Война и мир поэта. Александр Вулых о политизированном искусстве и шоу-бизнесе

Рубрики: [Интервью]  [Шоу-биз]  
Метки:

Александр Вулых

Помните тот старый школьный анекдот, что «Войну и мир» Толстого читают по частям? Девочки не любят описания баталий, а мальчикам скучны все эти светские интриги. Впрочем, как показывает статистика ВЦИОМ, сегодня политикой интересуется не только мужчины и пенсионеры, а добрые 67% населения. И даже женщины уже не те, что ходили по балам Толстого. Если раньше дамы без стеснения зевали надоевшему политическими распрями в лицо, учитывая, что зубную пасту «Colgate» стали экспортировать лишь спустя 20 лет после написания романа, можно представить всю суровость наказания, то сегодня даже салоны красоты и глянцевые журналы, казалось бы, последнее пристанище аполитичного мира, во всю смакуют политические сплетни. Но финальным аккордом, доказавшим, что условное деление Толстого жизни на войну и мир более не актуально, стал прошедший в мае конкурс «Евровидение». Как и почему искусство ушло в политику? Кто, за что и на чьей стороне борется? Чтобы разобраться понадобиться проводник, коим согласился выступить, цитируя все издания, которым он давал интервью, «гениальный поэт современности» Александр Вулых.

 

О своей гениальности

— Вас всегда представляют не иначе как «гениальный поэт современности», что должен чувствовать человек, к которому обращаются такими эпитетами?

— Да нет, ну какой гениальный. Сейчас никто не скупится на эпитеты, и ради Бога. Скромность, говорят, кратчайший путь к безызвестности, поэтому пусть называют «гениальным поэтом современности», «культовым поэтом». Но для любого творческого человека больше всего свойственно состояние рефлексии. Даже для гениальных поэтов это состояние всегда рядом, оно не дает расслабиться, иначе становишься графоманом. Если твой внутренний редактор не говорит, что ты никто по сравнению с другими, что ты не можешь написать ни одной приличной строчки за последнее время, не говорит: «Ты посмотри, что ты такого вообще сделал значительного, что можешь о себе говорить?» Этот внутренний голос подстегивает и дает надежду на то, что осталась еще какая-то возможность написать что-то в будущем. Что есть, то есть, что за плечами, то все мое.

 

О том, почему творчество не может быть аполитично

— Сегодня столько говорят о политике, разве творчество не должно быть аполитичным?

— Творчество, безусловно, относится к нашим эмоциям. Это то, что переживает человек. Мы переживаем те же самые чувства и эмоции, которые переживали люди 100 и 200 лет назад. О чём бы мы ни писали, когда бы мы ни писали — мы будем писать про любовь, про дружбу, про предательство, про войну. Это наша жизнь. Мы живём и дышим этими эмоциями. И все они разные. Какие-то эмоции есть у людей, живущих в России, в Донецке, на Украине, они схожи, но они имеют разную окраску. Говорить о том, что творческий человек должен жить в башне из слоновой кости и ничего не знать, только искусство является предметом творчества – смешно.

— Если бы вас пригласили сейчас поехать в Киев выступать с вашей стандартной, достаточно аполитичной программой, вы бы не поехали, или вы бы поехали, потому что вы выше этих разборок политического характера? 

— Я бы подумал, что это провокация. Такое сейчас вряд ли возможно. Но в Киеве я очень часто бывал и очень любил и люблю этот город. Там и друзья, и знакомые. Верю, что снова вернётся туда та атмосфера и тот эмоциональный фон, который был всегда присущ Киеву, красивому городу. Но сейчас, естественно, я бы не поехал туда. Поэтому я поехал в Донецк, где людям, им пусть и не много, не до поэзии, но те, кто пришли, им очень был нужен именно наш приезд, именно наше выступление и наша поддержка. Поэтому, я думаю, что если бы меня пригласили в Киев, то это скорее был бы какой-то провокационный звонок.

— А что вы делали в Донецке? Сегодня не все решаются говорить об Украине, не то, что ездить туда.

