Реквием по мечте

What you gonna do when your love is gone

Who you gonna play when the game has ended

Where you gonna go when the bird has flown

How you gonna play when you’re all alone

Madonna, Fighting Spirit

Впервые в истории России мы наблюдаем столь колоссальную ломку традиционной иерархии жизненных ценностей. «Казаться» сегодня гораздо важнее, чем «быть», а понты и вовсе стали самой крепкой в стране «валютой».

У блестящего американского публициста Тома Вулфа (это тот, который «Костры амбиций») есть чудесный роман «Мужчина в полный рост». Его герой – строительный магнат Чарльз Крокер – оказался перед неприятным выбором. В итоге он таки предпочел с репутацией не расставаться даже ради строительного холдинга. Крокер впал в религиозно-просветительский маразм и отправился с котомкой за плечами проповедовать свои вечные стариковские ценности. Финал, конечно, слабоватый и, мягко говоря, нежизненный, за что Тома Вулфа «обласкал» не один критик. Но это не отменяет вопроса, заданного писателем. Что важнее: деньги и статус или внутреннее ощущение, что ты этих денег и статуса достоин?

Упал – отжался

Всегда нужно быть готовым начать все сначала; любой человек должен быть готов опуститься, чтобы подняться заново. С этим утверждением, высказанным человеком, действительно многого добившимся в жизни, – Гульжан Молдажановой, гендиректором «Русала», – спорить сложно и незачем. Да и закономерность, согласно которой сильнее всего за свою должность цепляются люди, меньше всего ее достойные, открыта не мной и не вчера. Потому что с какой стати уверенный в себе профессионал станет цепляться зубами за свое кресло? Другое дело, если мы говорим о человеке слабом, неуверенном и некомпетентном. Не стоит думать, что такие люди не подозревают о собственной слабости и некомпетентности. Подозревают, и еще как.

В экономике есть такое понятие – «человеческий капитал». Это все то, что останется у человека, если отобрать у него деньги, собственность, работу и социальный статус. А останется не так мало – содержимое головы, здоровье, харизма, навыки, умения и личные связи. Если Владимира Познера выгонят с работы и перестанут печатать его колонки в журнале Esquire, он недолго просидит без дела. То же справедливо и в отношении основателей Google Сергея Брина и Ларри Пейджа. Отберите у них Google – и они придумают что-то еще. Другое дело – какой-нибудь арабский шейх. Лишите его титула и нефтеносных скважин – и скорее всего вы увидите человека, мало приспособленного не то что к восстановлению привычного уровня жизни, но и к жизни, как таковой, вообще.

А теперь задайте подобный вопрос себе. Что будет с вами, если вдруг придется начинать все с чистого листа? Кто вы такой без своей квартиры, машины, банковского счета и визитной карточки?

Понтометр

Один из работающих в России обозревателей то ли The Economist, то ли Business Week как-то удивился, что вот, мол, он получает больше, чем 90% москвичей, но последние при этом ходят в таких шмотках и с такими мобильниками, которых он себе позволить не может. Типа парадокс. На самом деле ничего не парадокс. Просто по потребительскому поведению наши соотечественники до сих пор близки обитателям Африки или в лучшем случае Латинской Америки.

Знаете, почему европейцы и американцы – даже весьма по нашим меркам состоятельные – зачастую выглядят так, что их сроду не пустят ни в одно приличное московское заведение? Не только потому, что у них не принято кичиться своими деньгами. Прежде всего, причина такого положения вещей заключается в принципиально иной системе приоритетов. Западный человек четко различает траты на понты и инвестиции в человеческий капитал и вообще четко различает понятия «траты» и «инвестиции». Разница, как понимаете, заключается в том, что инвестиции должны возвращаться и приносить прибыль. Хорошая частная школа, высшее образование, качественное медицинское обслуживание, фитнес и здоровая еда – это вложения в человеческий капитал, свой и своих близких.

Сумка Hermes, интерьерные радости Armani Casa или приобретенная в кредит на кабальных условиях Audi A8L – это понты. При этом понты бывают двух видов. Первый – это понты при неудовлетворенных основных потребностях, таких, как качественное жилье, образование, медицина и отдых. Думаю, подобные примеры есть перед глазами у многих: человек не особо сводит концы с концами, но купить ноутбук без стразов на крышке для него смерти подобно. Это типично для современной России и иных стран, в которых люди ощущают мимолетность своего нынешнего положения, а потому стремятся «захеджировать» риски весьма необычным для западного менталитета образом – спустив все деньги здесь и сейчас. Второй тип понтов – это понты, происходящие оттого, что все основные потребности человека удовлетворены качественнее некуда, а денег все равно еще много. Это, если можно так выразиться, правильные понты. Такие понты, что дай бог каждому. Единственный вопрос, который здесь возникает, относится к этическим категориям, наподобие скромности и умеренности.

