«Выживший»: Unbroken Glass

Выживший

ДиКаприо продолжает подбираться к Оскару. На этот раз в компании анально ориентированной медведицы, сыроедения, леденящей мсти и лютого «фишая» оператора Любецки.

Отряд бесконечно грязных и эпически мохнатых охотников за пушниной сталкивается в морозном лесу с коренным населением Америки, в результате чего большая часть понаехавших лишается скальпов, а оставшиеся — с трудом спасают свои и звериные шкуры на лодке. На следующий день беглецы, по совету бывалого проводника Гласса, сгрузятся на берег и решат пробиваться к своим по суше. Решение, может быть, и правильное, но роковое. Уже утром Гласс, тесно пообщавшись с разъяренной медведицей, превратится в полуживой кусок освежеванного мяса и из путеводной звезды станет камнем на шее. Отряд двинется дальше, а у тела кровоточащего бородача, дабы дождаться его смерти и похоронить по чести, останутся сын и двое охотников. Только вот у одного из оставшихся будут совсем другие планы…

Убив сына и обманув второго охотника, злоумышленник сбросит полумертвого Гласса в яму и отправится в теоретически светлое будущее. Как вы сами понимаете из названия, теория с практикой не сойдутся. Проводник сумеет ускользнуть от костлявой, аборигенов, погоды и прочих ништяков — и будущее у гада окажется не таким уж и светлым и уж точно не особенно продолжительным.

***

Да, Лео Ди вновь вышел в крестовый поход за золотой статуэткой. Собственно, это было понятно уже по составу участников проекта. А первые трейлеры убедили окончательно: если уж после таких перфомансов мистера Титаника не впишут золотыми буквами в оскаровскую историю, то ему останется разве что Иисуса сыграть. Или Есенина с Высоцким.

Так что же фильм? Он классный — и этого стоило ожидать. Атмосферно. Мощно. Воодушевляюще. Жирно. Это один из тех релизов, которые нужно сначала принять наружно — на большом экране, а потом добавить еще и внутривенно — дома. Причем сейчас для этого есть все возможности, потому как скринеры оскаровских премьер по традиции уже добрый месяц бороздят просторы интернетов.

Монументальнейшая природа. Дичайший натурализм съемок. Мрачнейшее естественное освещение. Призовые заросшие физиономии — те самые, что одними глазами поверх шерсти могут сработать жирнее, чем иные не затыкаясь. Операторские подвиги Любецки, которому уже давно стоит давать статуэтку за одно участие в проекте. И, конечно же, бронебойная режиссура Иньярриту — отличное доказательство того, что ему вовсе не обязательно снимать весь фильм одним планом, чтобы зритель не отлипал от экрана от стартовых до финальных титров.

Ну да, сюжет примитивный. Как и в повествованиях Купера-Рида-Лондона, главную роль тут играют бугристые характеры, а изложение приключений легко втиснуть в две-три скупых строки. Но ведь и скупые строки можно напечатать на золотой бумаге да бриллиантовым тиснением! Примерно этим и занимаются оскароносные режиссер с оператором, намазывая каждый кадр и без того нехилой ленты таким толстым слоем прекрасного, что мурашки бегают не столько по зрительской спине, сколько по хрусталикам.

Любецки уже давно приучил, что в каждом фильме он старательно превосходит сам себя. Если так пойдет и дальше, то скоро актеров придется реально в кадре убивать да на части драть, поскольку большего натурализма, чем сейчас, достигнуть, по-моему, невозможно. Ах, эти ландшафты, вбиваемые широкоугольником напрямую в мозжечок! Ах, эта жестокость, продирающая буквально до костей! Ах, это небо! Ах, эти рожи! Ах, эта медведица, которая в отдельных планах, похоже, не столько рвет Лео Ди, сколько, пардон, натягивает! Ах, эти сверхкрупные планы, будто проецируемые сразу на внутреннюю часть сетчатки! Ах, этот интерактив, заставляющих коллективного бессознательного зрителя падать под стул, когда свистят индейские стрелы и мелко дрожать, когда артисты в бессчетный раз без видимого дискомфорта плюхаются в ледяную воду. Ах, этот талантливо блюющий вегетарианец ДиКаприо, жрущий сырую печень и заворачивающийся в труп лошади так натурально, что и самому непросто удержать ужин внутри.

Ну а Иньярриту, которому мало завладеть вашими внутренностями, добавляет еще и философских заруб (вроде стрельбы из палки по лосям или гарцующих нереальных бизонов или древнего храма), неочевидных решений и трудных моральных дилемм. И простая как два рубля рублями история превращается чуть ли не в философский трактат о смысле жизни, воле к ней и человечьем бессмертии.

Надо ли говорить при этом, что Лео Ди и Том Харди, находящиеся сейчас на пике формы, буквально выворачивают вас наизнанку?! Если никого из актерского состава «Выжившего» в этом году не пощекочут оскаровской статуэткой, значит Ницше прав: Бог умер или его тупо нет.

В общем, если вы еще не посмотрели «Выжившего» хотя бы пару раз, то вы как минимум странный. Или даже хуже. Это фильм-событие. Фильм-глыба. Фильм-притча. И даже фильм-предание. После таких фильмов отчаянно хочется жить, мстить и поедать сырую печень по колено в ледяной воде. Хочется стать Беаром Гриллсом. Хочется улететь в космос. Хочется быть вечным и неуязвимым.

А еще хочется сказать спасибо — за то, что живут на нашей планете такие люди, как Иньярриту, Любецки, ДиКаприо, Харди. Уж и не знаю только кому эту спасибу передать. Видимо, Тому кто умер. Или Тому, кого нет. За то, что Он все-таки есть.

Спасибо.


Mad Dud

Саркастичные заметки о последних премьерах от профессионального пожирателя кино. BAD. MAD. DUD. Незамутненный мужской взгляд — только здесь.

Оставьте комментарий



«««
»»»