Трагедия Лолиты Милявской

Рубрики: [Интервью]  [Музыка]  

ЛолитаС неподражаемой Лолитой МИЛЯВСКОЙ я познакомился в апреле 1991 года. Мы тогда с Иваном Демидовым снимали фильм для телекомпании ВИD. Не о дуэте «Академия», а о первом и последнем конкурсе красоты «Мисс Пресса СССР». Лолита+Цекало участвовали в концертной программе того страннейшего круиза-соревнования и зажгли там не по-детски. С тех пор сталкивались мы то тут, то там. Поговорить по душам возможности не было. И поэтому я был рад, когда после СМС-атак, которыми я надоедал Лолите в течении полугода, она выбрала время, чтобы приехать в студию «Правды-24». На съемку я взял приютскую кошку Рюшу, независимую & неуловимую как, собственно, и моя гостья.

– Лолита, добрый вечер.

– Добрый.

– Я так рад тебя видеть спустя столько лет, потому что вижу тебя только на экране. Сейчас я тебя вижу здесь воочию.

– Женя, я тебя тоже вижу только на экране, и рада тебя видеть.

– Вот, а Рюшу сейчас тоже видят на экране все, она бездомная, но классная. И теперь у нее будет дом, после того как мы с тобой поговорим.

– Ну, очень хочется.

– Сейчас кто-нибудь позвонит. Хотя черных почему-то не очень берут. А у тебя, мы до эфира говорили, в твоем Дорохово каком-то загадочном элитном полно котов.

– Не элитном, да, и не элитные коты, такие же приблуды. Они обосновались у меня на даче. И есть такой же черный, только мальчик. Редкостная сволочь, потому что гадит, где ни попадя, и даже на том месте, где спит, теперь пришлось мальчика выгнать на улицу, но он приходит поесть периодически.

– Так вот я знаю вот эту песню Милявской: все мальчики – сволочи.

– Нет, нет, именно коты. Вот что хорошо в Рюше, что она стерилизована. А я, к сожалению, не удосужилась стерилизовать кота и других котов, которых он привел за собой, и даже не воюет за территорию. Вот что обидно. Еще есть черепашка.

– А черепашка – это подарок?

– У меня все приблудные. Они просто как-то находят меня сами, хотя я вообще не любитель котов, я собачница. Но с тех пор, как погибла моя собака, я через шесть лет только погладила чью-то собаку, потому что не могла прикоснуться. Сейчас близка к тому, что, скорее всего, буду брать какую-нибудь собаченцию. Ну, буду думать еще.

– А что за собака, как погибла, как звали, откуда появилась?

– Звали Эммануил, собака, которую обожал весь шоу-бизнес, потому что у нее был абсолютный нюх на красивых женщин. Абсолютный двор-терьер, но выглядел дико породисто, и даже ветеринары ошибались. И даже в возрасте ошибались. Потому что утро у нас начиналось с того, что открывалась пасть и вливался творожок диетический с кефирчиком. Он это жутко ненавидел. Он был чистюля. Я плащ привезла ему из Швейцарии (мы с Аллой Борисовной были там), он не любил гулять в дождь, и я купила ему плащ. И с тех пор как я купила ему этот плащ, он выходил и брезгливо вот так перешагивал через лужи. В общем, был необыкновенный пес. И у него был хороший нюх на хороших и плохих людей.

– То есть на красивых женщин и на хороших людей? А часто совпадают эти две категории?

– Абсолютно точно совпадало. Я тогда не понимала, на что он мне намекал. Но совпало. И несколько людей исчезло из моей жизни, из тех, кого он не любил. И погиб он трагически. Я совершила большую ошибку в своей жизни. Я оставила его, ну, скажем, на какое-то время на домработницу. И она с ним гуляла, у меня был такой период тяжелый, я расставалась с дуэтом «Академия», и поэтому я переехала к человеку, с которым у меня были отношения, он не очень хотел, чтобы Эммануил переезжал вместе со мной. И получилось, что какое-то время я приезжала каждый день, как к ребенку, сама переживала. И собаку выпустили, и ротвейлер алкоголика перегрыз его на две части. Это была трагедия. Я после этого попала в больницу. В общем, мне никто не нужен был, ни мужчины, ни…

– Ах, ты из-за этого попала в больницу? Я думал, что из-за расставания с Сашей Цекало.

– Нет, нет. Это была причина. Потому что рядом со мной стояла фотография как раз Эммануила, кусок шерсти в руке в течение двух месяцев. Слезы, истерики, потери сознания. Это был член семьи, это был мой ребенок, это первый сын. Умнейший пес.

– А про Цекало Сашу ты говоришь, что это был проект, что это была не семья… Ты даже сказала, расставалась не с мужем, а с «Академией».

– С дуэтом «Академия». Потому что так оно и есть, тут ничего ни обидного, ни стыдного для нас двоих нет. Просто по неопытности мы одни вещи принимаем за другие. Потом ты понимаешь, что, да, вот творческая часть, составляющая, она больше, чем семья. Я недавно читала Юру Стоянова «Воспоминания об Илье Олейникове», и кстати, он говорит все то же самое, что это…

– Не, ну извини меня, они не были женаты.