Так вот, возвращаясь к человеческому капиталу. Не надо быть Спинозой, чтобы понять, что $100 тысяч, потраченные на учебу в Chelsea College of Art and Design, позволят человеку зарабатывать ту же самую сотку в год, а вот $100 тысяч, потраченные на Mercedes SLK, заставят человека тратить по $30 тысяч в год на бензин и техобслуживание. Казалось бы, если у человека нет родственников, имя которых упоминается в рейтингах журнала Forbes или «Компания», то выбор, за что отдавать деньги, должен быть очевиден. Но не фига подобного.

Понятное дело, что Mercedes SLK не покупают люди, работающие ночными сторожами в школе. Но их частенько покупают бизнесмены масштаба трех привокзальных киосков с шаурмой (чей грандиозный бизнес был, к слову, сметен одним росчерком пера столичного градоначальника) или пяти пунктов обмена валюты в Бирюлеве. То есть вместо того, чтобы вкладывать деньги (зачастую вполне случайные) в свой человеческий капитал и тем самым застраховать себя от большинства превратностей судьбы, за исключением самых трагических, эти люди тратят деньги на понты столь бренные, что даже не верится.

Сказать, что это идиотизм, – значит ничего не сказать. И дело даже не в машинах владельцев пунктов обмены валюты в Бирюлеве – это их право. Дело в том, что такое положение вещей уничтожает конкурентоспособность страны посильнее любых ВТО. Если граждане государства вместо инвестиций в собственный человеческий капитал делают инвестиции в «мерседесы», то не пройдет и пары десятков лет, как это будет государство с бизнесом масштаба трех чебуречных, граждане которого ездят на подержанных «меринах», так как купить новые им уже давно не на что. Глобализация & конкуренция есть процессы сколь логичные, столь и беспощадные.

Голая экономика

Если говорить без обиняков, то сегодня в России прослойка людей, которые не только осознают разницу между понтами и человеческим капиталом, но и делают осознанные инвестиции в последний, чудовищно тонка. Дай бог, чтобы это было 10% населения. Все остальные – за исключением еще 10% самых богатых россиян – неуклонно сползают в омерзительную пропасть деградации. Между хозяином десяти точек по продаже пиратских DVD и честным алкоголиком Васей, некогда талантливым химиком, скоро не будет практически никакой разницы, даже если сегодня король провинциальных развалов ездит на BMW, а алкоголик Вася – на велосипеде. Ведь что первый, что второй просто уничтожают свой потенциал – предпринимательский у одного и научный у другого. В жизни нельзя стоять на месте. Ты либо идешь вперед, либо тебя сносит назад. Находиться на месте получается только у покойников, с которых спрос небольшой.

Колоссальная безграмотность россиян в плане траты денег – это проблема одного масштаба с демографической. Если сегодня страна вместо лучшего в мире образования для своих граждан оптом и в розницу скупает на нефтедоллары самые дорогие в мире машины и яхты, то после падения цен на нефть эта страна почтет за счастье скупать лекарства и еду. И это не какой-то там апокалипсический прогноз. Это просто законы экономики. Почитайте, например, «Голую экономику» Чарльза Уилэна – очень прочищает мозги.

Поэтому, когда сегодня мы, будучи в какой-нибудь европейской столице, с гордостью констатируем, что дорогих машин в Москве-то «побольше будет», мы тем самым демонстрируем свой не особо великий ум. Лучше бы у нас в стране было побольше современных библиотек, школ, вузов, больниц, фитнес-клубов, художественных галерей и тому подобных институтов, аккумулирующих и приумножающих человеческий капитал нации. И хрен с ними, с «меринами».

Можно ли как-то так повернуть сознание наших соотечественников? Думаю, можно. В конце концов, наше богоспасаемое государство контролирует три из трех крупнейших в стране телеканалов, почти все лучшие вузы и верстает профицитные бюджеты. Если вместо авантюрных проектов, наподобие телеканала Russia Today, аудитория которого состоит только из наиболее лояльных членов семей его создателей и их домашних животных, реализовать человеческий медиаплан, можно добиться многого.

Другой вопрос, что ответственные люди сами еще не до конца привыкли намазывать икру на колбасу. И пока они к этому не привыкнут, все остальное будет казаться им мирской суетой. Когда же глаза у них наконец откроются, боюсь, будет уже поздно. Тогда все, что им останется, – это по примеру Марии Антуанетты предложить народу, у которого нет хлеба, есть пирожные.

Сергей КОЛЕСОВ.

Полная версия статьи опубликована в журнале “Moulin Rouge”, май 2007 г. (издатель Евгений Ю.Додолев).


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Ловелас постарел, но талант не утратил
Смелость города берет
Уважаемый Эдвард Станиславович!
Хит Московского кинофестиваля
Школа «Кинотавра»
Закончить свое
DVD-обзор


««« »»»