— У нас там был поэтический концерт с моим другом и соратником Вадимом Степанцовым. Первый в Донецке концерт московских поэтов. В «Кинокофейню» — небольшое заведение пришли люди, которые интересуются поэзией. Прежде всего, это люди, которые нас знают, это «Союз писателей ДНР», почётными членами которого мы с Вадимом являемся. Даже на войне, может, тем более на войне людям нужна улыбка. Недаром на войне был героем Василий Тёркин, который веселил своих однополчан байками и рассказами. Мы устроили весёлый вечер поэзии в совсем невеселом прифронтовом Донецке. На следующий день был праздник — День Республики. На площади, на большой сцене в парке Щербакова состоялся концерт, в котором принимали участие команды, рок-группы, в том числе и Вадим со своим «Бахыт-Компотом», исполнительница шансона Рада Рай и часть группы «Агата Кристи» в лице Вадима Самойлова.

Шёл дождик, было холодно, народу было очень много, все с флагами. Такое праздничное настроение. Все эти концерты и демонстрации напомнили советские времена.

Это хорошо или плохо — коннотация советских времен?

— Это не то что бы хорошо или плохо. Это такое противостояние, противопоставление тому, что с другой стороны. А с другой стороны — копирование всего американского, подражание, которое доходит до комизма, даже маразма. Подражание всему американскому, чего бы это не касалось. А Донецкая Народная Республика и Луганская – небольшой анклавчик.

— Почему нельзя подражать тому хорошему, что есть в Америке? Скажем, если говорить о рок-музыке, то наш рок не идет ни в какое сравнение с западным: британским или американским.

— Если говорить о рок-музыке, кроме Юрия Лозы никто не возражает, что наш рок, вернее «говнорок», как его называют, собственно, он и показывает себя как «говнорок», не идет ни в какое сравнение. Все эти бунтари и люди протеста на поверку оказались совершенно коммерческими людьми, которые только говорили много, тем не менее, в Донецке не появились.

— Может по идеологическим причинам не явились? Тем не менее, не лучше ли налаживать коммуникацию, а не стараться противопоставлять себя тому миру, который принято называть цивилизованным?

— В данном случае речь идёт о человеческих качествах, о сочувствии, о понимании того, что произошёл переворот. В Донецке не считают легитимным президента Порошенко, который пришёл к власти в результате переворота. В Киеве это считают Революцией Гидности. «Гидность» — само по себе слово какое, по-русски оно очень созвучно с «гадливостью» – для меня. А в Донецке считается, что Янукович, хоть и рыльце в пушку было серьёзно, тем не менее, свергнут незаконно. Поэтому они вполне считают себя вправе делать то, что делают — защищать себя.

 

О Евровидении

На «Евровидении» наши зрители отдали голоса представительнице Украины, собственно и украинцы голосовали за Лазарева. Что вы, кстати, думаете о «Евровидении»?

— Я смотрел в интернете выступление музыкального критика Артемия Троицкого по этому поводу. Насколько тенденциозно иногда подаётся информация — от этого многое зависит! Говорят: «Смотрите, народ проголосовал за украинскую певицу, поставил её на второе место, а жюри – «говножюри», куда входили Дробыш, Крутой… — во-первых, не входили ни Дробыш, ни Крутой в это профессиональное жюри — не дали ни одного бала!» Согласен, но тогда нужно говорить о том, что народ Украины проголосовал за Лазарева, поставил его на первое место, а профессиональное жюри — кто там входил уже совершенно не важно — тоже ответило тем же.

— А вы бы кого выбрали из участников, если убрать политический контекст, просто как потребитель музыкальной продукции?

— Мне понравилась австрийская девушка, которая пела на французском такую песенку шансонную. Много говорят про выступление грузин, что они такие авангардные, но меня они не трогают. Допускаю, что я просто слабо разбираюсь в современных музыкальных тенденциях — что хорошо и что плохо. Знаю, что Лазарев хорошо спел, что он молодец, он профессионал и артист европейского уровня.

— Как вам понравилась Джамала?

Джамала уже давным-давно всем всё доказала. Она очень хорошая певица и артистка. Другое дело, что в ее песне был политический подтекст. С таким репертуаром только на конкурс политической песни, например, раньше был фестиваль «Зелена-гура» — конкурс политической песни, где все выступали в защиту угнетённых негров и прочее.

Вы же являетесь автором многих известных песен. Если бы вы писали песню для будущего «Евровидения», о чем бы хотели сказать? Какой смысл вложили бы?

