Маньяки как герои нашего времени

ПЯТЬ ЛЕТ БЕЗ ЧИКАТИЛО

Пять лет назад завершился суд над самым известным отечественным серийным маньяком. В 1992 году газетчики всего мира довольно-таки придирчиво отслеживали процесс по делу Андрея Романовича Чикатило, 1936 г.р., приговоренного 15 октября Ростовским облсудом к расстрелу за садистское уничтожение 52 своих сограждан. Тысячи репортажей и статей. Потом несколько разнокалиберных книжек. Среди которых даже весьма солидный труд с несколько помпезным названием “Товарищ убийца”. Мой знакомый британский коллега Peter Conradi выпустил добротную повесть о ростовском маньяке (под названием The Red Ripper) и в США, и в Англии…

Я слышал от многих гневные слова в адрес убийцы. Характеристики типа “изувер всех времен и народов”. Нет, на такой титул он не тянет. Изувер? Да. Но не рекордсмен, нет. Увы, случай этот – отнюдь не редкость. Просто наш Чикатило был изобретательнее и удачливее иных своих “собратьев по страсти”. Но, повторю, отнюдь не самым масштабным. Трудно поверить, но это так. Колумбиец Теофило Рохас, например, убил не десятки, не сотни, а тысячи людей! Полиции удалось доказать, правда, всего лишь 592 случая. “Всего лишь”.

Американский журналист Ярослав Могутин считает, что “Маркиз де Сад был совершенно прав, говоря, что сексуальное насилие будет существовать, пока существует социальная жестокость. И чем больше социальная жестокость, тем больше сексуальное насилие. У нас суровые законы, и чтобы выжить, нужно им следовать. Я помню, какие драки проходили на тех же дискотеках. Каждый раз казалось, что без убийства не обойдется. Один случай можно назвать самым крутым. Дрались два здоровенных мужика, так звонко били друг друга по мордасам, что удивительно было, как из них не вылетели последние мозги. Оба уже были в крови, но никак не могли остановиться. Два человека убивали друг друга ни за что, просто “махались”, давая выход агрессии, вымещая ее друг на друге. Два русских человека, может быть, два друга или даже родственника, которым нечего делить и не за что ненавидеть, в мирное время, без всякого повода… Нет, повод, наверное, был, его найти можно всегда. Наконец их стали разнимать такие же, как они сами, бухие дружки, схватили их за руки и попытались растащить в разные стороны. И тогда один, по кличке Молдован, выгнулся изо всех сил вперед и… на глазах у всех откусил нос своему оппоненту. Это было очень впечатляюще! Молдован, довольный своей выходкой, выплюнул нос (вот он, Нос Гоголя!), а другой парень от неожиданности даже не успел испугаться: настолько пьян и разъярен, что ему уже было все равно. Молдована посадили – не за откушенный нос, а за какое-то старое убийство. Но он стал героем в сознании большинства тех, кто видел эту сцену, он был победителем!

Потом, когда я смотрел трюк с откусыванием носа в одном голливудском фильме, он не произвел на меня никакого впечатления. Сделали-то все классно, “натурально”, но это была неправда, я знал, что это неправда, что в повседневной американской жизни этого не может быть, потому что не может быть никогда. Американцы смотрят бесконечные триллеры, фильмы ужасов и прочие кинострашилки как глупые сказки. Кстати, утверждают, что если перед сном человек будет регулярно просматривать какие-нибудь очень страшные фильмы и испытывать при этом настоящее чувство страха, это может очень благотворно повлиять на психику, снять стресс, психическую усталость и напряжение. Посмотрел триллер, испугался как следует – “ах, нос откусили!”, “ой, как замочили друг друга!”, “у, как надругались над бедной девочкой!” – и спи спокойно, пусть приснится тебе Америкэн Дрим – серебристый “линкольн” на лужайке перед собственным трехэтажным особнячком.

Россия – это сказочная страна для западных любителей острых ощущений, очень острых. Здесь реальность страшнее триллера. Весь мир с содроганием узнавал очередные подробности, связанные с делом Чикатило. Корреспонденты сотен западных изданий посылали отчеты с каждого заседания суда: “Он изнасиловал стольких-то мальчиков и стольких-то девочек!”, “Мальчикам он откусывал кончики языка, а девочкам – сосочки!”, “Его не могли поймать несколько лет!” и т.п. Они были потрясены. Они не знали, что дело Чикатило – одно из немногих, получивших огласку. Но сколько таких маньяков уже было и сколько их еще будет?!”. Конец цитаты.

УЖАС БОСТОНСКИХ СТАРУХ

Криминалисты называют такие убийства многоэпизодными. Это по-научному. Однако, объясняясь друг с другом, они используют менее громоздкий термин, позаимствованный из крутого лексикона американских полицейских, – серийное убийство.

