Всегда вдвое лучше других

Когда в январе 2001 года Кондолиза РАЙС была назначена советником по национальной безопасности США, ее лицо опять стало мелькать в прессе, и журналисты вновь заинтересовались историей ее жизни. Она ведь уже познала славу в СМИ в 1989 – 1990 годах. Тогда она работала в Совете национальной безопасности в качестве советника по связям с СССР и странами Восточной Европы и комментировала на разных телеканалах встречи между Бушем-старшим и Михаилом Горбачевым.

Но десять лет спустя пресса напрочь забыла о ее прошлом советолога, сохранив в памяти лишь одно: она была первой женщиной – представительницей черного населения, – которая занимала такое высокое положение в Совете безопасности. И пиарщики Белого дома сочинили специально под нее биографию, благодаря которой она стала воплощением «американской мечты». Якобы родилась она в скромной семье в Бирмингеме (штат Алабама), который славился особой ожесточенностью расовых столкновений, и, постепенно поднимаясь по социальной лестнице, дошла до самого верха. Что особо подчеркивается – Райс никогда не пыталась воспользоваться политикой квот (против которой всегда выступала Республиканская партия) и социального успеха добилась только благодаря своему труду.

История была такая замечательная, ее столько раз пересказывали в различных статьях, что никому и в голову не приходило что бы то ни было проверять. На самом же деле она была единственным ребенком в семье пресвитерианского священника и преподавательницы музыки. Именно мать выбрала для нее имя Кондолиза: музыкальный термин con dolezza (буквальный перевод с итальянского – с нежностью) указывает на то, что произведение и пассаж следует исполнять «нежно». Именно благодаря матери она полюбила фортепиано и даже некоторое время хотела стать профессиональной пианисткой.

Особенно интересно в ее биографии, что еще ребенком она приняла непосредственное участие в эпизоде, ставшем частью истории страны. В апреле 1963 года Мартин Лютер Кинг возглавил демонстрацию против расовой сегрегации в Бирмингеме, где преследования чернокожих особенно участились по инициативе полицейских, близких к Ку-клукс-клану или просто состоящих в нем. Преподобный Райс не принимает участия в демонстрации, он наблюдает за происходящим с дочкой на плечах. Вспоминая об этом эпизоде, она скажет: «Я смотрела, как у меня на глазах творится история». Кинг оказался за решеткой. Из застенков он обращается с открытым письмом к другим религиозным лидерам страны: одним законным путем с сегрегацией не покончить – нужны массовые выступления. Президент Джон Фицджералд Кеннеди добивается освобождения пастора Кинга. Верховный суд признает, что сегрегационное право в Бирмингеме противоречит конституции. Кеннеди проводит закон о запрещении расовой сегрегации в общественных местах. В августе Кинг организует поход на Вашингтон и произносит свою знаменитую речь «I have a dream» («У меня есть мечта»).

Но Ку-клукс-клан не сдается: 15 сентября 1963 года в том же Бирмингеме прогремел взрыв – в баптистской церкви для чернокожих разорвалась бомба. Погибли четыре девочки-негритянки, одна из которых (Дениз МакНейр) была одноклассницей Конди. Так в 11 лет она столкнулась со всей жестокостью американского расизма. Это преступление вызвало волну национального протеста. Пастор Кинг совершил погребальный обряд на похоронах девочек. «Движение за гражданские права» вновь организовало массовые выступления. Однако пастор Райс, отец Конди, не поддерживает их. Он считает, что не в массовых выступлениях дело. Черные должны завоевать себе место под солнцем, будучи «вдвое лучше белых». Именно это и сформировало психологию Конди, девочки-отличницы, которая всегда старалась полностью удовлетворять всем «белым» критериям, чтобы не стать жертвой расового насилия. Белые не только не смогут уничтожить ее, но в один прекрасный день власть над ними окажется в ее руках.

«Приемная дочь» отца Мадлен Олбрайт

В юности Конди продолжила музыкальное образование в Денверском университете. Увы! Она почти сразу поняла, что успевать она, конечно, будет, но настоящего исполнительского дара у нее нет. «Я очень быстро осознала, что карьера в Карнеги-холл мне не светит и что в лучшем случае я буду пианисткой в каком-нибудь баре или в качестве учительницы музыки мне предстоит долбать Бетховена вместе с тринадцатилетними сорванцами», – скажет она в интервью на канале CNN. А поскольку надо быть «вдвое лучше остальных», Кондолиза решает сменить область деятельности.