— Я вряд ли напишу песню для «Евровидения», для этого нужно хорошо знать английский язык. Смысл? Какой смысл? Люди о чём поют? Поют всё о том же, о чём пели и 100 лет назад – о любви. Изначально конкурс замышлялся таким, чтобы представляли, во-первых, песню национальную, которая олицетворяла бы страну, причем петь предполагалось на своем языке, чтобы показать всю палитру европейских культур. И пели бы на своих языках, это было бы гораздо интереснее. Тогда это бы был конкурс «Евровидения», конкурс национальной песни. Хотя, мне кажется, оценивать такой конкурс было бы очень сложно.

— После второго места публика требует отмщения и предлагает на следующий год отправить Шнура, чтобы он со всем разобрался. Что вы думаете по этому поводу?

Шнур и вся группа «Ленинград» вышли из отечественного панк-рока. Их родитель тот же Вадим Степанцов со своим «Бахыт-Компотом», который был задолго до них. Это все его косвенные дети. Но Шнур очень ловко вписался в коммерцию. Не столько песни, сколько видео-клипы очень талантливо сделаны. Они высмеивают нашу действительность, поэтому и завоевали популярность. А нарочитое его употребление инвективой лексики в песнях – это продуманный образ.

За образ Шнура — как Сергея Шнурова, который как в туалет идет, также и на сцену люди готовы платить деньги, потому что, как не хватает организму какого-то элемента, так и нашему общественному организму не хватает сарказма, жесткой самоиронии, и Шнур эту нишу прекрасно заполняет.

Вы со Степанцовым тоже ненормативную лексику используете на своих выступлениях достаточно интенсивно.

— Используем, но это ненормативная лексика не ради ненормативной лексики. У меня, например, так говорят герои моих произведений, потому что речь — это то, что идентифицирует человека, его личность. Мы, когда описываем персонажа, его не видим. Это у Шнура видны все с помощью этих видеоклипов, почему и так популярны его песни. А в речевой структуре персонаж разговаривает так, что можно представить его образ, кто он вообще, из какой он семьи, какое у него воспитание, кто он по национальности. Здесь не заменишь одно слово другим, здесь нужно говорить так, как говорят в жизни.

А то, что Шнура послать на «Евровидение» — глупость, что он единственный, кто может послать. Ну и что, что он может послать? Он посылает только ради денег. Поёт песню про то, что в Москве все сгорели, (Имеется в виду выступление группы «Ленинград» на Новой Волне 2015 с песней «Москва, по ком звонят твои колокола?» – Прим. ред.) очень весёлая песня — все сгорели, и Пугачёва сидит хлопает, радуется. Такой чёрный юмор, все понимают и все радуются.

 

Об актуальном творчестве

— А где вы берёте образы?

— Из жизни. Поэт — это наблюдатель жизни, я так это и называю. Подсматриваю, наблюдаю.

— Чаще всего подсматриваете в новостной хронике, да? У вас много произведений, связанных именно с внешней политикой, таких уколов в адрес Украины и США.

— Это такое злободневное творчество. Оно сейчас востребовано и актуально, то, что волнует всех, то, что является предметом разговоров. Потому что если ты пишешь не о том, что волнует людей, то ты и сам проходишь мимо. Нет, можно говорить: «Я гениален, мои философские, поэтические рассуждения не просто понять этим людям, которые живут сейчас. Это будет когда-то понято и оценено, и я пишу для будущего…»

— У вас есть и другая, пронзительная, душераздирающая лирика, которую вы не исполняете на перфомансах со Степанцовым. Такой лирике сегодня нет места?

— Иногда читаю, но аудитория приходит… Вот когда я чувствую, что можно добавить, добавляю. Лирика, конечно, имеет место в нашей жизни. Говорят: «Какое место поэзии сейчас? Вот в шестидесятые годы были поэты, которые собирали стадионы и дворцы спорта!» Но это было время — как глоток воздуха, когда у тебя воздуха не хватает, потом вдруг раз — ты вышел на воздух и полной грудью вдохнул. Тогда, примерно, страна была в таком состоянии. Все ловили. Поэты были трибуны – Евтушенко и Вознесенский. Даже поэты более тихие, всё равно были личностями. А потом поэзия заняла своё место. Поэтический язык — это язык посвященных, так же как и музыка. Это коммуникация, люди общаются, люди одного круга. Те, кто привык воспринимать мир через звуки музыки, через художественные произведения, книги, стихи, танец, кинематограф, театр — это всё равно язык посвященных.