Из очерка Гюнтера Продля “Бостонский душегуб”:

“Серия убийств началась в четверг, 14 июня 1962 года, в день, когда первый американский космонавт Алан Б.Шепард под восторженные крики сотен тысяч бостонцев прибыл в свой родной город за почетной наградой аэроклуба Новой Англии. Среди тех, кто, шпалерами выстроившись вдоль улиц, размахивал флажками и кричал “ура!”, была и 55-летняя Анна Слезерс, работница фабрики декоративных тканей. После демонстрации в честь космонавта она сходила еще по своим делам и около 18 часов вернулась к себе домой на Гэйнсбороу-стрит, 77. Она жила там одиноко и замкнуто с тех пор, как рассталась со своим 25-летним сыном Юрисом, с которым у нее происходили постоянные ссоры.

Около 19 часов Юрис Слезерс на своем купленном в рассрочку и еще не оплаченном подержанном автомобиле подъехал к дому матери, поднялся на третий этаж и постучал в дверь…Он нашел ее на пороге двери из кухни в ванную. На ней был только голубой домашний халат, полы которого распахнулись, обнажая ноги и низ живота. Пояс халата был затянут у нее на шее. Нагнувшись к матери, Юрис убедился, что она мертва.

Для обитателей дома №77 по Гейнсбороу-стрит, Юрис оставался единственным подозреваемым. В их глазах он был хладнокровным, зверским убийцей, ради какой-то мебели задушившим родную мать. Так продолжалось в течение 16 дней, до 30 июня 1962 года. К концу этого знойного, душного субботнего дня всего в нескольких милях от Гейнсбороу-стрит было обнаружено второе убийство. На пороге своей спальни, одетая, как и Анна Слезерс, в один лишь халат, лежала 68-летняя медицинская сестра Нина Нихольс. Здесь и нашел ее привратник Томас Брюс. На шее убитой была петля, сделанная из пары нейлоновых чулок. Все шкафы были раскрыты настежь, все перерыто и перевернуто. Следы преступления в равной мере позволяли предполагать как ограбление, так и изнасилование. Ничего больше установить не удалось, и сотрудникам инспектора Меллона на этот раз некого было даже задержать по подозрению в убийстве. У них оставалась лишь весьма шаткая гипотеза: если убийцей Анны Слезерс все-таки был ее сын, он мог специально убить и Нину Нихольс, чтобы этим вторым убийством полностью снять с себя подозрение в первом.

Но эта гипотеза продержалась только два дня. Уже в ближайший понедельник, 2 июля, вечерняя газета известила о третьем убийстве. В предместье Бостона Линне жильцы дома №73 по Ньюхолл-стрит потребовали, чтобы привратник открыл своим ключом дверь квартиры 65-летней Эллен Блэйк, так как с субботнего вечера старую даму никто не видел и соседи опасались, не стряслось ли чего-нибудь с ней.

Миссис Блэйк лежала задушенная в своей постели. На ней была только пижама. Вокруг шеи обвивался затянутый узлом на затылке нейлоновый чулок. С пальцев правой руки убитой были силой содраны два бриллиантовых кольца. Во всем остальном место преступления выглядело так же, как и в двух предыдущих случаях.

28 июля 85-летняя Мэри Муллен, 19 августа 75-летняя Ида Ирга и 20 августа 67-летняя Джейн Сюлливан были найдены задушенными в своих квартирах.

Все отпуска сотрудникам полиции были отменены. Полиция день и ночь должна была находиться в полном распоряжении комиссии и проверить 35 тысяч человек, из них почти 10 тысяч душевнобольных в возрасте от 18 до 40 лет, выписанных за последние два года из психиатрических больниц и страдавших, по заключению врачей, манией преследования и болезненной ненавистью к своим матерям. Расшифровка показаний счетно-вычислительной машины выделила среди предполагаемых преступников “параноика средних лет, из ненависти к матери возненавидевшего всех старых женщин и убившего шесть старух, которые символизировали для него ненавистную ему мать”.

Полная абсурдность псевдонаучной теории о преступнике, руководимом ненавистью к матери, стала совершенно очевидна незадолго до Нового года. В среду, 5 декабря 1962 года, всего в двух кварталах от места первого преступления была убита в своей квартире 20-летняя красивая студентка-негритянка Софи Кларк. Зашедшая к ней сокурсница нашла ее лежащей на полу и задушенной тремя врезавшимися глубоко в тело нейлоновыми чулками. Под подбородком концы чулок были затянуты тугим узлом. Софи Кларк была изнасилована”.

НАЗОВИТЕ ЭТО ПРОСТО МЕСТЬЮ

Все они, серийные убийства, замешаны на сексе. Или (если уж использовать сленг, так не только милицейский) – на половухе. Формула таких дел проста: регрессия, навязчивое воспроизведение, отсутствие задержек. Это уже медицинский лексикон.

