Джульбарс для худрука Соломина

Рубрики: [Интервью]  [Кино]  [Театр]  

С Юрием СОЛОМИНЫМ мы встретились по радостному поводу: это был канун премьеры. Впрочем, легендарный артист не совсем охотно начал разговор.

Юрий Соломин

Евгений Додолев и Юрий Соломин

I. Пикколо VS Малый

– Ну, мы вообще-то суеверные артисты.

– Я знаю, тем не менее, расскажите о премьере.

– Премьера по пьесе Эдуардо де Филлиппо «Филумена Мартурано». Пьеса очень известная. Да и сам он автор знаменитый и актер блестящий был. И я помню, когда его театр и он сам гастролировали в 60-е годы у нас в Малом театре. Я был тогда молодой артист и бегал смотреть его. И у нас такие хорошие связи, вернее, у нашего Союза театров Европы. Вот мы теперь члены Союза театров Европы. Нас три года назад пригласили. Мы – члены этого союза. Теперь Малый театр как старейший театр России там представлен. И даже провели уже в прошлом году международный фестиваль театров Европы.

Союз театров Европы

Ассоциация репертуарных драматических театров из 11 стран Европы, образованная в 1990 году по инициативе французского министра культуры Жака Ланга и Джорджо Стрелера из миланского Пикколо-театра. Финансируется министерством культуры Франции и Еврокомиссией. Штаб-квартира – в Нантере. Среди «театров Европы» – миланский Пикколо-театр, барселонский театр Лиуре, театр «Габима» из Тель-Авива, петербургский МДТ, Малый театр в Москве, Национальный театр в Праге, Национальный театр Греции, португальский театр Сан-Жуан, Венгерский театр Клуж-Напока, Югославский драматический театр. Ежегодно один из театров группы проводит фестиваль, на котором другие театры представляют свои спектакли. Среди почётных членов союза – такие выдающиеся театральные деятели, как Анджей Вайда, Роберт Стуруа, Патрис Шеро, Анатолий Васильев, Кристиан Лупа.

– А где он проходил?

– У нас в театре. У нас же площадки. Нам помогает Министерство. Тут мы должны сказать добрые слова в его адрес.

– Но наконец-то хоть добрые слова скажет кто-то про Минкульт.

– Все-таки пять ведущих театров Европы мы приняли. Израильский театр. Греция, Румыния, английский театр. И вот мы. Вы знаете, в этом есть что-то очень симпатичное. И для них, и для нас. Мы узнаем друг друга. Мы узнаем возможности того или другого коллектива. В общем, наверное, и школу. Надо сказать: на Западе школу нашу русскую, систему Станиславского, будем так говорить, ее не забывают так, как у нас сейчас.

– А у нас забывают?

– Но у нас что-то стали не очень о ней вспоминать. А появляются какие-то новые системы. Я бы в кавычки их взял. Во всяком случае, на Западе с удовольствием принимают и наших режиссеров, и актеров. И вот сейчас уже третий год мы работаем с театром Пикколо де Милана. Сделали совместную постановку. Стефано де Лука работает в этом театре. Во всяком случае, им уже был поставлен спектакль по пьесе Гольдони «Влюбленная». И сейчас, вернее, еще в прошлом году мы долго говорили и выбрали Эдуардо де Филиппо.

«Часкор» писал про постановку: «Половину успеха спектакля обеспечивает тот факт, что «Влюблённые» вводят неизвестную в России пьесу Карло Гольдони в контекст отечественного театра. Эффект можно было бы усилить фантазией: представьте себе, если бы Малый театр в XXI веке открыл для России новую, доселе неизвестную, взятую из тайников 49-ю пьесу Александра Островского. Стефано де Лука показывает совершенно другой Малый, заставляя артистов с очень грузной русской школой, обременённой психологией и мессианством, хотя бы попытаться взлететь над сценой и порхать бабочкой в южном воздухе, с южным темпераментом, с чувством небывалой лёгкости. Главное, чего не удаётся артистам легко и сразу, – это беглая речь. Гольдони (а пьеса «Влюблённые» переведена специально для Малого театра) очень многословен, а в традициях русского театра каждый звук необходимо произносить осмысленно и основательно, и порою щебетание двух влюблённых здесь выглядит не как музыкальная речь, колокольчиковый перезвон, а как чеховские диалоги, где каждое слово в колодец падает».