— Если мы смотрим на статистику просмотров видеоклипов группы «Ленинград», то количество посвященных измеряется миллионами.

— Я бы не называл это поэзией или музыкой. Это социальный панк, который сейчас очень востребован. Да, он нужен, вот этот стёб. У Вадика просто, видимо, в области пиара нет таких сильных специалистов, как у того же Шнура, тех, кто создаёт вот эту медийную атмосферу.

— Шнур в своих песнях стебёт внутренние проблемы государства. А почему вы не высмеиваете? Неужели все настолько плохо, что даже не смешно? 

— Почему не высмеиваем? Высмеиваем, и внутренние проблемы, и всех наших фриков, и то, что у нас происходит. Всё это является предметом сатирической стороны творчества, которая присутствует. Для Шнура, наверное, не выгодно сейчас озвучивать свою позицию. Ему важно бабло, как мерило продукта. Он на рынок выходит с продуктом. Если этот продукт будет иметь какую-то окраску иную кроме матерных частушек внутрисоциальной и антимещанской направленности, то он автоматически лишается определённой аудитории. Он может сейчас совершенно спокойно на Украине выступать и в Крыму, и где угодно, да хоть и в Донецке. В принципе, политически неблагонадежным он себя не зарекомендовал ни с той, ни с другой стороны. Он типа стебётся, но ничего не трогает. Хотя его и в отсутствии патриотизма не обвинишь, и там никого не задевает. Коммерчески всё очень правильно просчитано. Это не Миша Ефремов, на котором лежит клеймо артиста, разъезжающего по городам и весям Украины. Как и Андрей Орлов, Орлуша.

— Это их гражданская позиция?

— Гражданская позиция, конечно. Но я думаю, что у Миши гражданская позиция сильно завязана с коммерцией, так же, как и у Орлуши. Каждый продаётся, каждому решать своё.

 

О том, кто на чьей стороне поет

— Вы считаете, что все эти заявления, которые делают артисты, идут не от души, а из конъюнктурных соображений? Те же братья Меладзе, Валерий настоял на том, чтобы в репертуаре украинской певицы обязательно была антироссийская песня, а Константин заявил, что единственная страна, за которую он готов взять оружие – Украина.

— Безусловно, потому что есть место, где он работает. Он понимает, что иначе у него не будет возможности. Украина – благодатная почва, там много талантливых девушек. Естественно, он поддерживает власть. Если бы там остался Янукович, или Захарченко, он бы их поддержал. Представьте себе, что президент Украины Захарченко, и так же Константин Меладзе будет писать песни, и не будет протестовать и рвать на груди рубаху, потому что для него шоу-бизнес – работа, которую он делает талантливо.

— Сергей Лазарев, которого мы уже упоминали, тоже сделал интересное заявление, что Крым – это, однозначно Украина. И тут же получает эфиры на российских телевизионных каналах, как и братья Меладзе, его посылают представлять Россию на «Евровидение».

— Братья Меладзе будут появляться на телевидении, потому что Валерий как певец – креатура «Первого канала». Певец популярный в России и живущий в России. Знаю я Валеру очень хорошо и частенько с ним встречаюсь. Человек настолько мирный и добропорядочный, но у него есть свои симпатии, я не хочу говорить, то, что он держит глубоко про себя. Всё равно он лоялен. Говоря о том, что с оружием воевать за Украину — я думаю, если это говорил Константин, то он имел в виду другое оружие. Оружие как песня, которая является средством борьбы за мир и понимание между народами. Только так. Что касается Серёжи Лазарева, я думаю, что Серёжа очень хороший артист и хороший певец. Когда его спросили, то застали врасплох. Он не обязан знать историю, он хорошо поет. Он воспитывался в «Непоседах», и там его учили петь.

— Может, если ты не знаешь, то надо об этом и говорить: «Да я и не знаю как-то»?

— Его не учили там быстро соображать. А послали его, потому что кандидатура идеальная. В своё время он сказал, что Крым — украинский, правда потом он поправился и сказал: «Я лучше не буду отвечать, потому что опять что-нибудь ляпну», — поэтому на Украине за него столько народу проголосовало.