Из акта №1024 по делу Джумагалиева (1981 г.):

“Во взаимоотношениях с женщинами был сдержан… В возрасте 23 лет стали непроизвольно возникать зрительные представления… расчлененных частей обнаженного женского тела, при этом испытывал половое возбуждение”.

Из акта по делу №30433 (1985 г.):

“В период 1979-1985 гг. …прибегая ко все более изощренным… способам, пренебрегая общепринятыми в советском обществе принципами гуманизма… В частности, раскладывая части трупа по пакетам… Зачем заманили 11-летнюю Валентину Е. под предлогом угощения ягодами, после чего Суклетин, изнасиловав девочку, ударил ее головой о стену”.

Из показаний К. (1991 г.):

“Мне очень хотелось убивать после изнасилования, чтобы было много крови, хотелось выколоть глаза… Когда распарывал грудь, мне было интересно видеть… сердце”.

Из архива Калининградского горсуда (1992 г.):

“Затем Ж. подкараулил ее у ресторана… Изнасиловав, разорвал зубами брюшную полость”.

Из практики следователя М.Слинько:

“Сначала под Киевом, потом в Москве и окрестностях стали вновь попадаться изуродованные тела молодых женщин со следами сладострастного глумления. Жертв находили нанизанными на палку, как на вертел, от влагалища до горла, у некоторых деревянный клин торчал изо рта, словно символ молчания навеки, точно рассчитанные удары ножом не приканчивали, а вызывали мучение медленной смерти. Особую радость извергу доставляло надрезать веки у несчастных. “Ювелирная резьба по коже” – так оценят потом эти художества криминалисты.

Отправляясь на дело, М. всегда прихватывал запасную куртку – та, что была на нем, служила спецовкой, фартуком мясника и подлежала уничтожению в каждом случае. Теперь он уже точно знал, что ожидает девушку, на которую пал жребий знакомства с ним. С каждым ударом ножа рука становилась уверенней; он научился ударам, от которых боль рвала на части тело. И не приведи Бог жертву подать малейший намек на защиту! По подобию сицилианской каморры – ее ожидала смерть с разорванным ртом от забитой туда палки.”

Из показаний Татьяны Н., бывшей одноклассницы Чикатило А.Р.:

“Оставшись наедине, Андрей хотел овладеть мною, но у него ничего не получилось”.

Что общего у всех маньяков-убийц? Сексуальные неудачи в нежном возрасте. И после этого регрессия в т.н. анально-садистическую фазу. Своего рода бегство.

Те, кто не реализуется в гомосексуализме или каких-нибудь других социально безопасных извращениях, выплескивают свою энергию в кровавые сериалы. Ведь, замечу, методично убивать, охотясь за новыми и новыми жертвами, – требует недюжинных усилий. Не только физических. Не только.

Маньяки выпестовываются из несостоятельных (в эротическом смысле) мужчин. Те, у кого не получается нормально, либо сублимируют похоть в творчество, либо решают свои проблемы кровавыми утехами. “А ведь все могло бы быть совсем не так, если только сам себе не враг”, – пела некогда “Машина времени”.

Даже супруга ростовского убийцы (Чикатило женился на подруге своей сестры Татьяны) Фенечка замечает:

– С первой же брачной ночи я почувствовала его половую слабость… Такое состояние продолжалось в течение двадцати лет нашей совместной жизни.

В единственном интервью, которое дал умелец Андрей Романович, он признался:

– В детстве я дружил с девочками. И сейчас лучше контакт с женщинами. Как с подругами. Ко мне приставали с детства как к девочке. И в армии. И потом, в тюрьме. И в командировках.

Убивал-то он в основном женщин. И тем самым мстил им за свой неуспех. Мстил жестоко.

Другой маньяк, осужденный в том же 1992 году Ж. – тоже, на первый взгляд, респектабельный папочка троих детей.

Кстати, как и Чикатило, ранее был осужден. И тоже – за кражу.

Этот за пять лет убил девять девушек (среди коих были и совсем малолетние).

Действовал он по давно апробированной рецептуре. “Наносил девочке многочисленные телесные повреждения, стремясь продлить ее агонию, так как испытывал при виде вытекающей крови особое удовлетворение”. Специалисты полагают, что вид густой алой жидкости, сочащейся из порезов, ассоциируется у маньяков со сладостным семяизвержением. Равно как конвульсии умирающей жертвы – со спонтанными подергиваниями той самой штуки, из-за которой у слабосильных мужчин возникает столько досадных проблем.

