Светлана Савицкая Vs Владимир Путин

Рубрики: [Интервью]  [политика]  

Светлана Савицкая

Первая в мире женщина-космонавт, вышедшая в открытый космос Светлана САВИЦКАЯ крайне редко появляется на ТВ-экранах. Возможно, потому что персонифицирует собой настоящую, серьезную оппозицию, к которой могут прислушаться. Все-таки единственная женщина — дважды Герой Советского Союза за всю историю СССР, это не выпестованные тов. Сурковым «светлоликие» пожиратели фуа-гра, которые, упаковавшись в кашемир, рассекают на ми-ми-митингах.

Мой экс-коллега по «МК» Саша Перов после эфира «Важной персоны» написал мне: «Она молодец, конечно. Без шуток. Но все-таки – дочь маршала. Который тоже был молодец, без шуток – единственный в мире летающий маршал. Поэтому, когда Света, дочь командующего авиацией ПВО СССР, тайком от папы ездила сначала прыгать, а потом летать, вся парашютно-десантная служба ПВО стояла на ушах, тряслась и кидала под язык валидол».

В нашей с ней беседе (набравшей, кстати, только на портале «m24» более четверти миллиона просмотров) был момент, меня реально заинтриговавший: когда Светлана Евгеньевна пробросила, что Путин, де, в самом начале своего правления (март 2001) утопил пилотируемую научно-исследовательскую орбитальную станцию «Мир» в угоду американцам.

Ведь действительно, казалось, что ВВП вслед за Ельциным сдает страну пядь за пядью в надежде угодить врагу (а именно так – «enemy» называют Россию говоря о том, что, мол, Трамп сдал «врагу» стратегическую инфу). Пытался найти компромисс. Договориться. «Лишь бы не было войны» (©). И только после двух сроков, когда, похоже, понял, что Запад нас последовательно наеживает и намерен сожрать без остатка, дал «обратку». Поэтому и его «Мюнхен» после очередного обмана, и его «Крымнаш» – до того, как НАТО развернется в Севастополе, а затем и под Смоленском.

 

 

Горбачев

– Помню вашу беседу телевизионную с Захаром Прилепиным, где вы сказали, что космическая отрасль у нас злонамеренно уничтожалась. 

– Оборонку разваливали, да. Какие были ведущие отрасли у нас? Авиационная промышленность, ракетно-космическая, то есть министерство общего машиностроения и еще атомная. Вот они были ведущими. 

– Я хочу понять – по экономическим резонам или по каким-то идеологическим?

– Не по идеологическим, и не по экономическим, а по политическим. Потому что это было то, в чем мы были сильны. Ведь, наверное, вы должны помнить, были же лозунги, зачем нам ракеты, нам лучше колбасы побольше в магазинах.

– Колбасы не было, а ракеты были, согласитесь.

– А потом еще получилось, что и колбасы в холодильнике нет. Наших ракет очень боялись, кстати. Боялись наши потенциальные противники, прежде всего американцы. Ну, потому что у нас ракетно-ядерный щит был действительно один из самых сильных.

- Был? Сейчас нет?

– Нет, он есть. Но тогда они страшно боялись даже отдельных каких-то видов ракет. Типа «Сатана». У нас были мобильные ракетные комплексы, которые ходили по железной дороге. И было невозможно вообще понять со спутника, что это, пассажирский поезд или что. Кстати, на Украине было сделано. Были те, которые было почти невозможно сбить. И не случайно ведь Горбачев согласился первым делом порезать именно эти комплексы. Вот эти самые боеспособные, которые обеспечивали нашу обороноспособность.

– Но это ведь скорее была наивность, а не какой-то злой умысел.

– Это была глупость. Глупость. Но сопряженная, как говорится, чем-то где-то прикупили, знаете как.

– Прикупили или обаяли?

– Ну, знаете, тут со свечкой никто не стоял. Не пойман, не вор. Хотя наши люди, которые руководили спецслужбами, порой говорили, что Михаила Сергеевича прикупили. Я слышала из уст некоторых. Прикупили политически – это совершенно точно. То есть Остапа понесло. Любимец публики, любимец Запада. И оказался падок на вот такую вот политическую лесть, на популярность за рубежом. Оказался падок очень. Не от большого, конечно, ума. 

– А вам приходилось с ним лично общаться?

– Общалась. Ну, не то, что как мы с вами. Общалась на мероприятиях. Ну, здрасьте, здрасьте, там еще что-то.

 

Ельцин

– Если Горбачева Михаила Сергеевича с Борисом Николаевичем Ельциным сравнивать, то, как вы определите эти две фигуры?

– Ну, это совершенно разные люди, конечно, там другой характер. Думаю, что, если бы на месте Горбачева был Ельцин, то Союз бы не дал развалить. По его характеру. 

– А как же его знаменитое «берите суверенитета, сколько захотите»?

