не берусь ничего добавить. В известном интернетовском сайте Compromat.ru компромат на известного медиа-магната настолько богат и многообразен, что всякий волен выбирать для себя историю по вкусу.

Борцам со “всевластием органов” непременно придется по душе сюжет о том, как Гусинский в годы своей бурной молодости будто бы состоял осведомителем КГБ под агентурной кличкой Денис и в качестве такового работал среди театральной интеллигенции.

Сторонникам этой версии я бы, впрочем, напомнил слова Леонида Шебаршина о том, что работа на спецслужбу собственной страны еще никого не скомпрометировала. Скорее, наоборот. Лучше быть агентом Денисом, Алексеевым или, к примеру, даже Дроздовым, чем каким-нибудь Гордиевским или Резуном (Суворовым).

Те, кто полагает, что все олигархи – жулики от рождения, с удовольствием узнают, что еще в августе 1986 г. Советским РУВД г. Москвы на Гусинского якобы было заведено уголовное дело по факту мошенничества: некие граждане Михаил Вильнер и Яков Канцельсон обвиняли начинающего бизнесмена в невозврате денег.

На это люди, склонные к философическому миросозерцанию, наверняка возразят, что в основе любого крупного состояния, возникшего внезапно и непонятно откуда, всегда лежит кража и это не нами, а еще г-м Прудоном доказано. В конце концов, сколько таких горемычных вильнеров и канцельсонов за годы “реформ” лишились своих кровных, дабы, к вящей радости господ-“реформаторов”, сформировался тот могучий класс, который мы называем олигархами. Искусство реформ требует жертв!

Наконец, людей серьезных, интересующихся проблемами организованной преступности, может порадовать некая секретная справка о деловом партнере Гусинского, бывшем профессиональном картежнике и криминальном авторитете Михаиле Мирилашвили (известном в определенных кругах как Миша Кутаисский), президенте АО “Русское видео”.

Скептики, однако, опять же возразят, что большой бизнес и организованная преступность переплелись уже настолько тесно, что попрекать означенного г-на Мирилашвили криминальным прошлым столь же нелепо, как, например, ставить в вину одному из руководителей холдинга “Медиа-Мост” его прежнюю работу в аппарате ЦК КПСС.

Вообще, для проверки всех обвинений, выдвинутых в адрес Гусинского, требовалось бы, чтобы все наши правоохранительные органы оставили все иные дела и занялись исключительно медиа-магнатом. А поскольку со значительной долей вероятности допустимо предположить, что этого никогда не случится, всякий может остаться при своем мнении.

Те, кто полагает, что Гусинский – это демон, посланный на землю, не нуждаются ни в каком обосновании означенного тезиса. Тех же, кто склонен узреть в этой фигуре столп и утверждение независимости СМИ, никакой компромат не отвратит от Владимира Александровича. А потому все усилия по поиску компромата на Гусинского – суета сует и всяческая суета, и не к лицу думающему человеку тратить на эти исследования время и бумагу для принтера.

НА ВСЮ ГОЛОВУ!

Когда известный политик & крупный энергетик Анатолий Чубайс заявляет, что арест Гусинского означает “попытку превратить Россию в полуфашистское государство”, а телеведущий Евгений Киселев, посвящающий 1 час 50 минут из своей двухчасовой программы “делу Гусинского”, проводит навязчивые параллели между Веймарской республикой накануне прихода фашистов к власти и современной Россией, становится понятно, что в “деле Гусинского” под угрозой оказались серьезные экономические интересы. Это ощущение еще более усиливается, когда читаешь прошлогоднее письмо крупнейших олигархов в защиту Гусинского.

Но меня в этой истории интересует совсем другое. Когда известный адвокат г-н Резник при всем честном народе декламирует:

Пробил час мужества! Взбесившуюся стаю, которая хочет подмять под себя общество, надо остановить!” – начинаешь верить в гипотезу о переселении душ.

Так и кажется, что неуспокоившийся дух Андрея Януарьевича Вышинского, все эти годы витавший над нами, по какой-то странной случайности, подлетев в стенам Генпрокуратуры, вдруг на мгновение овладел грешной плотью стоявшего неподалеку адвоката Резника. Любил насчет “взбесившихся собак” из числа бухаринско-троцкистских и всяких там зиновьевских извергов высказаться Андрей Януарьевич, ох и любил! Иногда, правда, для разнообразия говорил о “поганых псах”, но все равно, как говорил! Златоуст!

Когда известная журналистка Евгения Альбац заявляет, что Гусинского, оказывается, нельзя сажать в общую камеру Бутырского следственного изолятора на том основании, что он еврей, отсюда один шаг до популярной некогда в одной стране теории превосходства одних рас над другими, которая, как известно, ох уж каким боком вышла для ее поклонников!