– Он приезжал к нам сюда, репетировал. В то же время до этого у нас работал французский режиссер Жорж Лавадан, довольно-таки известный. Он у нас поставил «Сирано де Бержерак». Хотя дважды мы, еще до принятия в Союз, бывали в Италии, дважды играли. И оставили о себе очень хорошее впечатление. Правда, ничего о нас, наших гастролях не было в отечественной прессе.

– А не работаете вы с прессой.

– Был фестиваль Островского. Мы проводим его раз в два года. Ну, кто такой Островский не будем говорить. Он известен и по всей стране и за рубежом. И вообще уже много лет, сколько я знаю театр, он является как бы первым или вторым драматургом по количеству сыгранных спектаклей. Это по всем театрам. И сейчас и молодежные театры, и новые театры, и старые театры в разной интерпретации, но ставят Островского. И это хорошо. Это верно, потому что все темы, которые он там поднимает, они сегодняшние. Тема коррупции. Чиновничества. Так он и пишет «чиновник там такой-то, такой-то». Поэтому провели и этот фестиваль. И вот наконец одна газета напечатала и поругала всю остальную прессу о том, что молчат.

II. Лева VS Лелик

– Я не буду исполнять то, что Александр Ширвиндт называет «маленькими телевизионными хитростями»: делать вид, что вы не знакомы с Левой, потому что я вас познакомил перед эфиром. Просто у нас, я вам пока не рассказал, есть такая традиция в передаче – мы пристраиваем зрителям бездомных котов. Вот это Лева, как вы знаете уже. Ему год.

– Вы знаете, у меня просто один в один такой же кот. И я всем, кто любит животных, советую его приобрести. Спокойный. За то время, которое мы сейчас знакомы с ним, он ведет себя идеально. Замечательно, да. Я бы с удовольствием взял, но у меня четыре.

– А как зовут близнеца Левиного?

– Лелик.

– Лелик? Да? Так и имя еще похожее.

– Вы знаете, ну, просто копия.

– А остальные?

– А остальные: Дуся, Маша, Сильва.

– То есть три девочки?

– Да. К сожалению одной не стало четыре дня назад. Инфаркт сердца.

– Надо же, у них тоже бывает инфаркт. У них тоже есть сердце. А откуда они у вас взялись? Вам их дарили или вы покупали?

– Нет, все подобранные. Точно так же, как и собаки.

– Ага, так. Про собак расскажите. Вы же известный на самом деле собачник.

–        Сейчас остались только моей породы.

–        ???

–        Дворняжки.

– Сколько у вас их?

– У меня сейчас опять-таки, к сожалению, три. Месяц назад умерла старая собака. У меня был пес, которого мне подарили когда-то на день рождения.

– Кто подарил?

– Подарили знакомые. Театральные наши. Это был очень породистый пес по клички Маклай. И он даже в кино снимался. «Московская сага». Он там играл роль, его звали Пифагор.

– А у вас в детстве были домашние животные?

– Всегда. Кошки были. А первую собаку мне подарила мама. Очевидно, я так помню, это было очень давно, тоже на день рождения. Мы жили тогда в Чите. Это было летом, в июне. Потому что мы уже в школе не учились. Я играл в футбол, помню, в переулочке где-то. Она шла с работы. И в руках газета была сложена. И там еще какие-то бумаги. И она мне говорит: «Иди, иди сюда». Я играю в футбол, говорю: нет, нет. «Иди, я говорю». А тогда был очень популярен фильм «Джульбарс». Но вы не помните, наверное, этот фильм.

– Нет.

– Я уже понял по лицу. Это фильм о борьбе с басмачами. И вот там был пес, которого звали Джульбарс, который спас человека, который охранял границу. И я мечтал о таком Джульбарсе. И вот, когда я подошел к маме, подбежал, она мне показывает щенка. Я говорю: ай, Джульбарс. Серенький с черненькими ушками такой. Джульбарс стал расти. Оказался он вовсе не Джульбарсом, а Джульбой. И не овчаркой, а просто дворняжкой. Но раскрас был именно такой, как в кино.

