Детовщина

Семиклассница из Удмуртии, организовавшая зверское убийство девочки из параллельного класса, тем самым выбрала себе “путевку в жизнь” – вначале ее ждет спецшкола, потом ПТУ с такой же приставкой “спец”, оттуда путь лежит в “малолетку” – колонию для несовершеннолетних, а там уж и рукой подать до зоны…

Три месяца назад Ижевск потрясло страшное преступление. Несколько подростков, жестоко наиздевавшись, а затем изнасиловав ученицу 7 класса, задушили ее и закопали в подвале. Самому младшему в банде было 12 лет, самому старшему – 15, а руководила всеми семиклассница из той же школы, где училась жертва. В тот же вечер родители Алены хватились пропавшей дочки, и буквально на следующий день все участники преступления были задержаны. На допросах выяснилось: Алена якобы “не так” посмотрела на парня бандерши Светланы. Добавим лишь, что мстительница училась в коррекционном классе и незадолго до трагедии мать выгнала ее из дома, отправив “пожить” к знакомому парню, из-за которого, собственно говоря, и произошло непоправимое.

ТЕОРИЯ РАССЕИВАНИЯ

Сначала объясним, чем коррекционный класс отличается от обычного. Тем, что туда принимают психически неполноценных мальчиков и девочек. Еще недавно такие дети учились в особых школах, и одной-двух вполне хватало крупному городу. Была такая школа в Ижевске, под № 75. С больными детьми по специальным методикам занимались психологи и педагоги. В их семьи часто захаживали участковые и инспекторы по делам несовершеннолетних. Теперь, кроме этой школы, работают еще четыре-пять подобных в каждом районе, и все равно детей из “группы риска” (так их называют специалисты Минобразования) в городе так много, что понадобилось открыть для них спецклассы. Отныне все, кому выставлен диагноз “задержка психического развития”, сидят за одними партами со своими здоровыми сверстниками. Тут очень кстати пришлась американская “теория рассеивания”. Зарубежные коллеги давно предлагали не изолировать трудных, а обучать и воспитывать вместе с обычными ребятами. Вот и появились в школах коррекционные классы.

Наши ученые из ВНИИ МВД заокеанских коллег поддерживают, но замечают, что полтора-два десятка детей, собранных вместе, не “рассеивание”, а, скорее, устойчивая группировка. Надо ли говорить, каково с таким контингентом приходится учителям, не имеющим необходимых знаний. Кадры для “трудных” готовят только в одном вузе страны – Московском областном пединституте, где сейчас выпускают лишь две группы, а число не совсем нормальных и неуправляемых подростков множится в геометрической прогрессии. По данным российских психиатров, уровень детской невротизации увеличился за последнее время в 5 – 10 раз. У 40 – 70 % школьников наблюдаются не совсем нормальная психика и постоянные невротические явления.

ОГРАБЛЕННЫЙ ПЛАТИТ ДВАЖДЫ

Даже не зная срока наказания, который определит суд Светлане и ее подельникам, можно совершенно точно сказать, где будет отбывать его юная преступница. В единственной на всю страну чеховской женской спецшколе, куда отправляют с 11-летнего возраста провинившихся девочек. Еще несколько лет назад таких спецшкол было три. А теперь у регионов, на чьей шее висят эти специфические учебные заведения, нет денег на их содержание. Вот и везут в Чехов малолеток из Владивостока и Магадана, Мурманска и Краснодара.

Доходит до курьезов. Вот что рассказал начальник управления по делам несовершеннолетних и молодежи Генпрокуратуры Геннадий ПОЛОЗОВ: “Мест в спецшколах катастрофически не хватает. Недавно малолетнего воришку потерпевший, владелец коммерческой палатки, отправил в спецшколу за собственный счет. Мальчишка десять раз грабил киоск, всякий раз его ловили и отпускали подобру-поздорову: в столице спецшколы нет, а воришка – москвич, стало быть, отбывать наказание ему негде. И когда вор залез в палатку коммерсанта в одиннадцатый раз, тот понял: меры надо принимать самому. Заплатил из своего кошелька в подмосковный бюджетный карман и отправил парня подальше от соблазна”.