– Ну, так это уже пошло, когда Россия начала разваливаться. А Союз бы не дал развалить.

– Пиар не налажен был, нет. Я вот подумал, ведь очень много есть голливудской продукции об астронавтах. А о космонавтах, прямо скажем, не очень много снимают. Вы смотрите то, что выходит в прокат? Или вам это смешно?

– Ну, знаете, как-то не то, что смешно… Вообще, если говорить о фильмах про полеты в космос, то, произвел впечатление Стенли Кубрик. Конечно, это сказка, но классно сделанная. Хотя к реальности отношения мало имеет. Ну, я его посмотрела когда на кинофестиваль привозили, я тогда летала. Другие американские – ну, я их так, кусочками смотрю. Вот я уж не говорю какой безобразный фильм, когда там они нашего в ушанке изображают космонавта. Ну, это похабщина. А «Время первых» – если сравнить, то это впечатление такое же, как фильм Митты «Экипаж».

– Первый фильм-катастрофа советский, да.

– Да. И ты – летчик. Ты летаешь. И эти машины все знаешь. Ты смотришь и понимаешь, что вот так это точно не могло быть. Ну, с ледорубом куда-то чего-то рубить и так далее. Но в то же время фильм был так снят, что все равно не вызывал отторжения. Настрой, внутренние психологические моменты какие-то были правильно показаны. И «Время первых» – такое же впечатление. Они не пережали, не перегнули, никаких там розовых соплей или слез каких-то, знаете, как «ой, как это все страшно».

 

 

Путин

– Вернемся к лидерам страны. Если Горбачева и Ельцина с Путиным сравнивать?

– Ну, он не простой человек. У нас в КГБ ведь простых не брали. И учили хорошо.

– Если анализировать ваши интервью за последние, скажем, 15 лет, то мне кажется, что вы изменили отношение к Путину, ну, скажем, после 2010, условно говоря, года. Все-таки у вас были достаточно резкие оценки после, допустим, ситуации с «Миром», когда станция была затоплена.

– У меня и сейчас такое же мнение об этом решении его.

– Вы думаете, что это было личное решение Путина?

– Премьер-министр был Касьянов тогда. Но все равно, я думаю, что такие вещи без доклада не решались.

– А где эта зона компетенции? Ведь решения принимаются на основе каких-то экспертиз. Позвонили из «вашингтонского обкома» и сказали: давай топи?

– Американцам не хотелось, чтобы у нас оставалась своя станция. 

– Но ресурс-то ее был выработан.

– Ну, он был выработан задолго до этого. Но она была работоспособной еще. Лет пять бы точно пролетала бы. И деньги тогда уже были, потому что нефть подорожала. Но мы знали четко, что им очень не хочется, чтобы эта станция работала. Там можно было военно-прикладные эксперименты ставить. У нас же на станциях был и раздел военно-прикладных экспериментов. А, когда на «Мир» стали американцы летать, все это дело прикрыли. И не сразу приняли решение. Сначала аккуратненько один-два раза сказали. Посмотрели, как реакция. Ну, никто вроде с демонстрацией «не трогайте станцию» не вышел.

– Но потом, когда ее затопили, реакция была достаточно бурная.

– Более того, я думаю, что и Путин не ожидал такой реакции. Когда был очередной день космонавтики и никто не ожидал, что он приедет. И вдруг он приехал. Стал выступать. То есть я поняла, что для него неожиданностью была реакция общества на затопление станции. Никто из них – во власти – не ожидал. 

– Вы знаете, буквально за час до нашей встречи беседовал с коллегой. И он – это публицист Андрей Новиков-Ланской – сказал, что рано или поздно русский космизм будет воспринят как русская национальная идея. В ней воплощены главные константы русского духа: страсть к расширению пространства, мессианство – спасение мира своим жертвенным усилием, религиозная устремленность в небо, сверхидея, соотнесенная с далеким будущим. Существующий многовековой опыт православной духовности, философской, научной и инженерно-технической мысли станет фундаментом, на котором вырастет новая экономика, технологии и культура, мотивирующие и консолидирующие нацию. Это цитата.

Говорю не столько вам, сколько вообще всем политикам в вашем лице, в том числе и Путину Владимиру Владимировичу. Вот, ищут же национальную идею. Это идея русского космизма.

– Ну, я согласна. Авиация и космонавтика – это наша национальная идея.

 

Поговорили мы не очень детально. Но эффект собеседница произвела, факт. Единственное, о чем жалею: не хватило эфирного времени, чтобы добиться от Савицкой ответа на вопрос – изменила ли она в свете последних событий отношение к Путину, которого в 2004 году называла «клятвопреступником»?

Евгений Ю. ДОДОЛЕВ.

Фото: Никита СИМОНОВ.


Евгений Ю. Додолев

Владелец & издатель

Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Три новых книги о музыке: что читать, чтобы слушать


««« »»»