В университете она занимается политологией и международными отношениями, становится лучшей (не просто лучшей, разумеется, а «вдвое лучшей») ученицей Йозефа Корбеля, бывшего одним из ведущих специалистов в этой области. Корбель, еврей и социал-демократ, покинул Чехословакию с приходом нацистов в 1939 году. Найдя убежище в Лондоне, он принял католичество и стал советником Эдуарда Бенеша, чешского президента в изгнании. В конце Второй мировой войны он возвращается в Прагу и в качестве благодарности за оказанные услуги получает квартиру австрийского промышленника Карла Небриха, конфискованную по условиям Потсдамского соглашения. Заодно Корбель присваивает принадлежавшие Небриху дорогую мебель и произведения искусства. Бенеш назначает Корбеля послом Чехословакии в Югославии. Но в начале 1948 года министры социал-демократы уходят в отставку, и вся полнота власти переходит к коммунистам. Это был так называемый «пражский переворот» для одних и «победоносный февраль» для других. Заядлый антикоммунист Йозеф Корбель бежит в Штаты, прихватив «свои» произведения искусства.

Корбель преподавал теорию «политического реализма» Ганса Моргентау, другого еврейского интеллектуала, эмигрировавшего в США. Вразрез с господствующей точкой зрения тот утверждал, что государства строят свою политику не на основе общечеловеческих идеалов, а борются исключительно за собственные интересы. Исходя из этого Корбель противостоит ярому антикоммунизму идеологов «холодной войны» и высказывается за ослабление напряженности в отношениях с Москвой, но в то же время поддерживает войну во Вьетнаме и политику изоляции по отношению к СССР.

Кондолиза Райс становится лучшим пропагандистом «школы политического реализма» Моргентау и Корбеля.

Она учит русский язык, начинает заниматься чешским. Ее диссертация посвящена отношениям чехословацкой армии с коммунистами и Советским Союзом. Ее учитель гордится ею, она вхожа в его семью и становится чем-то вроде его приемной дочери. Знакомится она и с родной дочерью Корбеля, Мадлен Олбрайт. Та старше ее на 17 лет и работает парламентским помощником сенатора-демократа. Со своей стороны, Конди, которая, как ей и пристало, «вдвое лучше», работает на Джимми Картера. Она даже проходит стажировку в отделе культуры Госдепартамента США.

Идя по стопам Йозефа Корбеля, Кондолиза сама становится преподавателем политологии в Стэнфорде (штат Калифорния). Решение о ее зачислении было принято очень быстро: университету выгодно иметь в своем профессорско-преподавательском составе женщин и цветных. А Конди – это два в одном.

Под крылом помощника Генри Киссинджера

Вопреки ее недавним утверждениям о том, что именно разочарование слабостью президента Картера во время захвата Афганистана Советской армией вынудило ее уйти в Республиканскую партию, она оставалась с демократами вплоть до 1985 года. Конди даже была советником по внешней политике Гарри Харта во время предвыборной кампании (в рамках праймериз в Демократической партии в 1984 году). Ее переход к республиканцам связан совсем не с политическими событиями, а с тем, что у нее появился новый наставник – как-то раз на конференции на нее обратил внимание вечный помощник Генри Киссинджера генерал Брент Скоукрофт. С этого момента девочке-отличнице предстояло стать «вдвое лучше», чем республиканцы.

Кондолиза Райс заканчивает работу над книгой о Советской системе. Она пишет, что опека над странами Восточной Европы обходится Москве дорого, а приносит значительно меньше, и если бы государства вели себя как предприятия, СССР следовало бы расстаться со своими вассалами. Именно на этой звенящей ноте Конди по рекомендации генерала Скоукрофта назначается на год консультантом по вопросам советского ядерного вооружения при председателе Объединенного комитета начальников штабов, адмирале Уильяме Кроу. В 1989 году, когда Джордж Буш-старший займет кресло президента США, он назначит Брента Скоукрофта советником по национальной безопасности. Конди в его команде будет заниматься странами Центральной Европы, а Роберт Гейтс – Советским Союзом.