«Джульбарс»

Фильм 1935 года режиссёра Владимира Шнейдерова по сценарию Габриэля Эль-Регистана. Фильм рассказывает о противостоянии пограничников и отважной овчарки Джульбарс банде, возглавляемой бывшим баем. Отряд басмачей нападает на мирный караван, бредущий в горные кишлаки, и старик-проводник Шо-Мурад (Николай Черкасов-Сергеев) с внучкой Пэри (Наталья Гицерот) оказываются в плену у бандитов. Пограничникам и верному Джульбарсу предстоит отбить пленников и обезвредить врагов. По воспоминаниям актёра Андрея Файта, сыгравшего бывшего басмача, скрывавшегося под видом пастуха, «в картине не было ни исключительных актерских удач, ни особых режиссёрских находок. Тем не менее она завоевала удивительную популярность, в особенности среди юных зрителей».

 

III. Помидоры VS цветы

– Когда вы в последний раз были в родной Чите?

– Давно. Боюсь даже говорить, мне стыдно.

– А почему, не тянет?

– Нет, тянет очень. Особенно последние годы тянет. Не знаю, может быть, в этом году. Я не загадываю никогда.

– А когда вы в последний раз были в кино?

– Не могу сказать. Это было очень давно.

– Вам не нравится то, что сейчас идет в кино?

– Что сейчас идет в кино, я не смотрю, у меня нет времени. Это же надо пойти туда, отсидеть там. Потом давайте говорить честно. Если ты придешь в кинотеатр, то ты больше будешь раздавать автографы. В жизни это очень трудно. Даже на рынок трудно пойти, потому что деньги с тебя уже не берут. Понимаете? Помню, мне нужны были помидоры длинненькие такие срочно там для чего-то. Очки, шляпу. Все надел. Выбирал. Выбрал. Быстро подошел, взял, и ушел. Иду к машине. Слышу, топот какой-то. Я оглянулся, две женщины украинских бегут за мной с корзинкой. И говорят, ой, ой, подождите. Я говорю, что такое? Почему же вы к нам не подошли? Я говорю, да я вот взял, мне хватит. А вот мы вам. И дают мне корзинку точно таких же отборных помидор. Я говорю: не могу так взять. «Но у нас цветов нет. А это вроде как цветы». И пришлось принять подарок. Поэтому после этого уже меня на рынок не пускают, в магазины не пускают.

– А вы отсматриваете хоть как-то, может быть, в домашних условиях, что ваши коллеги по кинематографу делают? Или вы целиком в театре?

– Бывает, в Доме кино смотрю. Иногда приглашают коллеги на просмотр фильма, когда показывают журналистам. Такие варианты бывают, но очень редко. Последние, наверное, лет пять сам мало снимаюсь. Нет времени. Потому что моя работа в театре занимает 24 часа или 26, скорее всего.

– Телевизор смотреть у вас время все-таки есть?

– Телевизор я смотрю каждый день.

– Да? Скажите, как вы относитесь к тому, что актеры вашего масштаба снимаются в рекламе?

– Мне стыдновато. Потому что на еду деньги они зарабатывают хорошо. А рекламу уж отдали бы актерам послабее, которым нужно содержать семью. Это мое мнение. Хотя скажут, а как же на Западе? Почему мы все должны ориентироваться на Запад? Когда показывают артистку, которая примеряет какие-то колготки или еще там что-то такое, а потом играет в театре главную положительную роль… Согласитесь, это не очень здорово. Может быть, у меня старая школа, но во всяком случае, по-моему, это воздействует на зрителя отрицательно.

– Мнения на этот счет вообще-то разные есть.

– А я не настаиваю, что я прав. Так скажу вам. Приглашение сниматься в рекламе я получил еще лет 20 назад, в первых рядах, так сказать. Но и я, и моя семья – мы все отказались сразу. Единственный раз я снимался в рекламе, потому что надо было. Это была реклама Куросавы, когда ему нужны были деньги. И он приехал и снимал рекламу. И композитор Шварц еще был. Реклама одного напитка. Будем так говорить.

– Вы можете сказать.

– «Сантори виски». И потом, когда к нам подошли и сказали, что хотят заплатить нам, мы даже возмутились. Потому что мы знали, что это для Куросавы очень важно. И лично я обязан ему очень многим. Так же и Шварц. И поэтому мы отказались от денег.

– А чем обязаны?

