Нужен ли России Пиночет?

На этот вопрос сегодня, как ни удивительно, утвердительно отвечают и радикал-реформаторы, с их будто бы либеральной идеологией, и национал-патриоты, и даже некоторые коммунисты. Чилийский военный диктатор стал для них символом чудодейственного решения сложнейших экономических и социальных проблем. В то же время противники Пиночета в России продолжают представлять его исключительно в качестве ограниченного солдафона, видящего мир из окна казармы, кровавого тирана, по своей злой воле прервавшего чилийский “социалистический эксперимент” и превратившего страну в концлагерь. Как правило, спорящих объединяет одно – отсутствие реального представления о том, что же действительно происходило в Чили накануне и после военного переворота.

Именно об этом обозреватель “Социалистической России” Николай Гульбинский беседует с известным исследователем чилийского опыта, кандидатом исторических наук Анатолием Сосновским.

Справка: Аугусто Пиночет Угарте родился 15 ноября 1915 года в портовом городе Вальпараисо в многодетной семье таможенного чиновника. После окончания военной школы в Сантьяго в звании лейтенанта был направлен в сухопутные войска. Окончил военную академию, был офицером связи с армиями стран – членов НАТО, адъютантом заместителя министра обороны. С 1972 года – начальник штаба сухопутных войск Чили. 11 сентября 1973 года встал во главе военной хунты. С декабря 1974 года по март 1990-го – Верховный правитель Чили. После поражения на референдуме 1988 г., остается главнокомандующим сухопутными войсками. Согласно конституции, должен оставить этот пост до 11 марта 1998 года. Женат. Имеет двоих сыновей и трех дочерей.

– Анатолий, в нашей прессе чуть ли не каждый день можно встретить публикации, посвященные Аугусто Пиночету. Чем вызван такой всплеск интереса к этой фигуре?

– Дело в том, что к 11 марта этого года Пиночет должен оставить свой пост главнокомандующего сухопутными войсками Чили, как того требует конституция страны. Она же позволяет генералу как бывшему президенту занять после отставки пост пожизненного сенатора. Вот это обстоятельство и вызвало настоящую бурю в обычно спокойном и респектабельном чилийском политическом истеблишменте. Коммунисты и другие левые требуют привлечь Пиночета к судебной ответственности за преступления, совершенные в период правления военной хунты.

Но дело не только в этой, внешней стороне вопроса. Пиночет для чилийцев и для всего мира – и реальная фигура, и символ, политический миф. Его называют и “латиноамериканским Гитлером“, и “антикоммунистическим Сталиным“. Для одних он – палач тысяч соотечественников. Для других – олицетворение жесткого, но эффективного режима, приведшего страну к процветанию.

– Давайте все-таки разберемся, что было в Чили до Пиночета. Совсем недавно в “Новой газете” некий исследователь построил примерно такую схему: была прекрасная, трудолюбивая, тихая страна, успешно развивалась. Потом там решили строить социализм под руководством президента Альенде. Стало немного трудно, но все равно все было нормально. И тут из какой-то казармы выполз монстр – генерал Аугусто Пиночет Угарте и принялся всех давить и резать. Я не специалист по Чили, но все-таки так не бывает. Диктатура не возникает ниоткуда. Она, как правило, становится результатом хаоса и анархии в обществе. Насколько я знаю, именно в таком состоянии пребывала страна накануне переворота.

– Чили во многом отличается от других стран Латинской Америки. Во-первых, это специфическая культура и особый менталитет. Сами чилийцы называют себя англичанами Южной Америки. Чилийцы не чужды протестантской идее труда как источника богатства, а богатства – как благословения Божьего. Во-вторых, Чили – не аграрная, а среднеразвитая индустриализированная страна с экспортной экономикой. Уже к 30-м годам здесь сформировались хорошо организованные пролетариат, средний класс и предприниматели. Здесь с прошлого века доминирует идея сильного патерналистского государства – гаранта общенациональных интересов.

Реформы 50 – 60-х годов, которые проводились сначала правым правительством Алессандри, а потом демохристианским Фрея, были направлены на структурную перестройку экономики. Как всякая радикальная перестройка они затронули широкие слои общества и в какой-то момент, забуксовав, оказались уязвимыми. Внутриполитическая стабильность нарушилась. Этим воспользовались левые: на очередных президентских выборах в сентябре 1970 года вполне демократично к власти пришел их кандидат Сальвадор Альенде.

– Говорят, в личном плане это был человек достойный. Даже его отказ покинуть страну до начала штурма путчистами дворца “Ла Монеда” говорит о многом. Как же случилось, что именно Альенде довел страну до катастрофы?

