Сладкая парочка

Моему любимому Паустовскому принадлежит фраза: “Есть голоса как обещание счастья”. А еще есть такие замечательные актеры, певцы, музыканты, встреча с которыми – всегда настоящий праздник. Понимают это и телекомпании, которые стараются как в дни больших каникул, уже прочно прописавшихся на российской земле, так и в одинокие праздничные дни, залетевшие к нам вместе с обретенной независимостью, показать концерты, встречи, ток-шоу с теми звездами, кто может подарить зрителям минуты радости, хорошее настроение и добрую улыбку.

Так, отечественное ТВ на днях порадовало любителей “голубого экрана” телеверсией совместного концерта Людмилы Гурченко и Бориса Моисеева. Название его “Петербург – Ленинград” мне не показалось слишком удачным, но другого, видно, придумать не удалось. Дело в том, что именно так называется один из первых хитов этой экзотической пары, а их, насколько мне известно, всего два. Второй – “Ненавижу”.

И действительно, артисты исполнили обе коронные песни в самом начале представления. В конце первой композиции Людмила Марковна, согнув ножку в колене, прислонила ее к Бориному животу, сорвав нешуточные аплодисменты, а в конце второй Боря и вовсе взял Людмилу Марковну на руки и немного поносил ее по сцене, вызвав тем самым неописуемый восторг всех присутствующих в зале. Моисееву бояться, что пупок развяжется, не приходится – Гурченко тоненькая, изящная, легкая. Это вам не Волочкову поднимать над головой на вытянутых руках. Да и то – настоящий мужчина не должен жаловаться на трудности такого плана – тем более настоящий танцор, тем более, когда он на хлеб таким способом зарабатывает. Надо отдать должное – г-жа Гурченко себя блюдет (но скорее, конституция такая), хоть и говорит, что есть хочет всегда – чувство неутоленного голода осталось со времен войны, когда их семья, как и многие другие, в оккупированном фашистами Харькове подолгу сидела без крошки хлеба и жутко радовалась случайно раздобытой гнилой картошке или капусте, из которых можно было сварить хоть какую-то похлебку…

После совместного “заплыва” на короткую дистанцию концерт пошел своим чередом. Выступали приглашенные гости, среди которых оказалось немало известных исполнителей: прелестные девушки из группы “Блестящие” в синих бархатных платьицах с кружевными воротничками и в белых носочках; строгая Жасмин в джинсах и клетчатом пиджаке с песней “Тебе понравится”; Жанна Фриске в окружении танцовщиц, одетых в какие-то дикарские наряды, со своей композицией “Ху-ху-ху-е” (извините за выражение, но не я это придумала); Людмила Николаева, подобная монументу “Родина-мать”, в тандеме с мальчишечкой Алексеем Гоманом (песня “Облака). Вроде бы тоже дуэт, но каждый из них никак не общался с партнером по сцене. Певцы даже взглядом не обменялись, не приблизились друг к другу на сантиметр, не попытались как-то объединиться в порыве чувств. Как так можно? Смешно и грустно было лицезреть сие “совместное” пение. Особенно, когда перед нами есть такой пример, как Гурченко и Моисеев, которые не то, что ВМЕСТЕ поют, а ПРОЖИВАЮТ музыкальную композицию на сцене.

Помнится, режиссер Максим Рожков, снимавший видеоклип на песню “Ненавижу”, говорил:

Я прослушал песню и по своей доброй привычке придумал что-то свое, что как-то иллюстрировало для меня эту песню, но потом понял: здесь совсем другой случай. Тут настоящие актеры, очень сильные, очень серьезные, и им было интересно изобразить эту историю перед камерой самим, без придуманных кем-то жизненных линий.

Выходили к зрителям и какие-то совершенно неизвестные люди, но молодым тоже ведь надо когда-то начинать, вот два эстрадных мастодонта и позволили появиться в своем шоу этим юным артистам. Вперемешку с гостями Гурченко и Моисеев исполняли каждый свой уже устоявшийся репертуар.

Перед “Песней о хорошем настроении” Людмила Марковна сказала:

Сколько бы выступлений не было, но если я не спела песню из первого кинофильма (“Карнавальная ночь”. – Прим. ред.), то как будто меня здесь и не было. Но я здесь. Поэтому слушайте “Если вы нахмурясь выйдете из дома…”.