ДАЛЕЕ – СО ВСЕМИ ОСТАНОВКАМИ

Судя по статистическим данным, детская преступность растет с каждым годом. Но вот парадокс – зоны для малолеток полупусты, из 32 тыс. мест занято только 20 тыс. Вот и гадай, то ли колоний много понастроили, то ли не так уж много в России малолетних преступников, то ли статистика привирает.

“А что если пустующие места в колониях, где есть кое-какая мебель, учебные и производственные классы, мастерские, переоборудовать под спецшколы?” – поинтересовалась я у начальника лаборатории ВНИИ МВД Александра БЛАНКОВА. “Да что вы?! Это только на словах легко, а на деле… Колонии находятся в ведомстве Минюста, спецшколы – в Минобразовании, как поделить все полномочия и обязанности?” – объяснил А. Бланков.

И пока мы раздумываем, что делать, в России руками малолеток ежегодно совершается почти тысяча убийств, половину которых можно было бы предупредить.

“Правда ли, что из колонии для несовершеннолетних один путь – во взрослую зону?” – спросила я Геннадия Флоровича, прокурора с огромным опытом работы. “Нет, почему же, иногда бывают исключения. Но чаще, получив спецпутевку в жизнь, дальнейший маршрут подросток проходит со всеми остановками”.

А КАК У НИХ?

Оказывается, самые законопослушные подростки живут в Швеции. Это скандинавское государство почти полностью переняло наш прошлый опыт в области профилактики детской преступности. Например, в каждом каньоне (это вроде наших районов) есть общественные объединения энтузиастов, юристов, педагогов, психологов, похожие на комиссии по делам несовершеннолетних, которые опекают подростков, бывают в их семьях, интересуются досугом и учебой.

Во Франции кража вообще не считается серьезным преступлением, а если уголовное дело и доходит до суда, то подростка судят специальные судьи, которые назначаются из числа опытных психологов и педагогов с юридическим образованием.

Есть, впрочем, еще и Америка, которая переплюнула всех по количеству детских преступлений. Но Москва в прошлом году, по словам Александра Бланкова, в этой номинации обогнала Нью-Йорк.

* * *

Известно, что в нестабильном обществе уровень преступности всегда высок. Все знают, что осина не плодоносит апельсинами, а в семье безработных алкоголиков вряд ли вырастет пай-мальчик. С этим не поспоришь. Но почему бы не сделать сегодня то, что в наших силах? Принять закон о профилактике детской безнадзорности, который пылится в Думе с 1993 г. Восстановить систему инспекций по делам несовершеннолетних. Разобраться, нужны ли обычной школе классы для трудных подростков, и открыть наконец спецшколы.

Наталья ЛИХАЧЕВА


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ТРЫНЦЫ-БРЫНЦЫ, ПЕКИТЕ БЛИНЦЫ,
ЗАКОН ПОЛИТИЧЕСКОГО РАВНОВЕСИЯ: ЧЕМ ВЫШЕ ПОДДЕРЖКА МАСС, ТЕМ СИЛЬНЕЕ НЕНАВИСТЬ ОЛИГАРХИИ
Письмо Гомеру
МИР СЕГОДНЯ И СУДЬБА РОССИИ
МОЖНО ЛИ ТРИСТА ЛЕТ НАСТУПАТЬ НА ГРАБЛИ?
В России предлагается установить “единый европейский порядок”
Сладчайшая Арина
ПРАВЫЙ ХРЕН НЕ СЛАЩЕ ЛЕВОЙ РЕДЬКИ
ТРЕХСЛОЙНОЕ ОБЩЕСТВО
ЧТО ПОДЖИДАЕТ ВАС В ЛИФТЕ
ПРАВО НА НАУКУ
Отношение к заявлению всех ветвей власти
МАРШ ПРОТЕСТА НА КОСТЫЛЯХ
ЗАГАДКИ КИТАЙСКИХ ИНВЕСТИЦИЙ
За кого проголосуют барнаульцы
К ПРЕДСТОЯЩИМ ПАРЛАМЕНТСКИМ ВЫБОРАМ
МЕСЯЦ, ТЫ МЕСЯЦ, ПОДУЙ НА ОПАРУ
БЛИНЫ


««« »»»