В администрации Буша-старшего нет единой позиции по отношению к Советскому Союзу Михаила Горбачева. Министр обороны Дик Чейни и вместе с ним Пол Волфовиц – за то, чтобы все и дальше шло по курсу Рейгана: быстрое наращивание гонки вооружения вплоть до полного экономического краха Советского Союза. Чейни предсказывает окончательный развал Советской системы, а для США – это возможность распространить свое господство на весь мир. Однако Брент Скоукрофт – и в этом его поддерживает госсекретарь Джеймс Бейкер – с этим не согласен: экономический крах Советского Союза приведет к общей нестабильности в мире, что в конечном счете может отрицательно сказаться и на самих Соединенных Штатах. Он рекомендует не применять к русским жестких мер, а просто сопровождать их медленное падение.

Как это всегда было свойственно Конди, она тут же соглашается с точкой зрения начальства, в данном случае – Брента Скоукрофта. Но на этом она не останавливается. Она намерена доказать президенту Бушу-старшему, что Скоукрофт прав. И тут выясняется, что у нее большой педагогический талант. До такой степени, что на саммите в Мальте Буш-старший, когда будет знакомить ее с Михаилом Горбачевым, скажет: «Всем тем, что я знаю о Советском Союзе, 
я обязан этой женщине». На что тут же отреагирует президент Горбачев. «Надеюсь, у вас обширные знания…» – скажет он, обращаясь к Конди.

Кондолиза Райс старается не быть замешанной в интригах Дика Чейни. Последний втайне оказывает всяческую поддержку Борису Ельцину, люди которого проходят инструктаж в Москве и в Штатах под руководством Ричарда Перла и Джона Болтона. Речь идет о создании команды из русских, которой ЦРУ поможет взять власть в свои руки, но которая, в свою очередь, закроет глаза на расчленение Советского Союза. Во время известного эпизода, когда Ельцин явился в Белый дом и потребовал встречи с президентом Бушем-старшим, именно Кондолиза Райс преградила ему дорогу, заявив, что президент Соединенных Штатов не может лично быть замешан в заговоре, имеющем своей целью свержение такого же, как он, действующего президента в СССР.

В течение всего этого периода основная деятельность Конди сосредоточена вокруг германского вопроса. Главной целью канцлера Гельмута Коля является политическое объединение двух Германий, независимо от того, во что это обойдется экономически. Президент Франции Франсуа Миттеран обещает не препятствовать процессу – при том условии, что это не нарушит равновесия в Европе, что может иметь негативные последствия для Франции. При этом он требует слияния денежных единиц Франции и Германии, что приводит потом к созданию евро. Конди, со своей стороны, видит в этой ситуации возможность без всякого шума присоединить ГДР к НАТО и начать ту самую цепную реакцию, которая захватит всю Восточную Европу, – до тех пор, пока границы НАТО вплотную не подойдут к границам СССР, как узел, медленно затягивающийся на шее жертвы.

Именно она обведет вокруг пальца Михаила Горбачева, когда Буш-старший в устной форме пообещает ему распустить НАТО одновременно с Варшавским договором. Ибо даже если Конди плохо разбирается в тонкостях русской души и часто дает неправильную оценку действиям Москвы, она прекрасно изучила менталитеты стран Центральной Европы и умеет мастерски использовать их болевые точки. Включение ГДР в НАТО путем объединения двух Германий является главным достижением всей ее жизни. В первый раз ощущение всемогущества вскружит ей голову, и она уже больше не сможет без этого жить.

Но всему, даже самым хорошим вещам, приходит конец. В 1992 году Буш-старший проигрывает президентские выборы и вынужден уступить Белый дом Биллу Клинтону. По странному стечению обстоятельств, Мадлен Олбрайт, дочь Корбеля, которая для Конди «как сестра», назначается сначала представителем в ООН, а затем и госсекретарем.

Под покровительством Джорджа Шульца

Теперь Кондолизе Райс приходится осваивать частный бизнес. Она находит себе нового наставника, Джорджа Шульца, который позволит ей познать всю сладость власти в многонациональных корпорациях. В этой новой для себя среде она тоже будет стараться быть «вдвое лучше остальных». Шульц, бывший министр финансов, бывший госсекретарь, – один из главных кукловодов в Вашингтоне. Он в большей степени, чем кто-либо другой, является воплощением капитализма США, кровосмесительных связей бизнеса и политики. Он вводит Конди в советы директоров компаний Charles Schwab (1-я в мире брокерская компания), Chevron (5-я в мире энергетическая компания), Hewlett Packard (1-я в мире компания по продаже персональных компьютеров) и Transamerica (страховой холдинг). В компании «Шеврон» она занимается огромным нефтяным месторождением, обнаруженным в Казахстане. Ей удается напрямую договориться о сооружении нефтепровода между месторождением Тенгиз в Казахстане и российским портом Новороссийск. Эта операция очень выгодна для компании «Шеврон», которая в знак благодарности назовет один из своих супертанкеров «Кондолиза Райс».

