Аффект и эффект

В текущих молитвах новому божеству по прозвищу «Инновации» есть одно фундаментальное противоречие, которое наиболее ярко проявляется в сфере образования и гуманитарных наук, в рамках которых существуют исключительно субъективные критерии оценки качества работы по степени ее соответствия текущим заблуждениям господствующей в данный момент прослойки того или иного академического сообщества. Именно внутри этих сообществ концентрируются силы сопротивления любому обновлению, по природе своей ставящему под сомнение их гегемонию. Отсюда и повсеместное противодействие любым реальным инновациям под аккомпанемент противоположных по смыслу песнопений.

Перемены навязываются педагогике извне и действительно противоречат ее фундаментальной сути – передаче мудрости вчерашнего (а порой и позавчерашнего) дня новым поколениям. Особенно ярко это проявляется в динамично развивающихся сферах творчества – как научного, так и художественного. Ведь известно, что распространение новых информационных технологий способствует резкому ускорению распространения знаний и умений по неформальным каналам новейших средств коммуникации, в особенности Интернета. Если полвека назад считалось, что полное обновление массива необходимой для жизни информации происходит каждые пять-семь лет, то сегодня счет, по-видимому, идет на месяцы и недели, в то время как оторванный от реальной жизни основной состав преподавателей (в первую очередь вузовских) не только продолжает жить идеалами своей юности, что по-своему трогательно, но и вынужден защищать их от новаций огнем и мечом для сохранения своих позиций. Именно поэтому чуть ли не единственно возможным механизмом навязывания нового педагогическому сообществу оказывается… заимствование уже устаревшего (поскольку практически господствующего) зарубежного опыта – ведь «за кордоном» происходят (пусть в иных формах) аналогичные процессы, хотя называются они не мичуринскими, а болонскими. Фундаментальный консерватизм культуры и образования не отменишь ни законами, ни рыночными механизмами.

Недавно я получил блестящее тому подтверждение на обсуждении фундаментального научного труда «молодого да раннего» дарования, единодушно отправленного «под нож» целой кафедрой уважаемого вуза, который я по понятным причинам не называю, поскольку не в этом суть – речь не о частностях, а глубинных социокультурных закономерностях.

Особенно показательной была опора академической критики на «бесспорные» авторитеты. Художники, чье творчество рассматривалось в книге молодого ученого, казались рецензентам второстепенными и не заслуживающими столь подробного анализа. Пусть так, но ссылались-то при этом на Франсуа Трюффо, который последними словами поносил апологетов «папенькиного кино» (своего времени), и на его книгу о Хичкоке, кого именно французская «новая волна» превратила наперекор текущим заблуждениям и западных, и наших профессоров 50-х годов – из малоуважаемого детективщика в нового кумира. И уж совсем парадоксальным было неприятие новаторских теоретических положений со ссылкой на Юрия Лотмана – его сотоварищи в эпоху моей юности клеймили (вместе со всей семиотикой, кибернетикой и социологией) маститые академики и научные карьеристы всех мастей.

Разгоревшиеся (с обеих сторон) страсти меня поначалу изумили, поскольку я по наивности полагал, что задача учителя (как античного, так и современного) – не задушить в колыбели, а помочь раскрыться таланту ученика. Но культурные стереотипы оказываются сильнее, и без аффектов (порой безобразных) инновациям в сфере науки и образования, по-видимому, не только не утвердиться, но и не выжить. Аллилуйя!

Кирилл РАЗЛОГОВ.

Полная версия статьи опубликована в журнале “Компания” (www.ko.ru) №45 (538) за 2008 г. (главный редактор Евгений Ю.Додолев).


Кирилл Разлогов


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Ищет нового подопечного
Говорящая с волками
Скляр и его песни моряков
Еще много сил и энергии
Питер Пэн поет голосом Димы Билана
Самый богатый мертвец
Последняя Дискотека 80-х
Вдохновение и расчет
Новые имена
Самая красивая Дездемона
Кафка в прочтении «Шёпота»


««« »»»