ТАЙНА ОСТАЛАСЬ НЕРАСКРЫТОЙ

Увы, не все серийные убийства раскрываются. Очень часто их списывают на несчастных психов. Или вообще замалчивают. Бостонское дело тоже как бы рассосалось. Продолжаю цитировать “Бостонского душегуба” (Г.Продль):

“В канун Нового года жертвой стала 23-летняя привлекательная секретарша Патриция Бизетт, 8 мая 1963 года – ее ровесница студентка Беверли Сэменс, 8 сентября – 58-летняя Эвелин Корбин, 23 ноября, в день, когда вся Америка провожала в последний путь своего убитого президента Кеннеди, – 23-летняя студентка художественного института Джоанна Графф и наконец 4 января 1964 года – 19-летняя Мэри Сюлливан.

Убийство самой молодой из жертв – 19-летней Мэри Сюлливан – снова пробудило и публику и власти от летаргии. Может быть, причиной этого явился впервые помещенный в газете фотоснимок изуродованного трупа, около которого видна была оставленная убийцей цветная открытка с поздравлением по случаю Нового года.

Дело о “бостонском душегубе” было сдано в архив, и люди старались не вспоминать о нем, как стараются не вспоминать о кошмарном сне. Газеты ограничились несколькими заметками, в которых высказывали догадки по поводу внезапного прекращения убийств. Говорилось, например, такое: “Его мания убийства, достигнув высшей точки, перешла в конце концов в стремление к самоуничтожению. Поэтому после вызвавшего наибольший взрыв возмущения убийства Мэри Сюлливан он покончил с собой”. Или: “Преступления совершал психопат с эдиповым комплексом и эти убийства его излечили. Теперь он снова вернулся к нормальному образу жизни”.

СТАТИСТИКА

За последние четверть века в знаменитых среди уголовников “Серпах” (НИИ общей и судебной психиатрии им. Сербского) прошли экспертизу более сотни серийных маньяка. (Замечу, что таких убийц в стране, конечно же, больше, но основная часть обследуется, что называется, на местах).

Только 18 процентов признаны невменяемыми. Включая и знаменитого Джумагалиева.

Итак, невменяемость – исключение из правила.

Среди же вменяемых – треть не имели вообще никаких психических расстройств.

12 процентов страдали парафилиями (сексуальными расстройствами). Причем многие сознавали, что с ними не все в порядке. И как бы пытались сигнализировать социуму, что им страшно за свое будущее. Это, по мнению спецов, делают (неосознанно, само собой) некоторые из откликающихся на “кровавые публикации”.

После того как ростовский психиатр А.Бухановский вместе со следователем выступил по областному ТВ с т.н. закодированным призывом к неразоблаченному тогда Чикатило, в его реабилитационный центр “Феникс” заявились три десятка мужчин, считающих, что они уже созрели для свершения секс-убийств.

Из американского журнала “Ньюсуик”:

“Преступления на сексуальной почве распространены в США, хотя из двух миллионов ежегодных уголовных деяний с применением силы эта категория составляет незначительную часть. В рекордном 1991 году зафиксировано 173 тысячи изнасилований. Кроме того, от насильников и садистов пострадали 138 тысяч детей, средний возраст которых составил 9 лет.

Особый гнев американцев и особенно жителей города Такома в штате Вашингтон вызвало содеянное Эрлом Шрайнером. Хотя суд учел, что он преступник со стажем и уже сидел с тюрьме за преступления, совершенные на сексуальной почве, и приговорил его к 131 году тюремного заключения за истязание и попытку убийства семилетнего мальчика, чувство мести, охватившее общественность, не было удовлетворено. В ходе разбирательств выяснилось, что еще в тюрьме Шрайнер не скрывал своих садистских планов в отношении детей. И, несмотря на это, его все же в свое время выпустили.

Губернатор штата Вашингтон Бут Гарднер под давлением разгневанных родителей (однажды они оставили в его офисе восемь тысяч кроссовок, что, по их мнению, символизировало беззащитность детей и других жертв насильников) пошел на беспрецедентный шаг, подливший масла в разгоревшуюся дискуссию. Он создал специальную оперативную группу и внес в местный орган законодательной власти законопроект, который был принят единогласно. По этому закону все известные сексуальные маньяки подлежат регистрации. Полиция обязана информировать общественность штата о предстоящем освобождении очередного насильника. Кроме того, полиции предоставлено право тут же у тюремных ворот задерживать его и отправлять в психиатрическую лечебницу”.

“ДА, ЭТО СДЕЛАЛ Я!”

Из истории уголовной полиции Герхарда Файкса:

“С конца марта 1946 по начало марта 1947 года в полицию поступили сведения о девяти зловещих находках в районе между Ильценом (Нижняя Саксония) и Хофом (Бавария). Первой была найдена мертвая 32-летняя женщина. Труп с зияющими ранами на голове обнаружили в карьере в местечке Роклум неподалеку от таможни пограничного пункта. По заключению эксперта, женщина была изнасилована и ограблена.

19 июля 1946 года недалеко от лесной дороги, ведущей из Валькенрида на Эльрих, нашли еще одну убитую женщину примерно 25 лет. Орудие убийства, молоток, лежало рядом с трупом. И опять полиция констатировала убийство с целью изнасилования и ограбления.

