МАРК РУДИНШТЕЙН: СЛЕДУЮЩИЙ “КИНОТАВР” ДЛЯ МЕНЯ СТАНЕТ ПОСЛЕДНИМ

Вечером 13 января в Центральном академическом Театре Российской армии состоялась Торжественная церемония вручения Национальной премии кинокритики и кинопрессы “ЗОЛОТОЙ ОВЕН” за 1998 год. Лауреатами премии стали: в номинации Лучший фильм – к/ф “Страна глухих”, режиссер Валерий Тодоровский (премию вручал Никита Михалков). В номинации Лучшая режиссерская работа – Алексей Балабанов, к/ф “Про уродов и людей” (премию получал продюсер фильма). Лучшая работа художника – Вера Зелинская, к/ф “Про уродов и людей”. Лучшая музыка к фильму – Алексей Айги, к/ф “Страна глухих”. Лучшая женская роль – Дина Корзун, к/ф “Страна глухих” (в ее честь спел вручант премии Сергей Безруков). Лучшая мужская роль – Сергей Маковецкий, к/ф “Про уродов и людей” (приехал на церемонию прямо с вечернего спектакля).

В минувшую среду начался IV Международный кинофестиваль “ЛИКИ ЛЮБВИ”, который завершится на следующей неделе. Как и в предыдущие три года, основная задача “Ликов”-99 – по возможности полно представить российскому зрителю лучшие произведения современного кино о любви. Основная программа включает фильмы, созданные в разных странах в 1998 году, сюжетную основу которых определяют взаимоотношения МУЖЧИНЫ и ЖЕНЩИНЫ. Это картины разных жанров – ведь любовь многолика, она может быть и смешной, и драматичной, нелепой, роковой, прекрасной, ужасной.

В сегодняшнем номере “Нового Взгляда” мы беседуем с крестным отцом этого престижного мероприятия, с загадочным и легендарным Марком Григорьевичем РУДИНШТЕЙНОМ, который является не только одним из столпов отечественного кинематографа, но и многоплановой фигурой русского шоу-бизнеса (в частности, певцом и актером)… А впрочем, слово самому Мистеру Кинотавру.

– Вы основатель фестиваля “Лики любви”. Какое место любовь занимает в вашей личной биографии?

– Первое и единственное место, потому что все, что я в жизни делаю, я делаю во имя любви к женщине. А ради чего еще жить? Для меня это вопрос давно решенный, и даже когда мне будет семьдесят или восемьдесят лет, я по-прежнему буду ждать этих ощущений. А если я потеряю интерес к женщине, это будет означать конец моей физической жизни.

– Представленные на нынешнем фестивале фильмы трактуют тему любви во всех ее аспектах?

– Не во всех! Пусть простят нас борцы за права человека, но фестиваль посвящен любви мужчины и женщины – это обязательное условие. Картины, имеющие другую сексуальную направленность, мы отвергали. Пусть кто-нибудь другой создаст фестиваль с иными критериями отбора…

Правда, не всегда фильмы о любви полны романтики и сантиментов, часто в них много грязи, через которую приходится этой любви пройти. Но тенденцией фестиваля можно назвать стремление показать сказку, красивую любовь.

– А эротика присутствует?

– Любовь без эротики, по-моему, просто не существует, это взаимообусловленные вещи. Если в фильме нет красивых постельных сцен, то это уже не любовь, а какое-то амбулаторное существование.

– Являлось ли наличие постельных сцен критерием при отборе фильмов на фестиваль?

– Постельные сцены тоже бывают разные. Бывают жестокие, грязные, полные насилия. Макаревич утверждает, что нельзя песни разделить на бардовские и рокерские, а только на плохие и хорошие, так и я кино делю на плохое и хорошее. Я не люблю разговоров о постельных сценах, об эротике, слово “любовь” вмещает в себя все. Вот если эти понятия выражены художественным языком, то постельная сцена не вызовет отрицательных эмоций, которые может вызвать сцена, выполненная вне контекста художественности.

– Можете ли вы сказать, что девизом фестиваля является утверждение: “Любовь спасет мир”?

