“Пал Палычу указания я дал”

ПРЕЗИДЕНТ ОБЕЩАЛ ДЕПУТАТАМ РЕШИТЬ ИХ ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ВОПРОСЫ В СЛУЧАЕ УТВЕРЖДЕНИЯ СЕРГЕЯ КИРИЕНКО НА ПОСТУ ПЕРМЬЕР-МИНИСТРА

Российская политическая ситуация, характеризующаяся затянувшимся правительственным кризисом, за минувшую неделю мало в чем изменилась. Дума отвергла кандидатуру председателя правительства, предложенную президентом. Ельцин уже через полчаса повторил решимость отстаивать свой выбор, вновь направив в нижнюю палату письменную просьбу утвердить С.Кириенко на посту премьера. Затянувшийся процесс смены Кабинета, причудливая смесь элементов диалога и конфронтационности во взаимоотношениях ветвей власти свидетельствуют в пользу мнения о том, что шаги главы государства, приведшие к нынешнему состоянию, были плохо подготовлены, а их последствия не были в достаточной мере просчитаны. В подобном контексте вполне правдоподобно начинают выглядеть суждения некоторых политиков о том, что источником повышенной опасности для общества во все большей мере становится сама верховная российская власть.

КТО ЗАКАЗЫВАЕТ МУЗЫКУ?

Сохраняли свою полную значимость и все другие негативные факторы, под воздействием которых формируется российская политика – продолжали стремительно ухудшаться экономическая ситуация, состояние геополитической среды, имидж России в глазах западных партнеров, сфера отношений между федеральным центром и регионами, социальное самочувствие общества. К тому же всем очевидно, что по мере продолжения правительственного кризиса происходит дальнейшее ухудшение ситуации в российской экономике. По мнению некоторых экспертов, издержки исчисляются десятками миллионов долларов – основные потери несут ТЭК, фондовые рынки, фискальные ведомства, что угрожает коллапсом всей социально-экономической системы.

При этом резко усилились внешние факторы дестабилизации российской экономики. Так, как стало известно на днях, МВФ предъявил российскому эрзац-правительству ультимативное требование полной отмены любых квот на импорт, чего эта организация, как заявляют эксперты, никогда еще не требовала ни от одной суверенной страны. Фонд требует дальнейшего сокращения государственных расходов на медицину, образование и культуру, отказа от дотаций и субсидий регионам через систему трансфертов и т.д. Причем, в нынешней ситуации, когда глава ЦБР заявляет о неизбежности девальвации рубля, трудно сомневаться в том, что подобные требования МВФ, озвучивающего интересы транснациональных корпораций, будут удовлетворены российским правительством. Разгар правительственного кризиса вообще оказался очень удобным временем для принятия и/или обнародования малопопулярных решений, таких как “план ФишераКудрина”. Особую тревогу в этой связи вызывает продолжающаяся подготовка к приватизации “Роснефти”, “Связьинвеста”, предприятий угольной отрасли и т.д. Проведение подобных аукционов в условиях правительственной чехарды вполне может привести отечественную экономику к новым невозместимым потерям.

Несмотря на то что политический кризис в России в принципе вполне на руку естественным геополитическим соперникам России, тем не менее он вызывает у здравомыслящих политиков Запада все большую тревогу, особенно в связи с возможностью возникновения конституционного вакуума в случае форс-мажорного развития в самом верхнем эшелоне власти, в Кремле.

На минувшей неделе заметную обеспокоенность в связи с положением дел в России проявили США. В ходе состоявшегося по инициативе американского президента Б.Клинтона телефонного разговора с Ельциным глава США, по словам представителя американской администрации, “вновь подчеркнул важность ратификации Государственной Думой Договора по СНВ-2”. Это было воспринято как предупреждение Б.Ельцину быть осторожнее в своих дальнейших шагах и не доводить ситуацию до качественно новой степени ухудшения, на которой может встать вопрос о роспуске нижней палаты.

ЭЛЕКТОРАЛЬНЫЙ РЕЖИМ КОМАНДЫ ЕЛЬЦИНА

Не исключено, что Б.Ельцин, желая подыграть “прочерномырдинским” настроениям западной элиты, решил почтить своим присутствием празднование 60-летнего юбилея экс-премьера. В поздравительном выступлении Б.Ельцин еще раз акцентировал внимание на том, что в 2000 г. он не будет участвовать в президентских выборах. Однако у многих наблюдателей и аналитиков подобные прогнозы президента по-прежнему вызывают сомнение.