20 августа 1946 года рабочие-железнодорожники товарной станции в Хофе, придя рано утром на работу, заметили яркие пятна крови и дамскую туфельку. След привел к семиметровому колодцу, на дне которого лежал труп молодой женщины 20–25 лет. Врачи пришли к выводу, что она умерла лишь несколько часов тому назад. Причиной смерти были тяжелое повреждение черепа, нанесенное тупым предметом, и большая потеря крови. Глубокая резаная рана горла доходила до самого позвоночника.

Четвертый случай был зарегистрирован у проселочной дороги, ведущей на Кварцау на Кленце (Нижняя Саксония), недалеко от пограничного пункта Берген: грибники нашли небрежно забросанный землей труп 23-летней Инги Х. Врачи констатировали тяжелое повреждение черепа и все следы полового преступления. Здесь же было обнаружено и орудие убийства – булыжник.

9 ноября 1946 года рабочие лесхоза обнаружили здесь слегка присыпанный землей и уже разложившийся труп молодой женщины. На месте преступления полиция нашла клочки газеты “Швебише тагесцайтунг” за 9 и 10 сентября. В убитой опознали 25-летнюю спекулянтку Х. из Штутгарта.

В том же месяце в районе между Валькенридом и Эльрихом была найдена мертвой 25-летняя Криста З. Судя по всему ее убили подковой, которая валялась рядом. Прошло еще несколько недель. Казалось, что зловещий убийца прекратил наконец свой страшный промысел, как вдруг в полицию сообщили, что 17 января 1947 года под Аббенроде (Нижняя Саксония) был подобран труп 20-летней Маргот М. Множественные переломы основания черепа от ударов тупым предметом и ряд повреждений на теле убитой не оставляли сомнений: это была рука все того же преступника. Спустя месяц, в середине февраля 1947 года, в лесах Гудерслебена (опять Нижняя Саксония) лесорубы натолкнулись на спрятанный под штабелем дров труп пожилой женщины. Как и в предыдущих случаях, налицо были тяжелые повреждения черепа и признаки полового преступления. Орудием преступления служил железный прут около 30 см длиной и 3 см шириной, который лежал рядом. Полиция опознала в жертве 49-летнюю Ш., но найти преступника и на этот раз не удалось. Спустя несколько недель, в начале марта, приблизительно в семи километрах от Цорге (Южный Гарц) был найден череп молодой женщины. В височной части зияло отверстие величиной с куриное яйцо. Установить личность жертвы не удалось.

…Шел июль 1949 года. Заключенный № 2106/47 нижнесаксонской тюрьмы в Целле доводил своих стражей буквально до отчаяния. Вот уже два года как этот полный человек с круглым опухшим лицом и очками в дешевой никелированной оправе сидел за решеткой. Его звали Рудольф Плейль. Когда садистские атаки на сокамерников обнаружили скрытые сексуальные наклонности Плейля, случай заинтересовал медиков. Во время теста на алкоголь случилось непредвиденное. Плейль, отвыкший за время заключения от шнапса, внезапно заявил, что в марте 1946 года в карьере Роклума он прикончил одну женщину и потом изнасиловал ее.

Врачи глядели на него с недоверием. Разочарованный такой реакцией, Плейль “поколдовал” над своим пиджаком и вытащил из-под подкладки листок бумаги. На нем во всех деталях было описано это убийство.

Собственно говоря, он хотел, чтобы это стало известным только после его смерти. Но с другой стороны, на кой это ему тогда нужно? Пусть лучше о его делах узнают сейчас. По крайней мере он своими глазами прочтет, что об этом напишут газеты. И, обращаясь к врачам, Плейль добавил: “ И вы, господа, должны в конце концов узнать, кто перед вами. Я, Рудольф Плейль, величайший убийца всех времен!”

Пока продолжалось расследование и слушание дела Плейля, в ФРГ была отменена смертная казнь, поэтому его приговорили к пожизненному тюремному заключению и лишению гражданских прав.

Так же обстояло дело и с “душителем” Бернгардом Приганом. С января 1948 по ноябрь 1952 года он совершил 147 нападений на женщин и девушек, которых он душил до потери сознания, а потом насиловал.

Приган в своих преступлениях так же, как Плейль, действовал всегда одним и тем же методом. Выражаясь языком криминалистики, у него был один и тот же modus operandi. Кроме того, уже в самом начале его “карьеры душителя” Пригана не раз ловили на месте преступления. Он был зарегистрирован под своим настоящим именем в различных органах уголовной полиции. И тем не менее полиции годами не удавалось раскрыть совершенные им преступления”.

О ВРЕМЕНА! О НРАВЫ!