– Нет, не в этом дело. Дело в том, что тот дуэт, которым ты занимаешься, он больше, чем семья, он важнее, главнее. Поэтому в данном случае любой дуэт, там, где действительно люди любят тот жанр, в котором они работают, это становится большой и удачей и неудачей.

– Вот про жанр ты упомянула. Мы, кстати, к семье вернемся, я-то за это зацеплюсь обязательно. Но! Про жанр, вот интересно мне, ты ведь очень на самом деле думающая девушка. А жанр очень легкий у тебя.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну в общем-то, так скажем, все, что делаешь на телевидении и на эстраде, это, в общем, развлекаловка.

– Тебе виднее. Есть развлекаловка.

– Да. А вот ты не чувствуешь такого какого-то противоречия внутреннего между занятиями Каббалой и своими выступлениями на подмостках?

– Нет совершенно. Во-первых, если говорить о серьезности на телевидении, то я считаю, что очень серьезный был проект, который назывался «Без комплексов», который вытащил очень много людей, и он не имел отношения к шоу-бизнесу.

– Ты поразила всех совершенно, это правда.

– Он имел отношение к психологии, к философии, к политике, чему угодно, к жизни, самое главное. И очень много людей до сих пор меня спрашивают, а нельзя ли возобновить. И кстати, многие пробовали после этого делать такое. Это не женское ток-шоу в чистом виде. Это шоу для всех. Не хватило сил. Я могла бы просто сойти с ума от чужого горя, и поэтому я положила заявление на стол, потому что поняла, еще немножко, я залезу в петлю сама. Настолько все через меня шло. Хотя мне многие телевизионные, достаточно опытные люди, говорили, Мукусев, говорил, так нельзя, ты погибнешь. Я не верила ему. Думала, что это все ерунда. Потом поняла, что погибаю, и ушла. Что касается Каббалы. Я христианка и человек верующий. Каббала = не религия, это, скажем так, это дополнительное образование, которое помогает мне, как христианке, быть лучшей христианкой. Каббала это фактически образ знания, которое тебе расскажет обо всем. И о мусульманстве, и о христианстве, и о иудействе. Ты получаешь те знания, которые тебе, к сожалению, не в состоянии дать священник, кроме исповеди, которая займет минут пять, или в виду большой симпатии полчаса с тобой поговорят, все равно это не то. Ты приходишь на лекции, ты слышишь про племя майя, ты лекции о сексе посещаешь. То есть все это служит духовному развитию в первую очередь. И самое главное, помогает тебе в это очень злое время, агрессивное оставаться человеком, не заходить за ту грань, за которую можно легко соскользнуть сегодня. То есть во мне столько же негатива, как когда я езжу по улицам и вижу тупоголовых водителей из каких-то регионов, которые купили права, людей, на которых бешено действует Москва. И тогда я вспоминаю о Каббале, и слово «козел» я уже сказала, но потом я прошу прощения у этого человека за то, что я в эту секунду вот так выплеснулась. Просто стараюсь сама отойти в какой-нибудь правый крайний ряд или сдержать водителя.

– А ты сказала, что время злое, агрессивное?

– Очень.

– А ты сравниваешь с каким? Вот нынешнее время, оно стало злее и агрессивнее по сравнению с каким?

– Оно бесчувственнее, но агрессивнее даже по сравнению с теми же 90-ми.

– Ну вот так вот!

– Я не беру бандитскую составляющую, никак не беру уголовный мир, умные люди из которого трансформировались в бизнесменов.

– И политиков.

– И политиков. Ну, как бы умные, но их может быть не так много. Основное поле полегло по кладбищам. А все равно люди были добрее. Все равно ценности, на которых мы выросли, они тогда еще были в сохранности. Тогда все знали, кто такой Гагарин. Даже знали, кто такой Ленин. Поэтому мне не нравится та агрессивность, с которой сейчас можно достать в любой момент пистолет, кого-то застрелить. Но это происходит по всему миру. Я не говорю о нашей стране.

– А, то есть ты считаешь, это глобальная тенденция?

– Это глобальное, к сожалению, не потепление, а внутреннее похолодание. Обезжизненность, эмоциональная обезжизненность. Женщины жалуются на мужчин. Если раньше они жаловались, что мужчины гуляли, то сейчас они жалуются на то, что они вообще не гуляют и ничего не делают. И в этом аспекте произошло какое-то умирание клеточек.

Фото в студии: Айсель МАГОМЕДОВА.

P.S. Полностью беседа опубликована в книге «24 кадра правды PRO Женские истории» (ОЛМА МЕДИА, М., 2014)


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Максим Леонидов: Моя задача – спрятаться, а не вылезать!
Это гнусное слово «богема»
«Исход: цари и боги»: Дело было в Египте
«Хоббит. Битва пяти воинств»: Особая изюминка фильма
Музыка вкуса Брайса Шумана
Коротко
Цой на уровне ЖЗЛ
Три знаковые песни
Александр Градский и его «Голос»


««« »»»