— Вот поэтому, вы думаете? Не потому, что песня хорошая?

— Песня неплохая, хорошая песня. Филипп Киркоров плохой песни не выберет. А Серёжа Лазарев сейчас, думаю, знает точно, чей Крым. Участвуя в политическом конкурсе, он почувствовал на себе все моменты, которые оказывают влияние. И всё равно он далёк от политики.

— Много обсуждалось выступление Бориса Борисовича Гребенщикова в Одессе. Если артисты будут ездить и выступать на Украине, то будут выстраиваться какие-то мостики? Или здесь должны быть какие-то табу? 

— Нет. Я понимаю, что Гребенщиков туда, к этому Саакашвили поехал — он знает, кто он такой. И делать вид, что ты не понимаешь, кто перед тобой сидит и чьё вино, и чьи угощения ты вкушаешь — смысла нет. Гребенщиков неглупый человек. Я не хочу сравнивать с Серёжей Лазаревым, но он гораздо лучше ориентируется, знает историю и политическую ситуацию. Поэтому его появление там не случайно. Так же как и появление в Крыму группы «Воскресенье» с Алексеем Романовым, без Андрея Сыпунова. Каждый понимает, кто, что делает и какие чувства он выражает, и кто на какой стороне. Сейчас происходит чёткий водораздел. Если бы Борис Гребенщиков приехал и говорил там, за этим столом о том, что не нужно. Мы не знаем, о чем он говорил за столом, но судя по тому, что пили вино, и он пел песни — всё это воспринималось в хорошей дружеской атмосфере.

 

О бабо- и мужеукладчиках

— Кстати, о застольях. Вы же были обозревателем ночной жизни Москвы и наверняка знаете секрет крутой вечеринки? Не только же нам о политике дискутировать, отдыхать тоже хочется.

— В девяностые годы. О, интересная жизнь была! Ингредиенты совершенно разные. Что кому нужно, и кто и что употребляет. Девяностые годы вообще были годы очень интересные, как эксперимент над нашей страной, которую мы испытали и увидели, и поняли. Главное учиться на своих ошибках. Да, было время нескучное, но оно было очень опасное, скажем так. А! Мы говорили о крутых вечеринках.

— В одном из стихотворений, мне так понравилась эта фраза, вы говорите: «И я налил даме ликёр, иными словами бабоукладчик». В наш век феминисток и эмансипированных женщин – что можно рекомендовать как «мужеукладчик»?

— Наверное, просто есть определённая категория девушек. В девяностые годы, начале нулевых было очень много клубов, всяких ночных заведений, куда молодые девушки с большой охотой приходили и надеялись там встретить свою судьбу. Приходили не просто оттянуться, но и познакомиться. Нужно соответствующе выглядеть, соответствовать определённым стандартам, которые у этой публики заведены. Чтобы уложить мужчину в постель, большого ума не требовалось никогда. Те, кто приходили в этот клуб, в эти места — у них совпадали цели и задачи: оторваться до утра, а там дальше продолжить эту жизнь без особых забот и проблем. Забота была только одна у мужчин — где найти деньги. Я же писал о том времени, когда денег-то в карманах не было. С деньгами-то любой, как у Степанцова: «А ты с рогатиной одною в берлогу зверю сунь мурло и минеральною водою пои девчонку всем назло». С алкоголем, а тем более с деньгами — это всё просто. А ты попробуй интеллектом.

 

 

Кажется отговорка, что ты творческий человек, поэтому можешь быть далек от политики, сегодня уже никого не устроит. Война, что бы под ней не подразумевалось, не просто разговорами и домыслами вошла в нашу мирную жизнь, в шоу-бизнесе разгорелся почти вооруженный конфликт за потребителя. Практически не осталось артистов, которые в открытую не отстаивали бы свою позицию. Как бы сказал глянец: «Политика – это новый черный!» Перерастет эта мода в классику, или выйдет из оборота уже через несколько сезонов – непонятно. Ясно одно, похоже, список тем, которые не принято обсуждать в приличном обществе сократился на один пункт. 

 

 


Наталья Фадина

Юрист, журналист, слушатель МИТРО.

Оставьте комментарий



«««
»»»