Джордж Шульц открывает перед Конди двери так называемых «мозговых центров»: «Фонда Карнеги за мир между народами», Института АСПЕН, Института Гувера, корпорации РЭНД. Он помогает ей стать проректором Стэнфордского университета, где она уже преподавала ранее. Ей только 38 лет, а она уже руководит учреждением, где 10 тысяч сотрудников и бюджет которого составляет более полутора миллиардов долларов. Выполняя заказ своих покровителей, она, будучи черной женщиной, осуществляет в Калифорнии, в этом известном независимостью своих взглядов и социальной активностью университете, то, что никогда не мог бы себе позволить белый мужчина: она сводит на нет все активные общественные организации университета, организации феминисток и расовых меньшинств, увольняет их руководителей. В то же самое время Райс приглашает на работу иностранных специалистов и делает это по двум причинам: с одной стороны, они компетентны, а с другой – чтобы ввести их в круг знакомств своих друзей-республиканцев. Бывший министр экономики Франции Доминик Стросс-Кан удовлетворял всем критериям. Через некоторое время она назначит его директором Международного валютного фонда.

Избранница Джорджа Буша-младшего

Начиная с августа 1998 года, во время подготовки к предвыборной кампании, Кондолиза Райс становится членом команды Джорджа Буша-младшего – кандидата на пост президента США. С ним она, так же как и с его отцом, проявляет себя прекрасным педагогом, но этот новый ученик оказывается просто чистым листом в области международных отношений. Генри Киссинджер, Брент Скоукрофт и Джордж Шульц поручают Конди организовать кандидату в президенты ускоренный курс обучения, тем более что он практически не выезжал за пределы Соединенных Штатов и блистает полным отсутствием каких бы то ни было знаний о других странах. Она собирает коллектив специалистов, которые будут обучать «Дабл-Ю» (Буша). Они называют себя «Вулканами» по аналогии с античным богом Вулканом (покровителем кузнечного ремесла, ковавшим оружие для других богов), но в то же время и в память о статуе Вулкана, которая украшала площадь перед родным домом Конди в Бирмингеме. Эти люди составят ядро будущей администрации Буша.

В конце 2000 года, игнорируя общественные протесты против незаконности процедуры пересчета голосов, Верховный суд США (большинство членов которого были назначены Бушем-старшим) объявляет Буша-младшего 43-м президентом Соединенных Штатов Америки. Кондолиза назначается Секретарем государственной безопасности. Теперь можно сказать, что она достигла всего

Но что было с ее личной жизнью в течение всех этих лет? Этого не знает никто. Все было так, как будто девочка-отличница, которая только и стремилась, как стать «вдвое лучше остальных», забыла, что она женщина, что надо жить и любить. Никто ничего не знал о ее романах. Но вот что становится известно: вроде она «старая дева» и вот уже 25 лет как живет в одном доме с другой такой же желчной особой, некоей Рэнди Бин, режиссером-документалистом. Однако ходят и другие слухи: якобы у нее роман с «Дабл-Ю». И слухи эти делаются все навязчивее, тем более что на людях президент называет ее «цыпочкой». Как-то раз во время официального коктейля в Вашингтоне она допустила ляп: сообщая присутствующим о том, что Джордж Буш опаздывает – задерживается по делам государственной важности, – она сказала: «Мой муж скоро будет». Кстати говоря, она и Лора Буш старательно избегают друг друга. Конди играет для Джорджа на рояле. Объясняет, что Брамс – ее любимый композитор, «потому что ему присуща страстность, но не сентиментальность».

