Додолев. Не «Взглядом» единым

Рубрики: [Додолев]  [Книги]  

The ВзглядПредлагаем нашим читателям фрагмент из исследования Альфии Тимошенко, посвященного книгам Евгения Додолева о программе «Взгляд».

Евгений Додолев успешно совмещает в себе роли публициста, блогера, колумниста, телеведущего. Независимо от вида СМИ, в котором выступает Додолев, его тексты наполнены схожими приёмами выражения авторского «я».

На лексическом и стилистическом уровнях в портретной публицистике Е.Ю. Додолева мы выделяем следующие приметы авторского стиля: англицизмы, символы, прозвища, комментарий, средства выразительности языка, разговорный язык.

Англицизмы

Анализируя композицию публицистики, мы говорили о пристрастии Додолева к английскому определённому артиклю the в заголовках книг. В основном тексте его употребление всегда уместно – в названиях иностранной прессы («The Washington Post») и зарубежных групп («The Beatles»).

В словосочетаниях Евгений Юрьевич часто использует знак «&» вместо соединительного союза «и»: «зависть & обида», «фамилия & лик», «наглядный & эффективный», «тщательно & качественно», «проект & перестройка». Таких примеров очень много, в одной только книге «Взгляд – Битлы перестройки» символ встречается 38 раз. Даже в библиографическом списке Евгений Юрьевич предпочитает вместо запятой при перечислении авторов ставить «&».

Среди употреблений англицизмов встречаются и зарубежные журналистские термины. Например, рассказывая о мифах в медиа, Додолев привёл пример зарубежных СМИ, в которых обязательно есть спецотделы по проверке фактуры – «fact checking».

Интересно, что даже те иноязычные слова, которые уже ассимилировались в русском языке, публицист использует в их первозданном написании. К примеру, слово «постфактум» имеющее значение «потом, после того, как что-то свершилось» применяется в англоязычной форме «post factum».

Этот новояз, пишет Додолев, складывался в середине 90-х: «Тогда буйствовал безмерный драйв, пульсировал революционный кураж, креативились новые форматы, да и новояз формировался тогда же».

Вольно или невольно, Евгений Юрьевич описывает собственный стиль, цитируя своих коллег Любовь Аркус и Дмитрия Быкова:

«В газетах преобладает смесь двух новоязов: это язык прежней эпохи, сильно разбавленный англицизмами. Это молодое поколение – в основном дети тех самых шестидесятников Владимир Яковлев, Артём Боровик, Дмитрий Лиханов, Евгений Додолев, Александр Любимов – уже берёт своё».

Символы

Периодически тексты Додолева, будь то пост в блоге, статья в газете или книга, воспринимаются как конспект. Воспоминания, по сути, и являются сокращённым изложением истории конкретной личности, субъективным взглядом определённого человека.

В «конспектах» Додолева часто встречаются символы, больше характерные для личных записок, с целью сокращения времени и бумаги. К ним относятся математические «+» и «=», расположенные на одной компьютерной клавише. На мой взгляд, знак плюс вполне можно заменить его же излюбленным английским &: «Анатолий Малкин + Кира Прошутинская», «аудио + видео», «белыми + пушистыми».

Знак равенства в текстах Додолева абсолютно во всех случаях синонимичен тире, однако автор остаётся верным своим пристрастиям: «оба = Девы», «Лысый = парторг», «Ваня Демидов = великолепный рассказчик», «оба = на пятёрку», «специализация = США и Канада».

Не раз в книгах употребляется символ денежной единицы США – «$». Подразумевая существительное во множественном числе (доллары) Додолев использует то же обозначение трижды: «Демидов насчёт $$$ особо не заморачивался».

Частое использование обозначенных символов, на наш взгляд, – примета современного интернет-стиля, попытка сократить текст, избежать громоздких выражений, законспектировать время, свести отношения к формуле. Каждая статья Е.Ю. Додолева, вошедшая в книги, может быть опубликована в блоге, интернет-издании, и она спокойно воспринимается современным читателем, привыкшим к коротким текстам, лайкам, комментам и репостам.

Это же объяснение отчасти можно применить и к следующей черте стиля Додолева.

Прозвища

Практически у каждого героя публицистики Е.Ю. Додолева есть прозвище. Мало того, в книге «Влад Листьев. Пристрастный реквием» автор создаёт шаблон описания героев: прозвище, гороскоп, цитаты коллег, биография, глава «факт» с участием героя и/или миф, мнение о нём.

Так, например, мы узнаём, что Дмитрий Вениаминович Захаров имел прозвища «Знайка», «Зануда», а Владислав Николаевич Листьев – «Лист».

Додолев не дискриминирует объекты воспоминаний, потому что все персоны мемуарной книги Додолева имеют телевизионные никнеймы, известные не только профессиональному сообществу, но и самим их носителям. Более того, автор уже в предисловии предупреждает, что осознанно использует прозвища:

«Возможно, кому-то покажется излишне фамильярным употребление внутрикомандных кличек вместо традиционных имён-отчеств. Однако я помню, что Мукусем называли Владимир Викторыча и Листом – Владислава Николаевича. А Любимова называли Люби. Любя называли».

