После Орландо

Рубрики: [Фейсбук]  

После Орландо народ, даже просвещенный, всерьез обсуждает, как надо относиться к геям. Мне кажется эта тема очень странной. Есть правила поведения, по крайней мере, они должны быть, им и надо следовать. Чего тут обсуждать? Я меньше года назад писал об этом. Повторю свой текст сейчас.
Панюшкин говорит: “Хорошо, когда владелец кафе привечает зашедшего к нему инвалида — из сочувствия. А не из страха перед следственным комитетом. Толерантность, основанная на страхе, нахрен никому не нужна”.
Чушь.
Все прямо наоборот. Нужна толерантность, основанная на страхе, только она и работает – везде в мире. На страхе владельца кафе, что к нему больше не придут, что он станет зачумленным и разорится. Нельзя требовать толерантности, основанной на сочувствии. Сочувствие дано не многим, не всегда, не всюду. А толерантность необходима во всем, каждую минуту, с нее начинается общежитие. Толерантность это не движение души, а правила поведения. Нельзя называть узбека черножопым, гея – пидором и так далее. Нельзя толкать в бок инвалида, изволь сделать ему пандус. Изображай сострадание, так принято. И рожу не вороти, когда “эти” заходят. А нравится тебе узбек или нет, что ты на самом деле думаешь про гея и сочувствуешь ли инвалиду, это вообще никого не касается. Ты можешь проклинать их 24 часа в сутки, называя всех пидорами, – но только про себя, молча. А вслух будь добр говорить так, как установлено правилами поведения: лицемерие – основа цивилизации, я когда-то об этом большую статью написал. И страх владельца кафе нарушить эти правила – главный двигатель прогресса.
Беда России не в том, что у нас мало людей, склонных к толерантности. Их везде не хватает. Беда России в том, что у нас нет правил поведения, от которых зависят физические и юридические лица – извините за такой волапюк. Четверть века существует рынок и столько же – гражданское общество, а их никто не боится. Никакого страха перед ними нет. Значит, не очень они и существуют. Гуляй, рванина, говори, что хошь, и кому хошь, плюй в суп. Есть только один грозный судия – Следственный комитет, пред ним и немеют.


Александр Тимофеевский


Оставьте комментарий



«««
»»»