Что бы там ни было, а работа идет. Госпожа Райс и на посту советника по национальной безопасности должна быть, как ей свойственно, «вдвое лучше остальных». Когда ее любимый президент объявляет «тотальную войну терроризму», она создает рабочую группу, чтобы обозначить те виды пыток, которые в дальнейшем будут применяться ЦРУ и военными. Туда войдет вице-президент Дик Чейни (который, кстати говоря, в 80-е годы написал учебник о применении пыток для армии США), министр обороны Дональд Рамсфельд, госсекретарь Колин Пауэлл, генпрокурор Джон Эшкрофт и директор ЦРУ Джордж Тенет. Именно Тенет впоследствии расскажет об этом по каналу CBS. Госпожа Райс проводит учения, устраивает инсценировки. В одной из переговорных Белого дома проводятся пытки в присутствии представителей политической элиты страны – при костюмах и при галстуках. Источником вдохновения для их изысканий послужили технические приемы, применявшиеся коммунистами к американским военнопленным во время Корейской войны. Пытают людей во время допросов, но эти пытки нацелены не на получение признания, а на «промывание мозгов» жертвы, которая в результате должна взять на себя все мыслимые и немыслимые преступления, будучи уверенной, что именно она их и совершила. Все разработки рабочей группы нашли свое применение в Гуантанамо и в секретных тюрьмах ЦРУ в отношении 80 тысяч человек. Именно они способствовали появлению фиктивных свидетелей существования «Аль-Каиды», сняв, таким образом, всякую ответственность с ЦРУ за секретные задания, поручаемые им мусульманским наемникам.

Во время этих сеансов все присутствующие восхищались рвением госпожи Райс. Только Джон Эшкрофт, убежденный «белый супрематист», был шокирован этой молодой чернокожей женщиной, у которой, по всей видимости, происходящее не вызывало никаких эмоций. Он выразил сомнение в целесообразности этой деятельности, сославшись на то, что даже самые жестокие тираны старались не принимать непосредственного участия в подобных мероприятиях. Он боялся, что об этом в конце концов станет известно и что История их осудит.

Кондолиза Райс так преуспевает на всех фронтах, что Джордж Буш-младший назначает ее госсекретарем. Теперь негритянская девчонка достигла того же, что и «ее сестра» Мадлен Олбрайт. Но Конди должна быть «в два раза лучше».

Работая с «Дабл-Ю», Кондолиза отдалилась от «политики реализма» своей молодости. Теперь у нее, как и у президента, случаются мистические припадки. Если Джордж Буш заявляет потрясенным собеседникам, что принимает решения исключительно по божественному наитию, то Конди, со своей стороны, глубоко убеждена в том, что проводит в жизнь библейские пророчества. На баптистских собраниях она в пламенных речах излагает суть своей новой политики: «Америка ясно дает понять всему миру, что ни одно правительство не имеет права вставать между человеком и Всемогущим». Когда летом 2006 года израильские самолеты забрасывают юг Ливана сплошным градом бомб, Кондолиза отвергает возможность прекращения операции при помощи дипломатии и с пафосом заявляет: «К чему приведет дипломатия? Разве что к прежнему статус-кво между Израилем и Ливаном. По-моему, это было бы ошибкой. Мы сейчас присутствуем при «предродовых схватках», при зарождении нового Ближнего Востока, и, что бы мы ни делали, мы должны всегда быть уверены в том, что «тужимся» в правильном направлении – к новому Ближнему Востоку, а не возвращаемся к старому». Как тут не вспомнить «Евангелие от Матфея» (глава 24): разрушение Ливана – это знамение второго пришествия Христа.

Мутная иррациональная волна, захлестнувшая Вашингтон, вызвала резкую реакцию в Соединенных Штатах. Журнал National Enquirer сообщает, что Конди и Рэнди вовсе не две «старые девы», живущие в одном доме из соображений экономии, а что они состоят в сожительстве вот уже 25 лет. В Кнессете раздраженный депутат прилюдно упоминает о том, что министр иностранных дел Израиля Цепи Ливни состоит в лесбийской связи со своей американской коллегой. Лесбийские наклонности госсекретаря, конечно же, вносят некоторый беспорядок в ее пуританское окружение, но теперь уже шила в мешке не утаишь…

Президентский срок Джорджа Буша-младшего подходит к концу. Для Кондолизы Райс пришло время искать нового наставника, найти себе новое применение, чтобы опять стать «вдвое лучше остальных». В американской печати появились предположения о ее возможном сотрудничестве с Джоном МакКейном – в качестве кандидата на пост вице-президента. Однако же она все отрицает: «У меня времени нет, так много дел!» И в то же время заказывает исследование, чтобы выяснить свой рейтинг…

Тьерри МЕЙССАН.

Полная версия статьи опубликована в журнале “Крестьянка” №10-2008.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

DVD-обзор
Октябрь: кино и театр
Улыбаемся в два раза шире
Черная работа
Римма Федоровна похулиганила
Идея и форма
Братья и сестры


««« »»»