“Крыши” на ремонте

МОСКВА И СЕУЛ ДОИГРАЛИСЬ ДО ШПИОНСКОЙ ВОЙНЫ

На днях российская сторона потребовала от Сеула отозвать еще пятерых дипломатов-разведчиков: двух – из Москвы и трех – из Владивостока. Дипломатический скандал набирает обороты.

А начался он в тот момент, когда при проведении агентурной встречи был задержан, а затем и выслан из России советник посольства Республики Корея в Москве Чо Сон У. В ответ южнокорейские власти выслали из Сеула первого секретаря российского посольства Олега Абрамкина. Выражаясь дипломатическим языком, можно отметить, что отношения между двумя странами “приобрели новое измерение”.

Объявленный персоной нон грата Чо Сон У был не только дипломатом, но и официальным представителем главной южнокорейской спецслужбы – Агентства по планированию национальной безопасности (АПНБ). В этом качестве он должен был заниматься контактами с соответствующими российскими спецслужбами, главным образом в сфере борьбы с международной преступностью. Вербовка агентов и работа с ними никак и никоим образом не входили в компетенцию дипломата-детектива.

Агентом, с которым встречался Чо Сон У, оказался замдиректора Первого департамента Азии МИД РФ Валентин Моисеев. Южнокореец не стал отрицать предъявленные ему на Лубянке обвинения и, когда его доставили на Лубянку, не стал ни в чем отпираться и подписал протокол, в котором признал факт ведения деятельности, не совместимой с дипломатическим статусом. Моисеев же попал под следствие.

Ответные действия Сеула выглядят традиционным дипломатическим демаршем. Олегу Абрамкину не инкриминировались никакие противоправные действия. При этом министерства иностранных дел обоих государств выразили надежду, что разгоревшийся скандал не нанесет серьезного ущерба двусторонним связям, и призвали друг друга к сдержанности. Всего этого и следовало ожидать.

Но интересно другое.

Вся эта история с самого начала стала объектом пристального внимания СМИ, в первую очередь российских. Корреспонденты российского телевидения атаковали у мидовского подъезда южнокорейского посла г-жу Ли Ин Хо, еще даже не знавшую, кстати, о причинах ее вызова в российский МИД. Затем последовали многочисленные утечки информации в российскую печать. Можно лишь удивиться осведомленности журналистов, ссылавшихся, как правило, на южнокорейские источники: в их материалах много говорилось о структуре резидентуры АПНБ в Москве, о методах вербовки российских граждан, особенно дипломатов.

Реакция южнокорейцев на кампанию в российских СМИ последовала незамедлительно. Пресс-секретарь южнокорейского посольства в Москве Ли Сок Пэ заявил, что после чтения российских газет сотрудников посольства не покидает ощущение, что все их разговоры, в том числе и закрытые совещания, прослушиваются российскими спецслужбами. Корейские дипломаты и бизнесмены чувствуют себя в Москве поэтому весьма неуверенно и неуютно. По их мнению, Москва недооценивает повышенную чувствительность и щепетильность, с которыми в восточноазиатских обществах относятся к вопросам престижа, сохранения лица и достоинства. “Потерять лицо” – что может быть хуже для корейца, китайца или японца? Не столько сама высылка задержанного с поличным сотрудника АПНБ, сколько широкая огласка, приданная этому событию, побудили Сеул на ответные действия. Действовала бы Москва по старинке, по-тихому, и Абрамкин остался бы работать в Сеуле.

Эмоциональная реакция южнокорейцев на случившееся накладывается на неприятности, связанные с действиями собственных спецслужб, на другой шпионско-политический скандал. В Южной Корее продолжается расследование по делу “Северный ветер” – широкомасштабной операции АПНБ, разработанной накануне прошлогодних президентских выборов и направленной против нынешнего президента страны Ким Дэ Чжуна. В ходе этой операции агенты АПНБ неоднократно встречались со своими коллегами из северокорейских спецслужб, договариваясь с ними о совместной фабрикации компромата на Ким Дэ Чжуна. Бывший глава АПНБ и ряд его заместителей дожидаются в тюрьме окончания расследования.

Жесткость же российской стороны можно объяснить крайне возросшей в последнее время активностью АПНБ на территории России, особенно ощущаемой в Приморье. Загадочные убийства южнокорейских бизнесменов и дипломатов, история с вербовкой АПНБ северокорейских строителей, работавших в России… А теперь вот попросту зарвавшийся спецагент, имевший даже двойную “крышу” – дипломатическую и официальную от АПНБ и пренебрегший элементарными дипломатическими нормами. К тому же, завербованный им российский дипломат оказался самым высокопоставленным сотрудником МИД (после истории с заместителем генсека ООН А.Шевченко в 1978 г., работавшим на иностранную разведку).

Покидая Сеул, Олег Абрамкин выразил надежду, что он станет последней жертвой этой войны. Пресс-секретарь южнокорейского посольства в Москве напомнил старую корейскую пословицу: “После дождя и ненастья почва становится крепче, земля – плодороднее”. Но пока, видимо, крепчает ненастье…

Александр ВОРОНЦОВ


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

СПАСЕТ ЛИ КРЕДИТ МВФ РОССИЙСКУЮ ЭКОНОМИКУ?
Минус электрификация страны
Чай не пил – какая сила?
ЗОЛОТО ТЫНДЫ
Россия – Индонезия: несостоявшийся гамбит
Судьба президента и президентства
ЖИЗНЬ – ЭТО ЧЕТЫРЕ БУХАНКИ ЧЕРСТВОГО ХЛЕБА
Изменения в уставе
ВЫХОД ИЗ КРИЗИСА НЕ НА РЕЛЬСАХ, А НА ПУТЯХ ПРАВА
Сколько на свете лахт?
Помогут ли вывести российскую экономику из кризиса договоренности с МВФ?
Сладка ягода
ОБРАЩЕНИЕ


««« »»»