Когда люди, именующие себя демократами и сторонниками теории разделения властей, вдруг требуют, чтобы президент Путин немедленно вмешался в дела Генпрокуратуры и освободил Гусинского из заточения, невольно задумываешься о зыбкости демократических принципов в мышлении наших демократов и даже о неком двойном стандарте.

Куда в самом деле исчезают весь этот напускной демократизм, терпимость к инакомыслию, слегка ироничный взгляд на наш грешный мир, когда “на крутых поворотах истории” вдруг возникает угроза (как правило, мнимая!) материализации каких-то глубинных, подсознательных страхов этих людей! И тогда мы, к своему изумлению, из уст этих таких добрых, таких милых, таких застенчивых интеллигентов вдруг слышим призывы к суду над партиями и закрытию газет, массовым расправам и отправлению на стадионы инакомыслящих; больше того, мы слышим неистовые аплодисменты танковым залпам и расстрелам безоружных людей из крупнокалиберных пулеметов. Так и хочется сказать: успокойтесь, господа! Нам не грозит ни фашизм, ни ГУЛАГ, ни погромы. В наш технотронный век возникли иные формы господства и подавления.

Хуже, лучше – кто знает? Но наблюдая в очередной раз истерику этих людей, почти всегда одних и тех же, начинаешь отчетливо понимать, что речь идет о каком-то сдвиге в сознании не слишком значительного в численном отношении, но очень активного и весьма влиятельного слоя общества. А может быть, о сдвиге лишь у тех, кто считает себя выразителем общественного мнения? В любом случае сдвиге мощном. Как говорится, на всю голову. Это явление следовало бы назвать “корпоративной паранойей”. Разумеется, паранойей не спонтанной, а умело направляемой и дирижируемой людьми, ни к какой паранойе не склонными – расчетливыми и холодными, четко осознающими, какие интересы могут быть поставлены под угрозу, если государство вдруг и в самом деле предпримет наступление на криминальный бизнес.

ПОЗИЦИОНИРОВАНИЕ ЕВРЕЙ

Любому из нас случалось сомневаться в верности жены или любовницы. Но стоит этим сомнениям целиком овладеть сознанием человека – и психиатр ставит диагноз: “бред ревности”. Разумному человеку свойственно подчас опасаться за свою жизнь в нашем безжалостном мире. Но как только эти опасения занимают в голове индивидуума чуть большее место, чем положено, налицо бред преследования. И что характерно, индивидуум, одержимый параноическим бредом в какой-то одной области, может быть вполне нормальным, а подчас и гениальным во многих других.

Примеров тому без счета, особенно среди тиранов прошлого и настоящего. Не то чтобы из паранойи неизбежно вытекала тирания, но какая-то связь между этими явлениями, как мы увидим ниже, есть. В условиях корпоративной паранойи никакое разумное суждение уже не пробивает себе дорогу к общественному сознанию. Скажем, такое, принадлежащее Марии Арбатовой: “Истерика, которую подняли вокруг Гусинского средства массовой информации, демонстрирует все нездоровье нашего общества и прессы в частности. Ведь в тот же день произошло и другое событие – в одной из колоний были госпитализированы сразу 140 заключенных. Но об этом – лишь одна строчка в Интернете, никого это не волнует. В нашей стране права человека существуют только тогда, когда этот человек – олигарх”.

К счастью, речь идет пока что о нездоровье только части общества. Как говорится, широкие массы трудящихся остались к “делу Гусинского” вполне равнодушны, несмотря на все усилия манипуляторов сконструировать некий образ сил зла, жертвами которых якобы может стать каждый из нас.

Об истоках этой корпоративной паранойи мне бы и хотелось порассуждать. Как ни странно, они лежат в том числе и в особенностях личности самого ТВ-магната. Владимир Гусинский – и в этом его неоспоримое достоинство – позиционирует себя в общественном сознании совершенно четко.

Во-первых, Гусинский позиционирует себя как предприниматель в настоящем смысле этого слова. В отличие от множества “новых русских”, о которых известно, что у них “бабок тьма”, но которые совершенно непонятно, чем занимаются, г-н Гусинский создает качественный информационный продукт, как телевизионный (НТВ) и радийный (“Эхо Москвы”), так и печатный (газета “Сегодня”).

Во-вторых, и это вполне логично, Гусинский в качестве успешного медиа-магната позиционирует себя как “властитель дум”, проще говоря, как пропагандист. О том, какие ценности он пропагандирует, речь впереди.

В-третьих, Гусинский позиционирует себя как еврей. Здесь нам придется слегка коснуться болезненного для многих “еврейского вопроса”. По отношению к России проживающие здесь евреи занимают разные позиции. Одни считают своей родиной Израиль и мало-помалу отъезжают туда на постоянное место жительства. Другие считают своей родиной Россию, а себя – людьми русской культуры и даже не любят, когда им без нужды напоминают об их еврейском происхождении. Третьи, ощущая свою культурную самобытность, считают себя гражданами и патриотами России.