У этих сомнений есть вполне реальные основания, поскольку нынешний правительственный кризис вполне может стать для Ельцина Рубиконом, переход через который сделает неизбежным участие действующего президента, несмотря на его преклонный возраст и нарастающую недееспособность, в выборах 2000 г. в качестве кандидата от так называемой “партии власти”.

Попытка смены “лошадей на переправе”, предпринятая Б.Ельциным, отнюдь не привела к преодолению кризиса доверия общества к власти, к установлению сколько-нибудь прочного консенсуса вокруг основных целей и путей выхода из кризиса.

Президент и его ближайшее окружение не могут не понимать, что в ситуации кризиса российского реформаторства в обществе и элите неизбежно назревание критических настроений, требований ревизии всего сделанного в 1992 – 1998 гг. В воздухе витает не только оказавшийся нерешенным программный вопрос “что делать?”, но и политический вопрос “кто виноват?”, вопрос об ответственности за действия власти, приведшей страну к “упадку и разрухе” (именно так сегодня в части российских СМИ, отнюдь не оппозиционных, расценивается социально-экономическая обстановка в России). Этот вопрос, например, навязчиво витал в воздухе во время обсуждения кандидатуры С.Кириенко в ходе недавних парламентских прений, что признал и сам кандидат, не раз повторявший, что он хотел бы уйти от вопроса “кто виноват?” и готов к разговору лишь о программных положениях, о своих намерениях и планах. Однако логика политического процесса неизбежно толкает дискутантов к обсуждению, в первую очередь, именно политических проблем ответственности.

Президентское окружение, вероятно, в полной мере отдает себе отчет в том, что в подобных обстоятельствах ни в коем случае нельзя упустить инициативу и просто выйти из игры, уйти “в тень”, оставив поле новым игрокам. Дело в том, что программные либеральные установки гайдаровско-чубайсовской модели реформ наложили свой глубокий отпечаток на всю конструкцию политической системы и на политический стиль высшего руководителя страны. Государственная конструкция, возникшая на основе гайдарономики, оказалась в самой своей основе отделена от жизни гражданского общества некой цезурой, позволившей всему госаппарату какое-то время заниматься почти исключительно собственными задачами, включая выстраивание пресловутых систем сдержек и противовесов, парализующих любую инициативную политику уже в самих ее истоках. Для нового поколения российских реформаторов, точку зрения которых неоднократно пытались выразить и Строев, и Лужков, и Кириенко, и многие другие, необходимость присутствия государства в экономике как самостоятельного экономического игрока, например, субъекта активной промышленной политики, является самоочевидной. Большинство аналитиков считают, что, осознав полный крах либеральных иллюзий и окончательно убедившись в непригодности “столпов” старой команды для реализации нового курса, действующий президент будет пытаться встроиться в новую фазу российского политического процесса.

Повод говорить о подобных намерениях Б.Ельцина на прошлой неделе дало решение Конституционного суда (КС), обязавшее президента подписать так называемый закон о реституции. Аналитики отметили, что и само это решение, и сделанные Ельциным на заседании “круглого стола” его публичные оценки (“хорошая оплеуха” и т.п.) были, возможно, рассчитаны на то, чтобы подчеркнуть объективность и беспристрастность КС, придать его решениям большую значимость в преддверии рассмотрения КС запроса о правомочности Ельцина баллотироваться на выборах главы государства в 2000 г.

Однако, по некоторым предположениям, президентская команда готовит и запасной вариант, центральной фигурой которого является некий новый политический персонаж, формально не связанный с государственными и финансовыми структурами, но пользующийся их реальной поддержкой. Первоначально, когда эту теорию “метеора” декларировал Б.Березовский, некоторым аналитикам она казалась достаточно беспредметной. Однако на минувшей неделе, после убедительной победы бывшего директора Федеральной погранслужбы А.Николаева в Орехово-Борисово (Москва), стало ясно, что у этой идеи появился вполне материальный носитель. Как известно, А.Николаева взял пока под свою опеку столичный мэр Ю.Лужков, единомышленником которого и объявил себя отставной генерал. В то же время “раскрутке” Николаева способствовали практически все крупные финансово-промышленные группировки России. Не исключено, что на выборах 2000 г. у Николаева будут все шансы стать новым лидером “партии власти”.