Хотел бы оговорить отдельно т.н. голливудский аспект проблемы. Считается, что “стимулом серийности” служит общий фон некоторого упадка нынешних нравов. Мол, все эти соблазнительные порножурналы и заполнившие экраны кинотеатров гаденькие фильмы тотально развращают наших доверчивых современников, превращая податливую молодежь в похотливое ебливое стадо. Однако все не так просто. “Экзорсист Ян Гейл” (под этим псевдоним скрывается экстравагантный политик-литератор) считает, что, напротив, отрезвляющий фактор как бы зашифрован в Фигуре Антигероя:

Для любого адепта третьего пути принципиальна фигура антигероя, которую навязывают зрителю императоры зрелищ, антигерои развлекают стадо, выдавливая из миллионов загипнотизированных экраном лишний адреналин, скопившийся в течение скучного рабочего дня. Мы, в силу ряда обстоятельств не подверженные гипнозу, должны отлично видеть – антигерой не просто союзник.

Преступление – фон, сырье, источник капитализма зрелищ, значит, антигерой – это наш портрет, рассмотренный сквозь очки капитализма. Ибо что может быть более преступным (опасным) для системы, чем традиционалист – сторонник непопулярных идей и прямого действия. Чтобы лучше знать себя, нужно внимательнее смотреть видео, чураться массовой культуры – давно не модный снобизм мелкобуржуазных сынков, способных только футболки с “Микки и Мэлори” носить.

Доктор Лектор, заставивший заткнуться виртуальных ягнят, читатель Марка Аврелия, поклонник классической музыки, обладатель не совместимой с убыстренным веком внимательности к окружающим и проницательной простоты, вскрывающей мнимую сложность убийств, над которыми месяцами кумекают потные фэбээровские фрейдисты. Аристократ и анарх мистер Лектор не только живописец и составитель словесных шарад, на которые легко покупаются чиновники, он ест самовлюбленных детективов и наказывает вертухаев их же дубинкой. Особенно точна вторая половина фильма, доктор выбирается из клетки, надев чужое лицо, способность к перемене (“Терминатор-2”) или даже невидимости (“Хищник”), отсутствие личного “я” ради исполнения истины – главная черта идеального партизана. Антитерминатор из постмеханической эпохи забирает с собой в геенну машинерию-терминатора, он действует как агент-самоубийца.

Система не ошибается только в одном – в опознании своих врагов, а значит, в первом Терминаторе мы болеем за Шварценеггера, а во втором – против. На стороне антигероя Природа, История, Жизнь, Желание, Классовая борьба, Расовый инстинкт, Язык, Зов бытия, Текстуальность, Дифференция. На стороне системы – современный мир, иллюзорность которого не требует доказательств со времен психоделической революции. Система почти всегда побеждает антигероя в кино, потому что почти никогда не может победить его в жизни. Система всегда придает антигерою самые отталкивающие черты, на это нужно делать поправку. Хороший пример: как для монгола выглядит европеец? Надо сделать среднего европейца выше в полтора раза, придать его коже мертвенную бледность, вставить совиные глаза и сильно удлинить нос – тогда и получится “белый дьявол”, маячащий перед совершенным человеком в его сущности – монголом.

Система обходится с нами так же, непрерывно рождая новых и новых монстров. Навязчивый образ маньяка, продуманный до ногтей, нужен, чтобы вызвать отвращение и страх социума перед радикально новым, антикультурным, приходящим из сред, не захваченных цивилизацией. Родина антигероев – бездны подсознания, грехи прошлого, преисподняя, античеловеческое будущее или незнакомые планеты. Система воспитывает – Ад – это другое. Лежащее за границей всегда опасно и омерзительно просто потому, что лежит за границей. Цель системы – выдать все сверхчеловеческое за античеловеческое. Изобразить ангелов как мутантов-зубастиков. Изобразить душу как инородного паразита, который живет в каждом и в любой момент может вылезти, разорвав тебя на кусочки.

Система предохраняется, вкладывая наркомиллионы в голливудские павильоны, выход за пределы человеческого бывает только негативным, внушает она. Но нас агитировать не надо, мы сами кого хочешь разагитируем. Другой любитель детворы, мститель – Фреди Крюгер – олицетворяет в массовом американском подсознании комплекс вины перед индейцами, неграми и всеми остальными, последний раз янки публично и коллективно стыдились после убийства Кеннеди, не поэтому ли их инициалы так похожи FК и JFК. Кто популярнее? Раз и другой Фреди придет за тобой, Фреди – это просто мстящая совесть, современная форма инквизиции, наказывающая во сне, когда ты не являешься налогоплательщиком и не охраняем ментами. Сон снаружи охранять легко. Но системе никогда не удастся редактировать сны изнутри, потому что там живет Фреди, воплощение греха незаконнорожденного народа. Если не придет Фреди, к вам в машину подсядет “Попутчик” и круто подставит вас, даже погибая, он останется победителем, вы остановите машину сами, так что никто не виноват”.