Затем прозвучали знаменитые “Московские окна” (предваренные понравившимися публике словами певицы: “Вся моя жизнь для вас”), “Нет, мой милый” (полная скрытой грусти и драматизма), “Мой малыш” (название могу переврать, потому что телевидение почему-то не позаботилось о титрах), новая песня “Чувство новизны” (давнего друга Гурченко питерского композитора Касторского). А композиции “Когда мы были молодыми” предшествовал целый монолог:

Да, летит жизнь. Не присядешь. Уже не прыгаю, как вы могли заметить, а лишь подпрыгиваю (добрый смех в зале. – Прим. ред.). С годами только больше появляется слов с частицей “не”: никогда не надену, никогда не скажу, никогда не сыграю. Ну действительно, никогда уже не сыграю Леночку Крылову (главная героиня к/ф “Карнавальная ночь. – Прим. ред.) или “маленькую Веру(героиня одноименного фильма В.Пичула.Прим. ред.), зато в моем репертуаре будет еще много разных теток и бабушек. Но – молодых. Непременно молодых!

Как уже замечено не раз, с голосом у Людмилы Марковны какая-то беда – часто вместо того, чтобы вытянуть нужные ноты, ей приходилось просто произносить слова или “ретушировать” эти места фирменных смехом. Но, в конце концов, не выдающимися вокальными данными дорога нам Гурченко. А вот то, что за весь концерт Людмила Марковна продемонстрировала всего (!) два наряда, меня огорчило. Каждый выход артистки, а их было несколько, на мой взгляд, должен был сопровождаться новым одеянием, ибо безупречный вкус, с которым Гурченко умеет преподнести себя, стали ее визитной карточкой. Смотреть на Людмилу Марковну, которая теперь может многое себе позволить, всегда интересно. И не столько смотреть, сколько рассматривать, потому что в ее нарядах бывает великое множество роскошных и модных тканей, замысловатых отделок и аксессуаров, редчайших и великолепных ювелирных украшений – просто дух захватывает. Помню связанную с этим полудетективную историю, которая произошла в одна тысяча девятьсот каком-то году. Гурченко снималась тогда на “Ленфильме”, и вот некая состоятельная дама долго и упорно разыскивала ее через своих знакомых, чтобы продать именно ей старинные серьги времен Екатерины II. Они представляли собой изящные корзиночки, поддерживаемые тоненькими цепочками, каждая из которых крепилась на знаменитом бантике екатерининской эпохи…

Первые две песни Л.Г. звучали в обрамлении платья небесного цвета в крупный рисунок и с большим количеством бус, а остальные номера были исполнены в довольно скромном брючном костюме темного цвета с красной шелковой блузкой и с сиреневым носовым платком, зажатым в руке, как любит артистка. Сначала было не совсем понятно, к чему этот цвет – неужели, думаю, тот же прием, что описан у Сомерсета Моэма в “Театре”, когда Джулия Ламберт своим ярким фиолетовым платком, внезапно появлявшемся в ее руке, отвлекала внимание зрителей на себя от молодой соперницы, находящейся с ней на сцене. Но здесь-то рядом никого лишнего нет… Все встало на свои места, когда Людмиле Марковне пришлось активно подвигаться, поднимая руки, и пиджак, раскрывшись, явил нам свою красивейшую набивную подкладку в тон платочку.

Моисеев исполнил свои песни: “Черный бархат”, “Звездочка алая”, “Любимый человек”, “Черная метка”. Закончился концерт исполнением знаменитого хита советской эпохи “Я люблю тебя жизнь”. Борис весь концерт очень старался, часто потел, пел, как всегда, выразительно и эмоционально, заканчивая почти каждую песню выкриками “Да!” с придыханием или что-то вроде этого, победно поднимая руки вверх. И весь светился от счастья. И публику переполняли чувства, и она благодарила артиста громом аплодисментов.

Зрители буквально завалили цветами и Гурченко, и Моисеева, когда они вышли на последний поклон.

Наталья МАКСИМОВА.

Фото Лилии ШАРЛОВСКОЙ.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Идейное единство
Self-distruction
DVD-обзор


««« »»»