– Любовь – это единственный способ выжить на Земле. Искусство связано с глаголом “рождаться”, а рождаться пока еще что-то может только от двух начал, двух полов, от мужчины и женщины (хотя определенные опыты и ведутся в данном направлении, но они лишний раз подтверждают, что от однополой любви ничего родиться не может). Меня не убеждает тот факт, что в Древней Греции к однополой любви относились терпимо. Можно восхищаться красивым мужским телом, но что-то живое может родиться только от двуполой любви.

– А как у вас возникла идея фестиваля “Лики любви”?

– Однажды в Германии (во время Берлинского фестиваля) мы сидели в Сергеем Соловьевым в баре и пили пиво. Надо сказать, что Берлинский кинофестиваль страдает пристрастием к фильмам, смакующим подробности гомосексуализма. И вот мы все сидим и болтаем, а вокруг нас ходит соответствующая публика, и в конце концов я сказал Соловьеву, что мы с ним здесь, два нормальных мужика, представляем собой сексуальное меньшинство. Мы посмеялись над этой ситуацией, но она заставила меня задуматься над тем, что в Европе остается все меньше и меньше настоящих мужчин, и мне захотелось сделать фестиваль, где бы проблемы любви были трактованы традиционным, старым способом.

А потом все шутили: мол, этим фестивалем Рудинштейн вернул кинематографу мужское достоинство. И на капустнике в честь моего 50-летия, смонтировав разные фильмы, показали, как Юрий Никулин заходит в музей и приставляет античной статуе одну недостающую, но очень важную деталь.

Если забыть обо всех “измах”, существующих в мире, то можно сказать, что это просто Фестиваль-о-любви.

– Вы назвали премию “Золотой Овен”, потому что рождены под знаком Овена?

– И поэтому тоже, хотя не только. Рождение замысла пришлось на рождественскую ночь, а Иисус, как вы знаете, родился среди барашков да овец. Что касается слова “золотой”, то это вполне естественная ассоциация с идеей “лучший”. Есть премия “Золотой Глобус”, а есть “Золотой Овен”.

– Как вы считаете, какая премия престижней: “Ника” или “Овен”, ведь тематически они очень мало отличаются друг от друга?

– Конечно, “Ника”. В каждой стране есть главная премия. Что престижней в Америке, “Оскар” или “Золотой Глобус”? Разумеется, “Оскар”, и не надо соревноваться.

Если что-то неожиданно отомрет, в чем я сомневаюсь, останется одна. Но я хотел создать не “вторую” премию, а совсем другую, солидную, более профессиональную, с учетом мнения критики… Но “Ника”, безусловно, остается главной. Даже если можешь переплюнуть деньгами и художественными изысками, это ничего не решает. И вообще есть вещи, на которые не надо покушаться, потому что сегодня ты “покусился”, а завтра на тебя “покусятся”. Как сочинский “Кинотавр” основной и самый известный фестиваль в стране, так и “Ника” – главный приз. Места всем хватит.

– Вам неоднократно предлагали вести телепередачи и сниматься в кино. Насколько мне известно, от телепроектов вы всегда отказывались, а вот в кино этим летом снимались и отрастили даже ради этого бороду. Что это был за фильм и какую роль вы в нем исполнили?

– Что касается телевидения, то это очень опасная штука. Когда общаешься с экрана со всей страной, это большая ответственность. Надо иметь уверенность в том, что тебе есть что сказать, а у меня нет убежденности, что я настолько интересен.

Кино – другое дело. Там ответственность солидарная; продюсеры, режиссеры, актеры, вся группа в равной степени отвечает перед зрителями за результат, в то время как на ТВ эта responsibility персонифицирована ведущим (другое дело, насколько это справедливо, но такова практика).

Прошлым летом я снимался вместе с Олегом Янковским и Татьяной Догилевой. Исполнил роль врача, семейного доктора, и если, Бог даст, хватит денег докончить картину, она получится неплохой.

– Возвращаясь к “Ликам любви”, считаете ли вы любовь и деньги сцепленными понятиями?