«Дерсу Узала»

Советско-японский художественный фильм Акиры Куросавы, созданный в 1975 году по мотивам произведений В.К.Арсеньева. Первый фильм режиссёра не на японском языке и в то же время единственный, снятый им на широкоформатной киноплёнке 70-мм. Сюжет фильма основан на одноимённом романе учёного и писателя, известного путешественника и исследователя Дальнего Востока Владимира Арсеньева – о его путешествиях по Уссурийскому краю и дружбе с таёжным охотником Дерсу Узала, чьи необыкновенные личные качества восхищали Арсеньева, роль которого сыграл Соломин.

Их путешествие по Уссурийской тайге, полное опасных приключений, составляет сюжетную основу фильма, однако смысл повествования выходит далеко за рамки сюжета. Время действия – 1902 – 1907 годы.

1975 – Золотой приз и премия ФИПРЕССИ на IX Московском кинофестивале

1976 – премия «Оскар» за лучший иностранный фильм, показанный в США

1976 – Премия «Юсси» и диплом Ассоциации финских критиков советскому акционерному обществу «Космос-фильми» в Финляндии за выпуск фильма на экраны страны

1977 – Два приза «Давид ди Донателло»: за лучшую режиссуру иностранного фильма (Акира Куросава) и «Специальный Давид» за качество производства («Мосфильм»)

1977 – премия «Серебряная лента» Итальянского национального синдиката киножурналистов за лучшую режиссуру иностранного фильма (Акира Куросава)

1977 – Специальный приз Национальной ассоциации писателей и сценаристов Испании за лучший иностранный фильм, показанный в стране

1977 – Премия Союза испанских кинокритиков за лучший иностранный фильм (совместно с х/ф «Барри Линдон»)

 

– Я о себе скажу. Тем, что Куросава в меня поверил. И ведь фильм «Дерсу Узала» получил мировое признание. «Оскара» получил. Куросава – это качество. Качество товара. Помните раньше было у нас? Знак качества? И, конечно, он меня вывел на международный экран. Были приглашения после в той же Японии. Как режиссер он меня прорекламировал так, что я впервые как режиссер поставил спектакль в Болгарии. С подачи Куросавы. Это было, по-моему, где-то в 1979 году. Еще у меня есть вещественное доказательство – его картина, которую он мне подарил ко дню рождения. Он сам нарисовал. Он ведь закончил Академию художеств. И был хорошим художником. Я ему очень благодарен. Это самая дорогая вещь, какая у меня есть.

– Скажите, а вы сами когда-нибудь думали о чем-нибудь творческом, не связанным непосредственно с вашим ремеслом? Тоже, допустим, что-то рисовать для души?

– Нет. Я настроен лишь на профессию актера.

– То есть у вас никогда не было никаких увлечений, никакого хобби?

– Почему, хобби у меня было. Когда я был ребенком, я играл в футбол. У меня есть значки ГТО и ВГТО. По-моему третий разряд по волейболу. Я, как все нормальные ребятишки, бегал в Дом пионеров в Чите, когда там учился. Во всех кружках занимался. Во всех.

– Прямо во всех?

– В танцевальном, в рисовальном. В кукольном. И вот тогда я насмотрелся столько фильмов со своими ребятами. Мы убегали из школы. На первый, второй сеансы. Прогуливали. В зале, может быть, были мы впятером только. И реплики кидали вперед артистов, зная все наизусть. По 15 – 20 раз один и тот же фильм. В 1949 году был юбилей Малого театра, я увидел фильм «Малый театр и его мастера». Я увидел многих актеров, которых знал по кино. И весь этот юбилей произвел на меня такое впечатление, что, когда я закончил через четыре года школу, то я все документы отправил в Москву по адресу, который я запомнил в 49-м году. Москва, Неглинная, 6. Театральное училище имени Щепкина.

– А с 1961 года вы там преподаете! И в 1988 вы стали худруком Малого! Но на самом деле я считаю, что у вас есть сейчас хобби. И вы его озвучили в самом начале эфира. Вы коллекционируете вот таких совершенно прекрасных бездомных животных.

– Но это не хобби. Это любовь.

P.S. Когда Соломин пришел домой, ему домашние сказали: «Надо было взять кота». Но «звезде эфира» повезло – желающие обзавестись котэ нашлись сразу.


Евгений Ю. Додолев

Владелец & издатель

Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Будьте бдительны: зло не дремлет!
Синема
Дорожно-транспортный расстрел: за что убили шахматного вундеркинда
ФБ-взгляд
Есть такой профессионал!
Юмор не для либералов


««« »»»