Комментарий

Комментарий – традиционная авторская «территория» в литературном произведении. Здесь создатель текста может исправить своих героев, указать на их неточности, пояснить сложные выражения.

Например, цитируя другие СМИ, Додолев даёт пояснения в скобках с указанием своих инициалов:

«Очень многие боятся этого (реформы ТВ. – Е.Д.)».

«Недоговоривших» коллег, с которыми общался вживую для книги Евгений Юрьевич также дополняет скромно, в скобках – «…был ужасен! Нас с Малкиным во время «Орбиты» (прямого эфира, идущего на Дальний Восток – Е.Д.)».

Но часто просто оставляет себе право подводить итог суждению вспоминающего, как в следующем примере:

«Мукусев вспоминал: «И вот, пока все обсуждали и ругались, главный редактор «молодёжки» и «крёстный отец» новой программы Эдуард Сагалаев вызвал к себе режиссера Игоря Иванова и, несмотря на наши вопли, просто заказал ему заставку с названием». На каждом этапе нужна было чья-то воля. Чье-то решение. Чей-то поступок».

Средства выразительности языка

Помимо правдивости и актуальности публицистике присуща яркость, выразительность. Эти характеристики становятся возможными за счёт «арсенала» средств выразительности, которыми должен владеть автор.

Додолеву, на мой взгляд, удаются инверсии – необычный порядок слов в предложении. Вероятно, это отчасти влияние всё того же зарубежного обучения, как мы знаем порядок слов в русской и английской речи разные. Однако это же и авторский способ сместить логическое ударение в предложении, сместить акценты. Рассмотрим, например, отрывок: «Зачем я взялся за эту книгу? Был я в этой программе гостем, соприкоснулся по касательной…». Попробуем заменить инверсию обычным порядком слов: Зачем я взялся за эту книгу? Я был в этой программе гостем, соприкоснулся по касательной… На мой взгляд, предложение лишается динамичности, в авторском варианте чувствуется та самая мимолётность, о которой пишет Додолев, соприкосновение, но не соучастие, потому он и пишет об этом – право имеет, знает, понимает, видел, помнит. Но под своим углом зрения, «по касательной», потому и даёт слово в книгах тем, кто прочувствовал ситуацию изнутри.

Инверсия в таких предложениях типа «Не ради $$$ всё затевалось, а драки ради и свободы» добавляет метафоричности, ритма и, если оперировать приёмами самого Додолева, – мелодичности.

Встречается и антитеза – противопоставление противоположных понятий: «застиранные рубашки сменили на белоснежные сорочки».

Оксюморон Додолев использует в основном для характеристики героев: Александр Горожанкин, например, «был чертовски красивым + ангельски обаятельным».

Безусловно, в публицистике Е.Ю. Додолева фигурируют метафоры, сравнения, эпитеты, гиперболы. Но мне кажется, что эмоциональность и живость его текстов создаются, в первую очередь через употребление разговорных слов и выражений.

Разговорный стиль

Первая ситуация проявления разговорного стиля – написание имён-отчеств: Владислав Николаич, Дмитрий Вениаминыч, Александр Михалыч. Один из немногих героев, чьё отчество пишется так же, как произносится – Константин Львович Эрнст.

К проявлению разговорных ситуаций относится жаргон. Так, по отношению к молодым или непрофессиональным журналистам Евгений Юрьевич применяет профессиональный жаргон «журики». К этой же категории лексики можно отнести и такие слова, как «молодёжка», «эфириться».

Разговорная речь присутствует в каждом разделе текста: заголовке книг («Битлы перестройки»: «битлы» – разговорное сокращение названия группы), предисловии – «большие дяди рулили», основном тексте – «попса», «постебался», «Короче, всерьёз князя российского стёба Серёжу Доренко могли считать коммунистом те обладатели трёхзначного IQ, кто его эфиров не видел».

Порой Додолев чересчур монологичен, его авторский стиль разрушает построенный им же диалог с читателем:

«Я вообще тогда гнал невообразимую пургу про необходимость превентивных репрессий в отношении партноменклатуры и козырял сенсационным инсайдом по поводу «дворца для Горби» в крымском Форосе», – во времена цензуры стилистические шумы позволяли замаскировать важную информацию, в данном же случае автор немного увлекается общественно-политическими терминами, топонимами и сленгом.

Альфия ТИМОШЕНКО.

Альфия Тимошенко – магистрант Института филологии и журналистики Саратовского государственного университета. С 2011 года занимается проектом по восстановлению памяти о журналистах конца 80-х – начала 90-х годов ХХ века. Так, в 2013 году в рамках дипломной работы составила сборник воспоминаний современников о тележурналисте Владиславе Листьеве. В магистратуре Альфия пишет квалификационную работу по теме «Портретная публицистика Е.Ю. Додолева: актуальность и традиции», изучает книги журналиста «Влад Листьев. Пристрастный реквием», «”Взгляд” – битлы перестройки» и «The Взгляд».


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Непотизм в действии
Однажды в моей молодости
Повесть о настоящем человеке
Музыкальный планктон
Новости
Коротко
Петр Налич не Кончита
Полное достоинства жизнеприятие
Аркадий Укупник, кому-то «Мурзик»
Честная еда
Пьяная зарисовка


«««
»»»