Испытание для поэта

Рубрики: [Интервью]  [ТВ]  

Лебедев Евгений Юрьевич«Бабушка Пушкина» – это видео-конкурс молодых поэтов (17 – 25 лет). Каждая серия – это поэтическое испытание: авторам даётся необычная тема, которую они развивают в стихотворение, а потом – благодаря съёмочной группе и режиссерам – в «видеопоэзию». В результате получаются интересные, красивые, динамичные выпуски, объединённые общей тематикой. C февраля «Бабушку Пушкина» можно смотреть в эфире телеканала «Москва 24». Предлагаем читателям интервью с Евгением ЛЕБЕДЕВЫМ, продюсером проекта.

– Что такое «Бабушка Пушкина» как бизнес-проект?

– Думаю, что это попытка освоить новое пространство, так сказать поэтическое «непаханое поле», дать возможность молодым авторам сделать себе имя и, конечно, начать зарабатывать гонорары. В этом сегменте шоу-бизнеса, на наш вгляд, недостаточно активности. Здесь предложение всё ещё не дотягивает до спроса.

– В чем заключается элемент шоу-бизнеса в поэтическом проекте?

– Поэзия – это точно такая же часть шоу-бизнеса, как и музыка. Здесь есть такие же публичные мероприятия, концерты, видео-клипы, чтения. Мы хотим максимально приблизить поэзию к шоу – в хорошем смысле этого слова. Поэтому мы специально придаем элементы шоу проекту «Бабушка Пушкина», чтобы он был более зрелищным, более интересным.

– Как родилась идея «Бабушки»?

– Эта идея родилась из моего личного увлечения поэзией. В какой-то момент я понял, что в Москве нет поэтического мероприятия, на которое мне хотелось бы пойти. У меня был спрос и не было предложения.

– А почему вы назвали проект «Бабушка Пушкина»?

– Многие задают этот вопрос. Мы сидели и придумывали название проекту большой креативной группой. Был вариант даже «цех поэтов», но мне очень хотелось, чтобы название отражало нашу приближённость к поэзии с одной стороны, а с другой стороны – было простым, понятным и тёплым. Так и пришло на ум слово «бабушка» – одно из самых мягких и добрых слов по ассоциациям.

– Почему вы выбрали поэтическую сферу? Откуда вы знали, что это будет популярно?

– Я искренне надеялся на то, что наша страна не только самая читающая, но и самая пишущая. Вспомнил, как во времена наших родителей поэзия собирала стадионы. Многое может меняться: времена, люди… но тяга к прекрасному, к слову – она неизменна.

– Может ли предприниматель делать ставку на непопулярное направление? Велик ли риск?

– В любом стартапе риск всегда велик. Но сейчас вкладываться в группу «Поющие трусы» намного рискованнее, чем заниматься поэзией. Изменился рынок, изменились способы подачи информации, изменились технологии. Раньше было достаточно поставить молодую группу в ротацию 2-3 раза на нескольких популярных радиостанциях и успех был обеспечен. Сегодня рынок не столь прост.

– Какие перед вами стояли задачи в начале пути? К чему вы шли и к чему пришли?

– Задача была одна – сделать интересное шоу. Та же задача и осталась: сделать интересное шоу. Я против каких-то глобальных вещей, «пропаганды» поэзии… просто нужно делать то, что нравится. И многое в проекте было сделано только на одной вере в то, что мы делаем правильные вещи.

– Почему вам интересно заниматься этим проектом?

– Например, если бы я открыл рыбный магазин и мой бизнес вдруг не пошёл, то всё, что у меня осталось бы – это гора тухлой рыбы. В нашем случае, даже если наш бизнес-проект не удастся, у нас останется огромное количество видео-материалов, выступлений, стихов. Людей, которые прожили год-полтора в правильной для них среде, которые сделали за это время правильные вещи. Приятно понимать, что мы работаем не в унитаз.

– Какие возникали трудности во время становления проекта?

– Первая и самая большая трудность – это набор команды. У нас были достаточно жёсткие условия стартапа: много работы и недостаточное финансирование. В стартап вкладываться особо никто не хочет, да и проект у нас особенный. А ещё мы ради финансового успеха не готовы были идти на поводу у инвесторов. Старались обходить эти моменты и пока нам это удавалось.

– Как вы отбирали поэтов? Команду? Как выглядит команда сейчас?

– Хорошо, но устало (смеется). А если серьёзно, то у нас есть юридический департамент (мы достаточно внимательно относимся к авторскому праву, стараемся сами его соблюдать и защищаем права наших поэтов), съёмочная группа, креативно-творческая группа, группа постпродакшена и редакторы, которые занимаются интернетом. И, собственно, поэты. В целом это 15 человек, которые работают на постоянной основе, и 20 человек, которые сотрудничают с нами эпизодически.

– Как происходило отсеивание участников шоу? Творческие люди не очень любят критику.

– Отбор у нас происходил достаточно банальным способом: к нам приходило какое-то количество заявок, из них большая редакторская группа отбирала наиболее интересные. Эта группа читает всё, что приходит. А приходит, поверьте, разное. Потом мы просили прислать видео, чтобы посмотреть, как человек читает. Мы искали яркие типажи… Отсматривали ролики, приглашали на личное собеседование, давали небольшое задание, которое они должны были выполнить при нас. Это нужно, чтобы понять, насколько человек быстро соображает, насколько он гибок. Мы понимали, что всё равно этот проект стоит в жестких рамках телевизионного шоу, а это и тяжёлый график съемок, и публичные выступления, и доля критики.

– Может ли ваш проект изменить отношение к поэзии и литературе у массового зрителя? У вас ведь в проекте и с вышки никто не прыгает, и на коньках не катается.

– Меня всегда пугало определение «массовый зритель». Кто это такой? Какой это должен быть процент от всех зрителей? В любом случае, мне кажется, что у тех, кто посмотрит проект, как-то изменится отношение к поэзии.

– Насколько молодые поэты могут быть интереснее своих предшественников (Полозкова, Быков, Воденников)?

– Я думаю, что любое молодое поколение, хоть и «вбирает» в себя технологии предыдущего, по-своему особенно и интересно. Каждое время рождает своих гениев и героев.

– Есть ли у вас конкуренты?

– Сложный вопрос, потому что литературно-поэтическое поле – огромно. А компаний, работающих в этой сфере, очень и очень мало. Какие-то одиночки, я бы даже не стал называть их конкурентами. Это говорит либо о том, что мы такие глупые и взялись за совершенно безнадёжное дело, либо о том, что мы такие умные…

– Какие перспективы стоят перед вами сейчас, после премьеры на Москве 24?

– Нам, кстати, очень нравится этот канал! Нравится, что там собралась молодая, амбициозная, не боящаяся делать что-то по-новому и рисковать команда. Вместе мы надеемся запустить большой всероссийский поэтический фестиваль. Он мог бы дать путёвку в жизнь молодым авторам, помочь им найти свою аудиторию. У поэта есть мало возможностей заявить о себе, кроме как с экрана телевизора.

Мария СОЛДАТОВА.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

«Времени машины»: на финише?
Строитель «Калинова моста» Ревякин
Преображение Димитрия Христова
Хроника необъявленной смерти
«Американские альбомы»
Коротко


««« »»»