«Интерстеллар»: Чисто развлекательный аттракцион

ИнтерстелларНе верь его лжи. Эту фразу хочется адресовать зрителю каждой новой работы Кристофера Нолана, даром что эта цитата из его же картины. Но публика обожает быть обманутой, из раза в раз превознося творения режиссёра как «интеллектуальные блокбастеры», однако, в чём же эта пресловутая интеллектуальность кроется, сказать сложно.

Тем не менее, из девяти его полнометражных работ, в топ IMDb входит аж семь, больше только у Кубрика и Хичкока. В «Интерстелларе» Нолан попытался утвердиться в качестве классика современности и сделать свою «Космическую одиссею» с МакКонахи и чёрными дырами. По итогам можно заключить, Нолану до Кубрика также далеко как человечеству до пилотируемых межзвёздных полётов.

По сюжету в недалеком будущем наша планета коллапсирует из-за перенаселения, нерационального потребления ресурсов, загрязнения и так далее. Человечество теперь сосредоточено только на выживании, но конец уже близок, злаковые почти не растут, со всех сторон наступают пыльные бури и даже кислород лет через сто кончится.

В таком безрадостном мире живёт овдовевший бывший пилот НАСА Купер (Мэттью МакКонахи) со своими детьми и тестем. Он обычный фермер, как и все выращивает кукурузу, но такая жизнь не для него, поэтому, когда в комнате его дочери в результате некой «гравитационной аномалии» из пыли на полу выкладываются географические координаты, Купер незамедлительно отправляется в указанную точку и обнаруживает секретную базу НАСА.

Там во всю кипит разработка плана по спасению человечества. И так как Земля уже полностью себя исчерпала, остается лишь переселение на иные планеты, для чего через «кротовую нору» в другую галактику должен отправиться экипаж, который сделает заключение о том, какая всё-таки планета пригодна для обживания. И как раз, по счастливой случайности, именно в этот момент приезжает Купер, и ему незамедлительно предлагают возглавить важнейшую миссию в истории человечества. Купер, в свою очередь, также не растерявшись, мгновенно соглашается, в конце концов, разве можно подвергнуть сомнению исключительно рискованный план, если тебе о нём рассказывает Майкл Кейн (в роли профессора Брэнда). Так, с формулировкой «тебе пора спасать мир», Купера отправляют в космос.

Отъезд отца становится серьёзной травмой для дочери, для которой впоследствии эти переживания становятся фактически определяющими в её деятельности (в этот момент её уже играет Джессика Честейн). Вообще, если весь фильм интерпретировать с перспективы Мёрф, то получается занятная картина. Обидевшись на бросившего её отца, подсознательно она хочет его оправдать, убеждая себя в его незримой помощи её трудам и ища ответы на свои вопросы из раза в раз в детской комнате и воспоминаниях. Если же считать главным протагонистом Купера (что, вроде как, подразумевается), то возникает немало вопросов о каузальности событий картины, да и финальное разрешение вопроса о том, кто же помогал (и помогал ли?) человечеству, не всем придется по душе.

Но, в итоге, фильм в утверждении тезиса о том, что любовь – это сила способная преодолеть и время, и пространство, часто теряет баланс и скатывается в жутко фальшивые сантименты. Усугубляет дело и «манекенность» персонажей. Мало того, что вся речь в «Интерстелларе» идиоматична и неестественна настолько, что начинает казаться, что, если сценарием занимались братья Ноланы, то только разве что в момент своего обучения в классе эдак пятом, но и поведение героев в целом часто можно охарактеризовать как немотивированное или примитивное. Поэтому все старания актёров (Энн Хэтэуэй, Мэтта Деймона и прочих) тщетны – сопереживать таким персонажам невозможно. Когда во время той самой важнейшей миссии в истории человечества учёная на борту пытается отстоять свою позицию относительно дальнейшего маршрута корабля аргументом о силе любви, то это по меньшей мере нелепо.

Но помимо регулярно обильно проливаемых слёз, активно на глубокое эмоциональное переживание зрителя должна подталкивать и музыка Ханса Циммера. Настойчиво звуки органа сигнализируют о предельной серьёзности и значительности происходящего. К несчастью, Циммер не Рихард Штраус, поэтому саундтрек лишь доводит претенциозность, так присущую режиссёру, до верхнего предела.

Для самых чёрствых у режиссёра припасен ещё один приём – поэзия. Стих Дилана Томаса «Не уходи безропотно во тьму» звучит аж три раза. Чтоб наверняка, что называется. За всеми этими манипуляциями совершенно теряется суть. Жёстко диктуя зрителю реакцию, Нолан не особенно заботится о содержательности сценария, как всегда, пряча его пустоту за всевозможными «фокусами», которые как бы придают его картинам интеллектуальность. В данном случае это квантовая физика с сингулярностью, горизонтом событий и тому подобным.

Возможно, если бы фильм заканчивался раньше минут на двадцать и не пытался ответить на все вопросы, то было бы чуть гармоничнее, хотя в целом это вряд ли бы спасло картину. К минусам можно добавить и многочисленные несуразности с научной точки зрения. Наверное, глупо придираться к этому в фантастическом жанре, но на такое проще закрывать глаза, когда все остальные элементы киноискусства решены на высшем уровне, как это было с «Гравитацией», например. К слову, непроизвольной шуткой в фильме звучат фразы о необходимости превзойти гравитацию. С этим «Интерстеллар» явно не справляется, уступая по всем художественным качествам прошлогоднему фильму Куарона.

Стоит всё же сказать, что как чисто развлекательный аттракцион «Интерстеллар» более или менее состоялся, предлагая довольно живописную картинку и сюжет, которому так или иначе удаётся не наскучить за три часа. Вообще, если об «Интерстелларе» совершенно никак не размышлять во время и после просмотра, то он может и понравиться. В противном случае очевидно, что, несмотря на обильные цитаты из классических фантастических лент («Космической Одиссеи-2001» в первую очередь), Нолан оказался бесконечно далёк от понимания того, что величие этих картин кроется далеко не в красивых видах космоса или реалистичных моделях черных дыр и что за счёт прокалькулированного эмоционального воздействия на зрителя невозможно повторить тот эффект который оказывают на смотрящего подлинные шедевры кинематографа.