Но есть и некая четвертая категория, так сказать, евреи-космополиты (не в смысле советской пропаганды периода позднего сталинизма!), которые хоть и живут в России и никуда отсюда уезжать пока не собираются, но считают себя “гражданами цивилизованного мира”, своего рода его посланцами, полномочными представителями и даже ревизорами.

Типичный “гражданин мира” – сам Гусинский. Он живет в России и при этом имеет израильское гражданство. Но налоги он платит не в России и не в Израиле, а в Гибралтаре, где они минимальны. Это не осуждение и не похвала, а лишь констатация факта.

Права человека для людей такого типа – своего рода религия, что и неудивительно: для исторически гонимых во многих странах евреев индивидуальные права в иерархии ценностей оказывались значительно выше, чем государственные интересы тех стран, где они проживали. Такое миропонимание весьма тесно соприкасается с идеологией либерализма, а потому неудивительно, что его носители в России, как правило, называют себя либералами, что, конечно, дает повод противникам либерализма и скрытым антисемитам трактовать либерализм как своего рода “этническое мировоззрение”, что, вообще говоря, неправильно.

Владимир Гусинский как личность чрезвычайно яркая, сильная, энергичная, естественно, притягивает к себе людей такого же, как и он сам, типа. В результате в его окружении мы видим немало предпринимателей в настоящем смысле этого слова – людей, способных занять на рынке (в данном случае информационном) собственную нишу, создавать качественный продукт, пользующийся спросом, которые видят в Гусинском образцового бизнесмена.

Многие из них претендуют и на роль “властителей дум” – господа Черкизов, Альбац, Радзиховский, полагаю, обидятся, если кто-нибудь посчитает их просто журналистами.

Мы имеем определенный структурированный сектор общественного мнения – космополитичный, либеральный, ставящий во главу угла права человека подчас в ущерб интересам государства, как это мы наблюдали в период первой чеченской войны или в подзабытом уже “деле Бабицкого”. Для России с ее традициями в духе “государство – все, личность – ничто” наличие такого сектора чрезвычайно важно, если мы всерьез говорим о перспективах демократии.

ЛИБЕРАЛЬНЫЙ ТОТАЛИТАРИЗМ?

В “деле Гусинского” как нельзя более наглядно проявилось одно явление, характерное для переломных моментов мировой истории. В стабильном обществе каждая социальная, идеологическая, медийная группа знает свое место и не претендует на какое-то исключительное положение. Создание системы “сдержек и противовесов”, не позволяющих одной группировке подмять под себя все общество, становится для государства в переходный период важнейшей задачей. Иначе мы неизбежно получим “либеральный” террор, который ничуть не лучше террора “гебистского”.

О том, какие крайние формы может он принять, свидетельствуют писания некоторых наших либералов, которые, в частности, требовали для участников событий 3 – 4 октября 1993 г. в Москве, включая женщин, смертной казни через повешение на Красной площади. Когда либеральные адвокаты говорят о “взбесившихся псах”, это уже страшно.

P.S. Во избежание разного рода кривотолков автор (Николай Гульбинский, псевдоним Николай Котий) считает необходимым подчеркнуть, что эта статья написана в защиту свободы слова, плюрализма, демократии, национального и расового равноправия, т.е. всего того, приверженцем чего считают себя г-н Гусинский и его сторонники.


Николай Гульбинский


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ЗВОНКАЯ ПЕСНЬ ПОБЕДИТЕЛЕЙ
Прошлой весной Путин сменил Ельцина. Чего больше принесла нам эпоха правления первого Российского Президента: плюсов или минусов?
Австрийские врачи любят осматривать Геру
Открылась бездна, “звезд” полна…
Его величество пельмень
Слово не воробей
“Я!”
Hollywood
“МОСКВА”
«РОМАНОВЫ. ВЕНЦЕНОСНАЯ СЕМЬЯ»
В детство можно только впасть!
Как складываются в последнее время отношения государства и СМИ, и почему президент уделяет такое внимание этому вопросу?
Что стоит за конфликтом вокруг НТВ: политика или экономика?
КАЛЕНДАРЬ СМЕРТИ. 1-7 АПРЕЛЯ
ВОПРОСЫ СЕЗОНА:
Цыгане накажут Березина?
ДЕМОКРАТИЯ ИЛИ РОССИЯ?
Безумная Анна на шее Соколова
Анекдот
ПОВЕСТЬ О ВЕЩЕМ ОЛЕГОВИЧЕ
“ПРИХОДИ НА МЕНЯ ПОСМОТРЕТЬ”


««« »»»