Гульназ Балпеисова. В Париж – и обратно!

Гульназ Балпеисова

Дождь. Улица. Париж. Кафе.

Маленькое кафе для русских. Маленькое кафе для бедных. Маленькое кафе для тех, чья жизнь закатилась под чей-то чужой комод, и выбираться оттуда явно не собирается.

Ежевечерний консилиум одиночеств, где каждый одновременно и доктор, и пациент и где каждому назначают единственное – но зато такое проверенное – лекарство: терпение, терпение, терпение… Потому что именно терпение – медицина бедняка.

Вот аристократическая дама в мехах – чьи меха порядком уже истрепались в неравной схватке с окружающей ее действительностью, – которая все никак не может начать свой рассказ о том, как любила она страстно «одного человека», да замуж так и не вышла! Вернее, вышла… но за другого.

Вот дешевая проститутка, встретившая на панели при неверном свете уличных фонарей русского эмигранта – красавца, романтика и героя… Этот герой и романтик задушит ее в гостиничном номере после ночи жаркой любви… Убьет – и застрелится!

Зачем?.. Отчего?.. Почему?..

«Наши встречи – минуты, наши встречи – случайны!» – то ли смеется, то ли плачет оставленный в углу без присмотра патефон… Будучи не в силах уже ничего изменить.

Этот прекрасный спектакль по рассказам Бунина, поставленный на Новой сцене театра им. Евг. Вахтангова, называется «В Париже». Режиссер спектакля – Гульназ Балпеисова, ученица Римаса Туминаса.

Гульназ, к режиссуре, насколько я знаю, вы пришли далеко не сразу. У вас ведь и актерское образование имеется, и на художника вы учились, и в театральной критике себя пробовали…

– Вообще я должна была стать художником по образованию, готовилась к этому с четырнадцати лет… Это был довольно долгий период, но время от времени на протяжении этого периода я задавала себе один, как мне кажется, вполне логичный вопрос: «А смогу ли я заниматься этим всю жизнь?» Ведь самое удивительное в творческой профессии – ощущение, что ты, ежедневно выполняя свою работу, не работаешь ни одного дня…

– Какая-то слишком замысловатая конструкция у вас получается!

– Ничего замысловатого в этом нет… Ты живешь своей профессией, ты дышишь своей профессией, но ты – НЕ работаешь! Элемент обязательности, необходимости, привыкания, принуждения себя к чему-то возникать не должен. Каторги быть не должно.

– Не слишком ли у вас легкое отношение к своим профессиональным обязанностям?

– По-моему, это единственно возможное отношение к профессии. По крайне мере, к профессии режиссера. Только при условии абсолютной любви, абсолютного растворения в этой профессии можно стать профессионалом самого высокого уровня… Работа должна приносить удовольствие, радость, а не тяготы и лишения.

– А как же творческие муки? И потом ведь работа над спектаклем не может состоять из сплошных удовольствий? Ведь бывают моменты, когда не получается, не клеится? Когда хочется бросить к черту этот спектакль, с которым что-то не так?

– Когда не получается – это нормально. Это не повод для истерики, это рабочий момент – не может получаться все и сразу! Мы работали над этим спектаклем почти год: придумывали что-то, потом отказывались от этого, придумывали другое… Так что это полупустое обшарпанное эмигрантское кафе возникло и стало наполняться жизнью далеко не сразу! Сначала просто была какая-то улица, какая-то лавка… Издалека начинали, одним словом.

– Почему в качестве литературной основы вы решили использовать рассказы Бунина? Это ваш любимый автор?

– Трудно сказать, любимый или нет? Это близкий мне автор, над рассказами которого мне нравится думать, возвращаться к ним еще и еще. Мы сначала взяли три рассказа, начали с ними работать… Но все время было ощущение, что они существуют как-то отдельно друг от друга, что какой-то малости не хватает, чтобы все это соединить… Знаете, похожая ситуация бывает, когда куриный суп варишь: вроде и петрушка есть, и морковка есть, и лук есть, а курицы – нету!

– Ничего себе – малость! И какой же выход вы нашли из столь щекотливой ситуации?

– В нашем случае выход был следующий: мы добавили еще два рассказа… И после этого все, как ни странно, встало на свои места. Разрозненные части превратились в единое целое.

А какова реакция благодарных зрителей?

– У нас недавно на спектакле был человек, который уже много-много лет живет в Париже, специально прилетел, чтобы посмотреть наш спектакль…

– И что же он вам сказал по поводу увиденного?

– Сказал, что узнал Париж, узнал свою молодость… Сказал, что этот спектакль немного и про него.


Александр Коган


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

«Сорвиголова»: Иногда кино лучше слушать
Выправление информационной кривизны
Я обязательно напишу эту книгу
2+13 = формула Валуева
Фб-Взгляд
«Иллюзия обмана 2»: Фильм для лжи и обмана
«В поисках Дори»: Приплыли!
«Люди Икс. Апокалипсис»: Очередной конец света, который мы переживём
«Ведьма»: Черный Филипп


«««
»»»