Когда хорошему человеку плохо

Рубрики: [Музыка]  

Помнишь, старик, как это было? Мы тусовались на квартире Андрея Бочко по кличке Crazy, который не был еще продюсером, и, сидя на ковре, ждали, когда его жена – клевая герла в новых обтягивающих джинсах – накроет на стол. В тот вечер намечались пельмени под бутылочку портвейна.

– Что будем слушать?

И тут Бочко говорит:

– Чуваки, вам будет интересно. У меня есть редкая группа Atomic Rooster – «Атомный Петух», у них на барабанах ваш любимый Палмер!

В те годы все мы были неистовыми поклонниками Emerson, Lake & Palmer, поэтому нашему удивлению не было предела. Комната наполнилась звуками, а стаканы – портвейном. Мы и не подозревали, что вокалистом этой группы, страстно певшим мощным высоким голосом с «черным» оттенком, был легендарный Крис Фарлоу. И вот, спустя почти 30 лет, я увидел его живым, этого «человека с бандитской физиономией», как его называли в прессе.

* * *

Судьба поступила с ним подло. В нагрузку к бесподобному голосу и неповторимой манере пения она «наградила» его системным заболеванием, приведшим к стойким нарушениям со стороны опорно-двигательного аппарата. А поскольку красавцем Крис и так никогда не был, то наличие еще и горбов спереди и сзади, возможно, и помешало его музыкальной карьере. Он был всегда в пяти минутах от всемирной славы. Его имя стояло вторым в списке кандидатов на должность вокалиста Led Zeppelin, и еще неизвестно, кого бы взяли, если бы не его уродство. Но были и те, кого это не пугало, например, Colosseum и Atomic Rooster – две знаменитейшие группы тех лет.

* * *

Желающих лицезреть легенду набралось немного. В маленьком закутке музыкального магазина на Ленинском собралось человек 20-25. Началась пресс-конференция участников фестиваля «Легенды британского и российского блюза». Все скромно, никакой суеты и телекамер. Николай Арутюнов, участник с российской стороны и один из организаторов фестиваля, представляет гостей – Криса Фарлоу и гитариста Миллера Андерсона, известного по участию в группах Keef Hartley Band и Savoy Brown.

– Мне особенно приятно представлять людей, на музыку которых я всегда ориентировался и которых считаю своими учителями, – говорит Николай.

Тут же реагирует один из журналистов:

– А когда вы впервые услышали Криса Фарлоу?

Арутюнов на секунду задумывается и отвечает:

– Сейчас наши музыканты, когда их спрашивают, когда они впервые кого-то услышали, стараются назвать дату как можно раньше. Порой даже выходит, что они начали играть рок-н-ролл раньше Битлз и Rolling Stones (смех в зале). Я скажу честно: к своему стыду, я услышал Криса Фарлоу только в 1977-м году и с тех пор являюсь его преданным фэном.

Устроители фестиваля подзадоривали присутствующих стародавними хипповыми присказками: ух, сегодня вечером в «Апельсине» будет клево, там отличная аппаратура, народ будет блюзовать и джемовать – какие люди сегодня выступают! – ну, оторвемся по полной. И напоминают, что блюз – это когда хорошему человеку плохо, а кто-то сразу добавляет, что попса – это когда плохому человеку хорошо.

Похоже, что не все «в теме». Какой-то длинноволосый задает вопрос Крису Фарлоу:

– На одном сайте в Интернете про вас написано, что вы были внешне не привлекательны, и поэтому не стали знаменитостью. Это правда?

Мне захотелось дать длинноволосому в рожу. Какая бестактность! Арутюнов бледнеет, как мел, а Фарлоу спокойно отвечает:

– Мне плевать на то, что кто-то там пишет. Зато я сейчас знаменитость.

Ему аплодируют.

Постепенно встреча набирает обороты, музыканты делятся воспоминаниями юности, рассказывают, что им часто не везло с менеджерами, которые не всегда могли грамотно их продать, зато везло с музыкантами, с которыми довелось дружить.

– Правда ли, что песню Yesterday Маккартни написал для вас? – спрашивают Криса Фарлоу.

– Дело было так. Мы сидели с Полом в одном клубе в Лондоне, и он сказал мне, что только что написал клевую песню, которую назвал Yesterday. Он предложил мне записать ее и для этого позвонить ему следующим утром в офис. Я же решил, что он шутит, и не позвонил. Тем не менее, в последующие годы я исполнял эту вещь, и не раз.

После окончания пресс-конференции вижу, как Фарлоу, переваливаясь с ноги на ногу, с трудом поднимается по лестнице в торговый зал. Он с недоумением разглядывает ближайшие стенды с блатняком и словно чего-то ждет. Магазин практически пуст, желающих получить автограф не наблюдается. У меня сжимается сердце.

* * *

Вечер. Клуб «Апельсин». Удобный зал, много публики – правильной, блюзовой, – и действительно хороший звук. Первый Арутюнов с группой Funk You. Отличный фанк-блюз, стандарты вперемешку с собственными вещами. После исполнения Strange Brew в прифанкованной аранжировке зал уже заведен по полной, даже стоящий чуть в стороне Марк Розовский заходил ходуном. Следом выходит Андерсон с группой, играет жесткий блюз-рок с упором на гитару, своими соло пробирает до всех внутренностей. Наконец, Крис Фарлоу. Великий вокалист, ничего не скажешь. Парню уже 64, но какой голос, какое интонирование, какая подача! Для исполнения Stormy Monday Blues Фарлоу вызывает Арутюнова и Андерсона. Джем великолепен.

* * *

А Бочко, который уже давно не Crazy, на фестивале не был. Наверное, записывал в это время в своей студии очередной коммерческий проект.

Георгий АВЕТИСОВ.

Фото автора.


Георгий Аветисов

Музыкант, литератор, фотограф. В составе подпольной группы «Рикки-Тикки-Тави» сокрушал устои советской эстрады виртуозным исполнением в бешеном темпе джаз-роковых риффов на 13/8. Увлечение Индией и трансцендентальной медитацией чуть не довело Георгия до цугундера, но вовремя наступившая перестройка захлестнула артиста обилием творческих инициатив.

Оставьте комментарий

Также в этом номере:

“Жуть” Петкуна
Скандал в шоу-бизнесе
В гостях у москвичей
В поддержку книги
Каррерас снова в Москве
Коротко
Выступит со студентами
На сладкое – мужчины
Снова в путь!
Свято место пусто не бывает
Займется оперой
ПЕЧЕНЬ НЕ ВЕЧНА
Джаз в Королевском театре
Гармония – есть жизнь
Совместный тур
ПРОЧЬ ОТ ИНСУЛЬТА
Придется подождать
Нормальный человек
Света: впереди лето
Лето на Родосе
Экстравагантная “Калифорния”
Дмитрий Певцов запел
Экстремальный асфальт
На смерть Поэта…
Сорвала голос


««« »»»