Однако пока развертывается иная схема, рассчитанная на политическое долгожительство Ельцина. На прошедшей неделе команда Б.Ельцина начала разворот к работе над подготовкой нового привлекательного образа власти. В этой работе, рассчитанной на электоральный период 1999 – 2000 гг., по сообщениям прессы, предполагается исходить из новых отношенй между администрацией президента и правительством, складывающихся после ухода В.Черномырдина. В частности, из того, что, с одной стороны, новый Кабинет будет находиться в гораздо большей зависимости от президента как от гаранта устойчивости правительства, а с другой стороны, будет наделен большей самостоятельностью в своих действиях и решениях как Кабинет министров-”технократов”. По-видимому, именно поэтому на нового главу (и.о.начальника) Управления администрации президента по связям с общественностью Д.Молчанова возлагается и работа над новым имиджем правительства и его предполагаемого главы С.Кириенко как симпатичного и исполнительного “прагматика”, “технократа”, знающего свое место и полностью лояльного президенту. Такой имидж, по-видимому, призван олицетворять и “любовь” молодого поколения к Б.Ельцину (по данным социологов, президент пользуется популярностью у младших возрастных групп – от 35 и младше), и отсутствие каких бы то ни было политических притязаний. Не исключено, что Ельцин надеется, создав правительство “молодых технократов”, к 2000 г. подойти не только как носитель реальных властных полномочий, но и как неоспоримый патриарх российского истеблишмента.

Одновременно началась подготовка команды Ельцина к парламентским выборам. На них Кремль будет стремиться сформировать в 1999 г. более сговорчивую, чем ныне, нижнюю палату парламента, которую не будет сильно беспокоить ни дрема патриарха, ни его “комсомольское” правительство.

Так, в околопрезидентских кругах резко актуализировалась тема избирательной системы. Актуальность этой теме придал крайне неприятный для “партии власти” скандал с избранием А.Климентьева на пост мэра в Нижнем Новгороде. Председатель Центризбиркома А.Иванченко усмотрел в итогах нижегородских выборов удобный повод для пропаганды двухтуровой системы выборов. Переход на подобную систему на думских выборах будет способствовать умеренной фрагментаризации Думы, что само по себе удобно для исполнительной власти как способ ослабления Думы и думской оппозиции. Однако ряд экспертов полагают, что в проект нового закона о выборах заложена еще более грозная «мина», заключающаяся в повышении порога явки на выборы с 25% до 50. Дума после выборов в течение длительного времени может оказаться недоукомплектованной и, соответственно, недееспособной, что даст дополнительные преимущества действующему президенту в подготовке к выборам 2000 г. и уменьшит возможности его конкурентов из числа лидеров думских фракций, для которых на выборах президента в 1996 г. Дума служила штаб-квартирой, а думский бюджет – важным источником финансирования.

НА СЦЕНЕ И ЗА КУЛИСАМИ

Борьба между властью и оппозицией за остающийся вакантным пост главы правительства стала нервом текущей политической ситуации.

Президент постоянно впадал из крайности в крайность, от ритуальных угроз распустить Думу, если она отвергнет Кириенко трижды, к столь же чисто процедурной гибкости. Ельцин неожиданно согласился пойти навстречу оппозиции в организации малорезультативного “круглого стола”. Думе и президенту не только не удалось найти общего языка, но президент допустил и грубый политический промах, обнародовав имена тех кандидатов на пост премьера, которые обсуждались в президентском окружении, но по мифической “сумме баллов” оказались менее достойными занять этот пост, чем С.Кириенко. Явно более сдержанными в своих оценках этой кандидатуры после “круглого стола” стали московский мэр Ю.Лужков и спикер сената Е.Строев, чьи имена, в качестве “забракованных” кандидатур, также упомянул Б.Ельцин. Достаточно бестактное замечание Ельцина внесло дополнительную напряженность и в без того сложные отношения внутри российской элиты.

Еще менее подготовленным к этой борьбе оказался претендент на премьерское кресло, который пришел на пост и.о.премьера без программы и без команды, апеллируя при этом в основном к неопределенному будущему, когда у него все это появится. Однако, сделав первые шаги в качестве и.о.премьера, С.Кириенко уже несколько раз “прокололся”, во-первых, подписав 24 марта плохо подготовленное правительственное постановление по толлингу в алюминиевой промышленности, отмененное им же на минувшей неделе; во-вторых, поставив свою визу на документах по передаче Грузии российских военных объектов, находящихся на территории этой республики, что дало повод Думе накануне обсуждения кандидатуры Кириенко направить в Генпрокуратуру запрос на возбуждение уголовного дела по этому факту.