БЕСЫ

Еще одна цитата из Могутина:

“Слово “маньяк” – это что-то из моего детства. К примеру, однажды про внезапно пропавшего школьника все тут же подумали, что он стал очередной жертвой садиста. Однако вскоре труп мальчика был извлечен из громадного навозного болота, образовавшегося рядом с фермой. Он ехал на велосипеде и, не заметив ямы, въехал в нее на всей скорости, не сумев выбраться. Смерть в говне – это так по-русски!..

В свое время Голливуд, выполняя соцзаказ, снял несколько разоблачительных фильмов против наркоманов, рокеров, гомосексуалистов и еще нескольких социальных категорий, имеющих репутацию криминальных. Во всех фильмах сюжет одинаков – бесстрашный полицейский получает задание внедриться в преступную группу и обезвредить ее. В фильме Уильяма Фридкина “Круизинг” Аль Пачино играет полицейского, вынужденного сделаться “голубым” на время выполнения задания. Нужно отдать ему должное – он хорошо вошел в роль. Но фильм этот все равно лишь зрелищная дешевка, которая не имеет ничего общего с реальностью, точно так же, как фильмы Пола Верховена, у которого то “голубой” становится жертвой, то две лесбиянки убивают всех мужиков на своем пути.

Садизм не разделяется по половым, сексуальным, социальным или возрастным категориям. В этом можно удостовериться, если следить за газетными сообщениями. Вот маньяк насиловал своих жертв, не обращая внимания ни на пол, ни на возраст. Каким-то образом он умудрился надругаться над спортсменом-лыжником, насадив его потом на лыжную палку. (“Это у меня наследственное, – говорил мне знакомый гомосексуалист. – Большевики моего деда на кол посадили!”)

Я слышал рассказ о том, как азербайджанцы расправляются с пленными армянами: посадив их на бутылку от шампанского, бьют по позвоночнику, и бутылка буквально взрывается внутри. Какая изощренная садистская фантазия!..

Информация о чудовищной смерти бездомной старухи, которая спала на земле в каком-то парке, и двое детишек забили ей рот и нос песком. А вот о пожилой женщине, которая умерла от разрыва сердца, испугавшись, что ее хотят изнасиловать. Оказывается, догонявший ее мужик всего лишь собирался попросить прикурить…

Ежедневные сообщения о сыновьях, насилующих своих матерей (запомнился один комментарий: “Наверное, очень хотелось!”), отцах, насилующих детей, убивающих друг друга супругах и любовниках – это уже читать неинтересно: неоригинально, хочется чего-то новенького. Вот, например, заметка под заголовком “Оскопил соперника” или “Остался без одного яичка”. Вот это весело! “Геронтофил-насильник”: “Восьмидесятилетняя старушка была изнасилована в собственной квартире в понедельник вечером… Сопротивление жертвы лишь возбудило насильника…” “Мама, не убивай меня!”: “Жене исполнилось уже 5 лет. Паренек рос шустрым, веселым, а когда он пропал, вначале не очень-то беспокоились. Сыщется, мол, да и люди все вокруг свои, деревенские. А беспокоиться следовало бы… Нашел Женю односельчанин в овраге, что в конце села. Ручка торчала из-под земли…”; “Пятилетнюю Олю изнасиловали прямо в ее доме. Сосед зашел на “огонек”. Родителей, к несчастью, не было, чем и воспользовался этот нелюдь…”; “…через крышу влезла в дом и стала убивать. Своих детей. Душила. Восьмилетнюю дочь зарезала кухонным ножом прямо в кроватке, другого же мальчика, который пытался спастись, догнала во дворе, где и заколола тем же ножом. Говорят, соседи слышали, что малыш кричал: “Мама, не убивай меня!”

Все это – звенья одной цепи, перечислять которые можно бесконечно. Как написал в одном из своих рассказов Эдуард Лимонов, “само насилие – ну признайся, признайся, читатель, – очевидно, великолепно, ибо это одна из блистательных возможностей почувствовать радость от того, что ты, человек, – сильное отдельное животное, так до конца и не одомашненное, не смирившееся с их скучными законами, созданными для слабых…”

Так что ДЕЛО ЧИКАТИЛО ЖИВЕТ И ПОБЕЖДАЕТ!

КАЛЕЙДОСКОП СЛУХОВ И СМЕРТЕЙ

В переводе с французского “мания” значит “одержимость”. И Ломброзо, допустим, под словом “маньяк” подразумевал вовсе не чикатил и “фишеров”. А просто одержимых людей.

Большинство “серийных” вполне вычислимы как асоциальные персонажи. Четверо из десяти имеют за плечами опыт уголовного преследования.

Как правило, это достаточно изощренные, изобретательные субъекты. Чикатило (которому оперативники дали кличку Серый) разоблачили во многом из-за редкой фамилии, врезавшейся в память одному из сыщиков. Ведь, равно как и Фишера, ростовского маньяка задерживали и… отпускали.

