Красное на черном

Завтра – день рождения самого красивого из отечественных рок-музыкантов, Кости КИНЧЕВА. Предлагаем вниманию читателей публикацию из ”Молодежной Эстрады”, которая увидела свет ровно 20 лет назад. Наивная, выстроенная на лексике того периода, эта неприхотливая заметка тем не менее была для советского времени дерзкой и стала заметным прорывом: “Алису” не особо жаловали СМИ нашего журналистского мейнстрима.

Константин Кинчев. Фото Сергея Горбунова

Константин Кинчев. Фото Сергея Горбунова

Красное на черном

Константин Кинчев. Это имя оглушительным ураганом ворвалось в фонотеки, выплеснулось на газетные полосы, утвердилось на киноэкране. И в рекордно лаконичный срок завоевало неприступно сдержанную фирму «Мелодия», монопольничащую в нашей рекорд-индустрии. Пластинки группы Кинчева – «Алиса» – раскупаются с еще большим успехом, чем некогда билеты на остросоциальный фильм «Взломщик», где рокер играл главную роль. Роль лидера рок-группы. Успех «Взломщика» объяснялся прежде всего редким исполнительским мастерством певца, «знанием темы». По результатам опроса ленинградской газеты «Смена» Кинчев попал в тройку самых популярных актеров.

«Алису» основал в 1984 году ленинградский бас-гитарист Святослав Задерий (потом он собрал другую группу под названием «Нате»). В год основания «Алисы» москвич Кинчев с помощью гитариста группы «Секрет» Андрея Заблудовского записал свою сольную работу «Нервная ночь». Тогда ни сам Костя, ни его будущие аккомпаниаторы из «Алисы» (гитарист Андрей Шаталин, басист Петр Самойлов, клавишник Поль-Хан Кондратенко и барабанщик Михаил Нефедов) не думали, что через пару лет станут одним из самых популярных коллективов СССР.

Составные этой неожиданной, еще не до конца осознанной музыкальными критиками популярности – качества лидера группы. Артистизм, бесспорный вкус плюс  поэтический дар, подбор тем, всегда «в десятку». Главная из них – тривиальная, на первый взгляд, но тревожно последнее время звучащая – тема разделенности поколений. Наконец, еще одно достоинство – умение не бояться повторений пройденного («новые слова давно забытой песни… старая книга в новом переплете»?). Всех выше перечисленных качеств не хватило бы Кинчеву для его рывка на обложки журналов, не будь они помножены на его удивительное честолюбие.

В возрасте, когда он начал выступать, Макаревич и Градский были уже кумирами с солидным рок-прошлым. Кинчева не принимали всерьез его первые слушатели (знакомые и соседи, как водится). Но он решил для себя — докажу. И дождался звездного часа.

У «Алисы» уже появились последователи и подражатели, среди которых наибольший интерес представляет квартет Михаила Борзыкина «Телевизор».

Репетируя себя много лет подряд, нынешний фаворит поклонников социального, жесткого рока преуспел не только в сочинительстве, но и в лепке образа. Кинчев гипнотизирует сильной, прочувствованной музыкой, дразнит резкими и точными словами… У него своя пластика, своя лексика:

Я начал петь на своем языке,

Уверен, что это не вдруг.

Молодым приятно и лестно отождествлять себя с красивым, мужественным «франтмэном» (солистом, к которому, по замыслу, приковано внимание зрителей, в роке это чаще всего гитарист-вокалист или просто певец. – Ред.). Его песни не что-то безадресное, это конкретное искусство для столь же конкретной аудитории. Они притягательны тем, что примиряют (это при всей их напористости, агрессивности) подростков-«металлистов» и продвинутых слушателей, воспитанных на замысловатых метафорах «Аквариума». Сам Кинчев весьма критически относится ко всем без исключения рок-авторитетам, хотя эти самые авторитеты очень доброжелательно следят за приключениями «Алисы».

Кинчев – настоящий рокер. Он исполняет очень жесткий рок-н-ролл. И его не спутать с эстрадными рок-имитаторами. Введя в состав группы саксофониста и «металлического» гитариста, он расширил ее музыкальные возможности.

Цитирую газетное («Калининградский комсомолец») интервью Кинчева:

«Истоки нашего творчества надо искать в русле традиционно русского критического отношения к действительности. И когда говорят, что мы, мол, подражаем Западу, мы только смеемся. Мне нравится быть рок-звездой. Рок основан на искренности, на том, чего требует сердце. Накопил ли кто-нибудь из рокеров денег за выступления? Нет. Рок это не прилавок. В отношении к материальным ценностям и кроется разница между нами и филармоническими группами, многие из которых, не задумываясь, пишут песни, не напрягаясь, их поют из желания заработать. Для тех, кто ходит на наши концерты, носит наши цвета, я, наверное, являюсь вожаком».

О каких цветах речь? «Красное на черном» – так называется одна из кинчевских песен. А в другой он поет: «Черно-красный – мой цвет, но он выбран, увы, не мной». Дело в том, что Кинчев – трибун, и его двухцветные гимны полны мрачного оптимизма. Мрачного потому, что Добро хоть и победит, но – нескоро. Многим такое зловеще-кровавое цветосочетание кажется иногда пугающим.

В этих звуках заложена идея протеста & самоотдачи.

В ленинградской «Алисе» – без счета сходство с крошкой Алисой из сказок-снов, если рассматривать ее приключения тем способом, которым она читала книги в «Зазеркалье», – прислонив к зеркалу. У Кинчева абсурд мироздания не смешон, как у остроумного англичанина, а тревожен, как в ветхозаветной Книге Иова, посвященной теме невинного страдания. «Нас нельзя изменить, нас можно только уничтожить!» – приговаривает свое поколение герой «Взломщика», фильма, которому на Венецианском фестивале присуждена спецпремия Международной федерации кинопрессы. В Эдем детской беззаботности ленинградская группа приглашает через ворота Ада: их новая пластинка, выпущенная «Мелодией» в 1989 году, называется «БлокАда». Если Зазеркалье Кэрролла было населено забавными и безобидными существами типа Шалтая-Болтая, то песенный мир «Алисы» страшноват своими Соковыжимателями и Экспериментатором. У английского сказочника ощущается вневременность, а у музыкантов – четкая привязанность к своему времени. Их бескомпромиссность не укладывается в схемы предварительных уговоров о предстоящей драке между близнецами Труляля & Траляля. И даже такой неподкупный критик, как Чеширский Кот, согласился бы, что музыку «Алисы» можно принимать или нет, но отказать группе в праве на сатиру, умный фарс и пародию, призванную через иррациональное точнее взглянуть на самих себя, – невозможно. При всем своем желании нравиться, при всей декадентской манерности и демоническом напоре, ангельски-парящий Костя Кинчев остается одним из самых заметных актеров на нашей рок-сцене.

Евгений Ю.ДОДОЛЕВ.


Евгений Ю. Додолев

Владелец & издатель

Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Найдено либретто Гайдна
Кукла Андрея Малахова
Мадонна ищет деньги
Самая скандальная звезда
“Сегодня и сейчас”
Вполне счастливый человек
Ушел из группы барабанщик
Юбилейный “Сталкер”
Музыкант и фигуристка спелись
Преданность танцу
Следи за собой. Будь осторожен
Как украсть миллион?
О мышах и чудесах
Синдром Дориана Грея


««« »»»