Представленные Кириенко к “круглому столу” “Тезисы программного выступления” и само “Программное выступление” перед Думой сработаны по компилятивному принципу и страдают внутренней противоречивостью и непоследовательностью. С одной стороны, в них могли узнать свои пожелания представители практически любых фракций и групп нижней палаты, с другой же стороны, ни одно из думских объединений не было готово поддержать эту “программу” целиком.

Провозгласив, что для реализации предложенной им программы нового правительства “необходима общественная поддержка, без которой ее выполнение не удастся”, и объявив, что эта поддержка может быть реализована “через открытость и прозрачность действий правительства, через включение общественности, различных политических сил, профсоюзов в реализацию программы”, Кириенко тут же продемонстрировал, что на практике он отнюдь не намерен действовать в соответствии с этими благими пожеланиями. Кандидат в премьеры отказался и от активного сотрудничества с Думой по обсуждению состава нового Кабинета, выдвинув положение о том, что дело формирования правительства относится к компетенции президента.

Естественно, что ни один из дефектов позиции, обнародованной Кириенко 10 апреля в Думе, не может быть поставлен ему в вину лично, а полностью определяется логикой действий президентской команды, которая не умеет и не хочет работать с обществом в диалоговом режиме, на равных и поэтому является перманентным источником кризисов и потрясений, угроз и политического аморализма (так, В.Жириновский фактически признался в том, что голосование его фракции в пользу Кириенко стало итогом неких закулисных переговоров с представителями президентской администрации).

Последующее развитие событий показало, что очередной непродуманный шаг Кремля, немедленно, без всякого анализа итогов думской дискуссии, предложившего вновь Думе кандидатуру Кириенко, не способствует решению поставленной задачи.

Во-первых, после этого шага, который был воспринят депутатами как продолжение конфронтационной тактики, явно усилились тенденции к консолидации думских фракций на общей позиции осуждения методов давления и шантажа, примененных президентом и его командой. Большинство лидеров думских фракций, судя по всему, договорились по вопросу о внесении в регламент поправки, позволяющей проводить открытое голосование по кандидатуре премьера, что подчеркивает солидарность Думы в неприятии кандидатуры Кириенко. Известную поддержку нашло предложение Г.Зюганова направить в Конституционный суд запрос о конституционности предложения президента вторично представить на рассмотрение Думы отвергнутого прежде кандидата.

Во-вторых, лидеры большинства думских фракций оказались достаточно едины и в том, что именно на президенте, а не на Думе лежит теперь обязанность искать выход из углубляющегося политического кризиса, найти и предложить Думе достойный компромисс. В любом случае ясно, что без существенного изменения содержания действий президента и его команды не может быть и речи о том, чтобы разрешить нынешний правительственный кризис.

В ходе правительственного кризиса заметно сузилась база поддержки президентской команды в российских деловых кругах. По словам Г.Зюганова, Кириенко представляет интересы президентского окружения и очень узкой группы финансовых интересов, связанных с этим окружением. Во многом, видимо, эта констатация не лишена оснований.

Департамент политического

мониторинга Фонда “Реформа”


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ДЕЛО БЫЛО НЕ В БОБИНЕ…
БОЛЬНИЦА С ОГРАНИЧЕННОЙ СВОБОДОЙ
Народ против власти
Насколько непреклонен и последователен будет президент при утверждении кандидатуры премьер-министра?
ШАМПАНСКОЕ ПОД ЗВУКИ ГОНГА
Сокращение до полного исчезновения
Акции протеста в регионах России
РУКА РУКУ МОЕТ И ГЛИЦЕРИНОМ МАЖЕТ
БОГАТ АПРЕЛЬ РЫБОЙ
В ОГНЕ БРОДА НЕТ
Апрельские вихри
ПАСХА НА ПАСХУ
ПОСАДИШЬ ПРУТ – ПОЖНЕШЬ ВЕНИК
Шанс для профессионализма
СНПР действует
ЧЕМ НЕДОВОЛЬНЫ СТУДЕНТЫ?
МЫ – ДЕТИ СОЛНЦА
РАДИО ЕСТЬ, А СЧАСТЬЯ НЕТ…
ХРОНИКА ПАРТИЙНОЙ ЖИЗНИ
Народные приметы


««« »»»