Ольга Ратникова: Это было захватывающе

Рубрики: [Интервью]  [Театр]  

(интервью в двух частях)

Я, собственно, совсем не по этой части… Я, можно даже сказать, совсем по другой части… улицы хожу. Это каламбур такой (для тех, кто не въехал). В общем, дело было так…

Заходит ко мне этот «писатель» местный с третьего этажа и говорит: «Я сегодня с артисткой одной типа в театре встречаюсь, типа интервью у неё беру…». Я так про себя подумал: «Какая ещё артистка?! Какое ещё интервью?! Чувак, ты себя в зеркало-то видел?..».

А он, значит, – пока все эти мысли у меня в голове туда-сюда перекатывались, – уже в детали пошёл вдаваться. «Вы понимаете, – говорит, – тут такое обстоятельство! У меня температура – тридцать семь и два! Я не могу в таком состоянии интервью брать! Тем более, у женщины… Не могли бы вы сходить в театр вместо меня? Вы человек поживший, опытный, думаю, вам есть, о чём с артисткой по душам поговорить!».

Ну, я сперва-то офигел от такого рацпредложения, а потом так про себя подумал: «А ведь настоящему-то мужику, Федя, в жизни и, правда, надо всё испытать! Через все в жизни настоящему-то мужику надо пройти! В тюрьме, Федя, ты уже был, а вот в театре – не был! А пробелы, Федя, надо восполнять!».

Ну, и пошел я, значит, в этот самый театр. А чего – не пойти: один раз живём…

Часть первая (явно неадекватная)

Оль, сразу хочу тебя предупредить: «врез» к нашему интервью будет носить ярко выраженный агрессивно-юмористический характер. Так что, когда увидишь всё это в газетке, – особо не удивляйся.

– Прошу прощения, а что такое – «врез»?

– Это вступление такое, предуведомление для публики… Увертюра, по-вашему.

– Увертюра, это я понимаю, наконец-то, по-человечески заговорил… Ну, и что там такое будет – агрессивно-юмористическое?

– В общем, там мужик один – вымышленный, конечно, – будет размышлять: идти ему в театр или не идти… Гамлетовский, по сути, вопрос решается. Он, понимаешь, в тюрьме уже был, а в театре ещё не был…

– Не поняла… Я-то какое отношение ко всему этому имею?

– Ты будешь одинокой и прекрасной звездой, которая своим светом, так сказать, освещает его сомнения…

– Саш, а нельзя просто написать обо мне несколько слов, перечислить спектакли, где я играю, фотку мою ко всему этому прилепить… и этим ограничиться?

– Категорически невозможно!

– Нет, это просто бред какой-то! Вымышленный мужик… тюрьма… За что мне это всё?!

– Оль, у вас в оперетке один вымышленный мужик стреляет в рябчика, а попадает лесничему в …! И ничего: все это двести лет с интересом смотрят, а ты – так вообще там поёшь!

– Ты про «Летучую мышь», что ли? Кстати, 12-го ноября у меня – Адель, приходи!.. А всю эту фигню «про мужика» – ты, конечно же, убираешь – это не обсуждается, – и переходим к нормальному интервью.

Часть вторая (вполне нормальная)

– Оль, слышал, тебя можно поздравить с премьерой…

– Слышал – так поздравляй!

– В общем, я это практически и сделал.

– А – цветы?..

– Оль, уже перебарщиваешь! Просто скажи несколько слов о новом спектакле, о режиссёре, о партнерах…

– Так, как же насчёт цветов мы решим?..

– Оль, я тебя прошу! Просто скажи: как называется спектакль? И кого ты там играешь?

– Спектакль называется «Джейн Эйр» (по мотивам романа Шарлотты Бронте), а сыграла я там одну такую сумасшедшую дамочку… впрочем, очень даже себе на уме! И это было поистине…

– … захватывающе. Я уже понял.


Александр Коган


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

«Город Героев»: История целительной дружбы
Александр и крокодил
Абу-Даби – киностолица Ближнего Востока
ФБ-взгляд
Вингард займется ремейком
Трансформеры: истребление детей
Адвокат – тоже человек
Миссия придурковата
Марина Зудина, актриса без идеалов
Белый «Порше», чёрный гроб


««« »»»