Из рапорта начальника ОВД Красносуслинского райисполкома:

“Во время несения службы по варианту “Лесополоса” (многолетняя операция по задержанию “ростовчанина”. – Е.Д.)… был задержан похожий… на фоторобот разыскиваемого… Одежда его была испачкана грязью… Предъявил паспорт на имя Чикатило А.Р., прописанного в г. Новочеркасске. После проверки документов… уехал на электропоезде, идущем в сторону Ростова-на-Дону”.

И дата: 6 ноября 1990 г.

Его отпустили. А тело только что убитой жертвы остывало совсем недалеко.

Его отпустили. Лицо у задержанного было исцарапано (“брился я, знаете, эти лезвия”), а в портфеле с газетой “Правда” соседствовали: грязное полотенце, баночка вазелина, кусок провода…

Его отпустили. Потому что он выглядел нормально.

Они все, на беспристрастный взгляд, в норме. Ну, почти все. У них нет злодейских усов. И клыки не торчат, как у киношных вурдалаков.

Среди задержанных огласку заслужили лишь некоторые: Стороженко (21 труп), Михасевич (38 убитых женщин), Тимофеев (9 нападений на женщин в Москве), Джумагалиев и Суклетин (по 7 съеденных девушек).

Ни один из них не сподобился перещеголять всемирно известных маньяков. Чикатило тоже не сумел.

“Единственный способ избавиться от мучителя – стать таким же, воспользоваться его методом, то есть обезумевший фронт может только расти, если вы не жертва – вы палач. Кто ненавидит войну, тот в плену. Антигерой сам является источником и орудием власти, не требующей легитимности, против него невозможны референдумы, он требует вечных методов ведения поединка.

Крюгер воскресает опять и опять с помощью религиозной атрибутики, потому что любая церковь остается главным архивом вины. Убийца-клоун готовит ритуальную краску для не вынесших испытания. Черный проповедник наказывает семь смертных грехов. С барабаном из человеческой кожи и окровавленном флагом в музейного вида форме и маске вратаря, с целым инквизиторским арсеналом по ночным улицам он идет к вам. Поговорите с ним перед казнью. Или казните его. Если в “Ну, погоди!” вам всегда нравился волк, а шварцевский дракон вызывал восхищение, шансы у вас есть. Вам никогда не исторгнуть “чужого” наружу. Прислушайтесь к его шепоту. Есть, конечно, и стебалово, вроде Тарантино, сделавшего антиголливудские приколы главной чертой Голливуда 90-х и как бы смешавшего карты. Обращать внимание на таких не стоит, пацифисты, бегающие между вражьими окопами, всегда погибают первыми.

Не бойтесь пришельца с харей цвета моркови, отравленной нитратами. Не бойтесь странно зачатых детей с ледяными глазами, воспламеняющими дома. Учитесь у антигероев лучше понимать себя. Смотрите видео больше” (Экзорсист Ян Гейл).

Недавно в Мытищах нашли труп девушки, на груди которой была рана, оставленная зубами.

И вновь ползут по столице зловещие слухи о ненормальных зверствах. Как некогда шептались ростовские старушки про черную “волжанку”, рыскающую по городу. А на автомобильном номере, говорили они, аббревиатура ССД. Расшифровывается: “Смерть советским детям”. А в газетах – от местного “Молота” до центральных “Известий” – ни слова.

Повторяюсь: те, кто промышляет “серийным” промыслом, изворотливы. Когда их ловят, они пытаются убедить нас, что невинны. Общество, мол, их развратило. Людоед Суклетин ссылается на журнальную статью о зверствах морских пехотинцев США во Вьетнаме (вырезка даже приобщена к делу). Фишер кивал на московскую прессу. Чикатило, кстати, винил марксизм-ленинизм. Сетовал на слухи об украденном и съеденном в 1933 году старшем брате Степане. И еще говорил: “Смысл жизни в том, чтобы оставить след на земле”.

Вполне нормально. Казалось бы. Все дело в том, какой след.

Евгений Ю. ДОДОЛЕВ.

© “Среда”


Евгений Ю. Додолев

Владелец & издатель

Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Доброе имя
Кай Метов презентовал-таки
Пока политики говорят, мы делаем
Дела квартирные, часть вторая
“Осторожно, двери открываются! Перед вами мраморные сокровища метро…”
Предвыборную программу готовят избиратели
Пир во время войны
Экономист в памперсе – объективная реальность рыночной экономики
На защиту социальных интересов москвичей
После Нового года кошельки москвичей станут значительно тоньше, но меньше денег в них не станет
Смертельные болезни российской медицины
На бензиновом “фронте” – хорошие перемены
Не сожалейте о “мелком бесе”!


««« »»»