Выдуманные страны

Я любил Советский Союз за то, что он был страной умышленной, умозрительной. Не зря братья Стругацкие собирались превращать трилогию о Каммерере в тетралогию, заканчивая ее главным своим романом – увы, так и не написанным. В конце этой книги инопланетянин говорил Каммереру: похоже, ваш мир кем-то выдуман. В реальности он невозможен.

Но с этим пессимистическим выводом я как раз не согласен. Выдуманные страны только и реальны по-настоящему. Будьте реалистами – требуйте невозможного. Америка – пример почти целиком вымышленной, умозрительно спланированной страны. Вся хваленая американская гордость зиждется именно на том, что вот нарисовали и стали жить.

И Советский Союз со всеми его гадостями был задуман именно таким – теоретическим. Жили в насквозь утопическом, нереальном, придуманном мире, который был населен не людьми, а фантомами – но это лучше, чем тупое следование природе. Ведь и Англия в значительной мере вымышлена – и следует своим литературным образцам. Только в очень умозрительной стране может быть музей литературного героя, а лондонский музей Холмса однозначно лучший в городе.

Я все это вспомнил в связи с тем, что в Харькове собрались открывать памятник Людмиле Гурченко (см. «МП» от 1 сентября). И поставить этот монумент планировали перед местным театром оперы и балета – при жизни актрисы, без всякого информационного повода, просто потому, что Гурченко нравится местному мэру Михаилу Добкину и миллионеру Александру Фельдману, соратнику Юлии Тимошенко. Лепил местный скульптор Сейфаддин Гурбанов. Фельдман уже установил в Харькове памятники нескольким литературным героям – Бендеру, Эллочке-людоедке, Скрипачу на крыше и Первой учительнице. Учительница – это та, что из песни.

Так вот, руководители театра воспротивились установке монумента. Сказали, что Гурченко не имеет никакого отношения к опере и балету. Они – и общественность – согласны бы на памятник, и скульптура Гурбанова им в принципе нравится. Но только пусть это будет памятник не самой Гурченко, а ее героине из фильма «Карнавальная ночь».

И это, как хотите, гениально. Народ по-прежнему, по-советски, предпочитает, чтобы памятники воздвигались не реальным людям, а фантомам. Призракам оперы. Ведь и Ленину памятники ставили не как реальному лицу, политику и публицисту средней руки, впавшему под конец жизни в безумие и патологическую жестокость, – а как светочу мира, персонажу фильмов Ромма и Юткевича. И Гурченко будет стоять в Харькове не как конкретная актриса (очень неровная, кстати) – а как миф пятидесятых годов, девочка, в которую страна влюбилась с первого взгляда. Я, конечно, не очень люблю Тимошенко, а уж тем более ее сторонников-миллионеров. И к Илюмжинову у меня сложное отношение. Но одно несомненно: все эти люди остаются в душе очень советскими. Они хотят выстраивать вверенные им страны как умозрительный, тщательно спланированный проект. Иначе не стали бы ставить памятников киногероям. Такое возможно только в Америке, реже – в Англии и в маленьких государствах, отколовшихся от Советского Союза.

А в нынешней России памятников выдуманным персонажам не ставят. И амбициозных олигархов, желающих украсить родные города статуями бендеров и эллочек, здесь тоже больше нет. И умозрений – не сказать, чтобы очень много: торжествует ползучий прагматизм и плоский расчет. А прямыми наследниками СССР являются, как ни странно, империя Илюмжинова и не состоявшаяся покуда (но все впереди) империя Тимошенко.

Вот я и думаю: где лучше жить? В стране, где никто ни во что не верит и все предсказуемо, или в стране политического абсурда и миллионеров-мечтателей?

С точки зрения настоящего – безусловно, лучше у нас.

А кого полюбит будущее – большой вопрос. Чаще всего оно остается за мечтателями.

Дмитрий БЫКОВ.

Редуцированная версия статьи опубликована в журнале “Компания” №31 (427) за 2006 г. (главный редактор Евгений Ю.Додолев).


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Мадонна увеличила охрану
Назад в СССР


««« »»»