Конечно, и здесь нечего стесняться. Мужчина должен зарабатывать деньги, чтобы доставить радость женщине. Не покупать ее, а именно тратить на нее деньги. И вообще, что такое деньги? Раньше это называлось “убить мамонта” и притащить его в пещеру к женщине. Поэтому нет принципиальной разницы, достал мужчина денег или убил мамонта. А любовь при отсутствии денег я на себе не раз испытывал. Карманы пустые, не можешь даже цветы купить… Зато теперь, когда я опускаю руку в карман, я чувствую себя мужчиной. И это означает не то, что вы подумали. Теперь у меня есть лишний рубль. Очень неприятно, когда не можешь побаловать избранницу.

– Как дела, к вопросу о деньгах, с финансированием “Кинотавра”? Кто занял место Сергея Лисовского?

– Организацией финансирования я, как обычно, занимаюсь сам. Место Лисовского остается свободным. Мы ему очень благодарны за то, что он поддержал нас в прошлом году, но вы же сами знаете, что происходит с рекламой, а это его основной бизнес.

– Может ли “Кинотавр” стать государственным фестивалем?

– А зачем? Каннский фестиваль ведь не государственный. Хотя, конечно, государство должно участвовать в финансировании подобного рода мероприятий. По уму бюджет любого фестиваля должен складываться из трех частей: государственного (в случае Каннского это 25%), городского (25%) и привлеченных средств.

Все эти годы мы своими силами поддерживали “Кинотавр”, а вместе с ним и отечественное кино. Мы заполнили паузу, и я всегда это подчеркивал. Государство должно нам сказать за это спасибо.

Поддержка культуры – это, в первую очередь, дело государства. Никакой бизнесмен, никакой богатый человек не сможет это взять на себя. Государство по крайней мере должно сделать так, чтобы бизнесменам было выгодно и престижно тратить деньги на культуру. Важно, ничего не запрещая, создавать условия для существования отечественной культуры, и в том числе отечественного кино.

Я ведь не против голливудской продукции, но ведь нашла же российская эстрада себе место в условиях рынка, не важно, в данном случае хороша она или плоха, а вот кино в прокате себе места не нашло. Но мы скоро вернемся в зрительные залы, вернемся обязательно.

– Ходят слухи, что вы не будете больше заниматься “Кинотавром”. Это правда?

– Десятый “Кинотавр” будет последним, который я проведу лично. Я намерен продолжить свои контакты с кинематографом в составе финансовой группы, которая должна обеспечить бесперебойное функционирование “Кинотавра” в будущем. (В этом году путевки на “Кинотавр” будут очень недорогие: две недели отдыха в компании кинозвезд обойдутся долларов в 500 – вместе с авиабилетами и трансфертами. Информация по телефонам: 291-1663, 203-1449, 248-0911. – Ред. ИД “Новый Взгляд”.)

Уходит в прошлое романтический период “Кинотавра”, когда мы все любили просто друг друга и вкалывали за идею. Команда в целом сохранилась, хотя кое-кого мы потеряли. Структура становится более жесткой, считается каждая копейка. Я уже приучил своих сотрудников к мысли, что они вполне обойдутся без моего непосредственного руководства. А там посмотрим – рано или поздно найдется новый лидер, который возглавит фестиваль.

“Кинотавру” передали кинотеатр “Мир”. Есть уже проект его перестройки в шестизальный комплекс с театральным залом. Это будет головокружительный комплекс, и всю свою творческую энергию я собираюсь вложить в этот проект.

Евгений ЛИСОВСКИЙ.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Киноновости
Хочу рассказать историю
Beatles все еще в цене
СЕКС И ХИМИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ
В ЖИЗНИ ДОЛЖНО БЫТЬ МЕСТО ВЫБОРУ…
В ДЕНЬ ДВА ФИНИКА – СЛАБО?
ПО ВЕЧЕРАМ ПО РЕСТОРАНАМ
СУД ЗАЩИТИЛ ПРАВО РОССИЙСКИХ БОЛЬНЫХ НА КАЧЕСТВЕННЫЕ ЛЕКАРСТВА
Скандалы


««« »»»