«Сын Саула»: билет в один конец

Сын Саула

Впечатляющей поступью двигался по миру дебютный проект венгерского режиссера Ласло Немеша, начавший собирать призы с премьерного для себя Каннского кинофестиваля год назад и не прекративший своё победное шествие по сей день. По праву «Сына Саула» признают сильнейшим победителем Оскара в категории фильмов на иностранном языке за последние несколько лет. Работу Немеша заслуженно ставят в один ряд с такими культовыми фильмами о Холокосте, как «Список Шиндлера» Спилберга и «Пианист» Полански. Все отмечают этот фильм, но и фильм оставит на вас отметку, которую не смоешь водой и не прогонишь сном. 

«Сын Саула» – тяжелейшее, изнуряющее, эмоционально-опустошающее кино. Образцовый пример авторского проекта, целиком и полностью прошедшего через мировоззрение и мнение автора, в данном случае Ласло Немеша, который вылился в непередаваемый натуралистический опыт присутствия в самом настоящим аду на Земле. Эта история, наполненная ужасами и страданиями, повествует о еврейском пленнике и члене зондеркоманды по имени Саул Аусландер (Геза Рёриг). Зондеркоманда представляет собой группу лиц,  провожающих бесконечно поступающих в лагерь пленников на тот свет, а после этого уничтожающая любые следы их существования, будь то тела или одежда. Однажды, проводя очередную зачистку в газовой камере, Саул находит мальчика, сумевшего пережить весь этот кошмар. Естественно это непредвиденное недоразумение тотчас же исправляют главнокомандующие, но Саул успевает разглядеть в мальчике своего сына, которого, возможно, никогда и не было. И тогда он решает во чтобы то ни стало похоронить юношу как подобает. Для этого ему требуется уберечь тело от печи и найти раввина, который сможет прочитать еврейскую молитву кадиш, и всё это в месте, где сначала убивают, а потом задают вопросы. 

Ошеломляющая работа проделана в стилистическом отождествлении происходящего на экране с раскаленным пеклом, в котором пытается выжить герой фильма. Объектив камеры постоянно зафиксирован лишь на Сауле и некоторых второстепенных персонажах, с которыми он контактирует по ходу сюжета, в то время как фон и окружение героя намеренно расфокусированы в мутные очертания мертвых тел и душ, населяющих данное чистилище. Немеш не стал идти уже протоптанной тропой, сотый раз демонстрируя ужас Холокоста путем акцентировки на пытках и насильственной деформации невинных еврейских тел. Он не хочет заново показывать нам эти ужасающие сцены, будто бы поручая данную прерогативу нашему воображению, которое придаст самую острую форму любой абстракции, по силе впечатления схожей с реальным опытом.  

Несмотря на общую тематику, сравнивать «Список Шиндлера» с «Сыном Саула» неправильно. В работе Немеша нет ни капли спилбергского сентиментализма, в нем скорее еле заметный лучик надежды пытается пробиться через всеохватывающий поток тьмы, состоящий из безысходности. Мысль Ласло заключается в том, что даже в самом неправильном месте на планете, хоть что-то, но должно быть правильно. Ребенок должен быть погребен по правилам, и Саул только это понимает. 

Что еще выделяет данный фильм из ряда других историй о Холокосте, так это уникальный режиссерский подход. Ласло Немеш рассказывает не просто очень личную историю, но еще и невероятно маленькую в рамках такого огромного темного пятна на мировой истории. Как уже сказано, режиссер не делает акценты на ужасах трагедии, он показывает историю Саула и его сына. Он погружает нас в испепеляющую и подрывающую моральные устои атмосферу, но при этом не позволяет нам в ней затеряться. Немеш хочет, чтобы мы следовали за ним, за этим самым лучиком надежды, ознаменовывающим хоть что-то правильное в этом месте. Поэтому весь фильм снят как бы из-за спины Гезы Рёрига. Режиссер вместе со зрителями прячется за спиной Саула, оберегающего нас от пламени раскаленных печей. К такой манере съемки привыкаешь не сразу, однако постепенно происходящее на экране медленно нанизывает зрительское терпение и чувства на дьявольские вилы, не успевающее остыть от жара печей. В этом колоссальная заслуга актера-дебютанта Гезы Рёрига, демонстрирующего актерскую игру за пределами возможного. Абсолютно не верится, что до «Сына Саула» он не снялся даже ни в одной короткометражке, потрясающая игра. Хоть большую часть фильма мы упираемся в его затылок, но и в эти моменты его актерское мастерство выше некоторых современных голливудских звезд, повернутых к зрителю лицом. К слову о затылке, в фильме полностью отсутствуют крупные планы и хоть какие-нибудь отклонения камеры от героя повествования, однако большинство сцен сняты продолжительными дублями, что еще добавляет градус напряженности происходящему. Также для максимальной минимизации истории Немеш прибег к архаичному формату съемки – фильм демонстрируется в соотношении экрана 4:3. Именно коренной пересмотр подхода к истории ужасающего геноцида XX века вкупе со свежими техническими решениями и ярчайшей титульной актерской игрой делает «Сына Саула» примером выдающегося дебюта в современном кинематографе. 

Первые минут десять-двадцать уходят на акклиматизацию во всём этом аду, искусно воссозданным Ласло Немешем, однако уже ближе к концу (фильм идёт несерьезные для такого жанра 107 минут) действия набирают какой-то невероятно молниеносный характер, намертво вбивая зрителя огромной кувалдой в кресло. События сменяют друг друга, а Саул беспрестанно вальсирует в крепких объятиях смерти, и лишь мысль о сыне не даёт ему смириться с осознанием неминуемости последнего танца. И в конечном итоге усилия режиссера не проходят даром: постоянный гнёт атмосферы происходящего и выкрученные наизнанку нервы оказывают влияние на человека и его внутренний мир сильнее, чем какие-либо слова или сцены расправ над людьми. И даже самая добрая и искренняя улыбка в таком контексте способна оставить глубочайший шрам в душе. 



Вадим Богданов


Оставьте комментарий



«««
»»»