– Альенде – личность действительно оригинальная. Из интеллигентной семьи, сенатор, любимец женщин. Представьте себе российского земского врача начала XX века, эдакого чилийского “доктора Чехова”. Сам Альенде не был радикальным революционером. Мастер компромисса, многолетний председатель Сената, он был, скорее, революционным интеллигентом. Как Керенский, испанские республиканцы 30-х годов, пражские строители “социализма с человеческим лицом”, неконъюнктурная часть горбачевских “перестройщиков”… Провал реформ Альенде был так же объективно неизбежен, как крушение всех этих политиков.

За Альенде стояли интересы левых сил – соцпартии, компартии, радикалов. Когда они оказались в одном правительстве, то сразу стали делить портфели. Что касается счастливого будущего, социализма, то каждый представлял eго по-своему. Вульгарно выражаясь, в стране начался бардак. Кроме того, США, республиканское администрация Никсена сразу взяли курс на дестабилизацию левого режима Чили, “отключили кислород” Альенде: заморозили кредиты, помощь, фактически ввели торговое эмбарго. Появились очереди за продуктами питания и ширпотребом, перебои в снабжении. Особенно возмутило чилийские средние слои то, что левые, проповедуя равенство, на деле установили систему привилегий для членов блока Народного единства (что-то вроде тамошних номенклатурных распределителей). Например, стали распределять курево членам партии.

– А до распределения партийцам трусов, как на Кубе, не дошли?

– Просто не успели.

– А откуда в той обстановке появился Пиночет?

– Как ни странно, залогом возвышения Пиночета стала его кажущаяся посредственность. Он не был ни левым, как главнокомандующий сухопутными войсками Рене Шнейдер, убитый заговорщиками в 1971 году, ни ярко выраженным правым, вроде главкома ВВС Густаво Ли, ни даже заметным центристом, таким как сменивший Шнейдера новый главнокомандующий сухопутными войсками Карлос Пратс. Возможно, именно по причине этой “незаметности” и репутации надежного служаки Пиночет и был назначен начальником штаба сухопутных войск, а потом и главнокомандующим.

Дело в том, что теряя поддержку в обществе, фактически сам Альенде и призвал себе на помощь армию. Созданный им “военный кабинет” во главе с генералом Пратсом был механизмом, легализующим вмешательство военных в политику. Противникам левой коалиции оставалось только сменить машиниста у руля этой машины. И это им удалось. После вынужденного ухода в отставку генерала Пратса его место занял следующий по старшинству в военной иерархии – генерал Аугусто Пиночет – “аполитичный служака-легалист”. С его приходом “революционная говорильня” закончилась. 11 сентября 1973 года самолеты ВВС нанесли удар по президентскому дворцу Ла Монеда. Подразделения сухопутных войск взяли дворец штурмом. Президент Альенде при этом погиб. Члены его кабинета оказались за решеткой. Под горячую руку досталось всем “сомнительным”, в том числе и христианским демократам, которые были против Альенде. Вообще, генерал до сих пор не жалует “сеньоров политиков”, независимо от их ориентации.

– Вот цитата из интервью Пиночета: “Для меня военный переворот в Чили был крайним средством. Мы выжидали до самого последнего момента. Но у нас серьезное беспокойство вызывало ближайшее окружение президента Альенде. Эти люди вели дело к тому, чтобы превратить Чили во вторую Кубу. Такой социалистический эксперимент обошелся бы нам много дороже, чем переворот”.

Многие очевидцы тех событий утверждают, что в Службе безопасности Альенде было несколько тысяч человек кубинских агентов, в том числе известные братья Ла Гуардиа, которых Фидель впоследствии ликвидировал по сфальсифицированному обвинению в причастности к наркомафии. Если это действительно так, то можно говорить о предательстве национальных интересов.

– Это явное, причем злонамеренное, преувеличение. Дело в том, что и Брежнев, и Фидель ограничились пожеланиями успехов “чилийским товарищем” и никакой масштабной помощи Альенде не оказали. Были советские и кубинские советники, была небольшая технико-экономическая помощь. Но СССР изначально не верил в успех социалистического эксперимента в Чили. Так что позиции Кремля можно сформулировать как “вы служите, мы вас подождем”…

– Вы хотите сказать, что коммунистической “пятой колонны” в Чили не было?

– Говорить о том, что там действовали только советские и кубинские агенты, неверно. Все страны третьего мира были ареной соперничества сверхдержав. Боевые отряды были как у левых, так и у правых, за которыми стояли американцы. Этот факт доказан на слушаниях в Конгрессе США. И американцы до сих пор не закрыли процесс по делу об убийстве чилийских политэмигрантов на американской территории агентами Пиночета. Я не защищаю методы коммунистов, не идеализирую правительство Альенде, но категорически против того, чтобы идеализировать и режим Пиночета. Нельзя, конечно, отрицать, что многие жестокости правых – следствие поляризации общества при правительстве левых. Но надо понять, что левая идея в Чили не была насаждена кубинцами или русскими. Она созрела внутри чилийского общества. Это трагедия страны, но это факт. Цвет чилийской интеллигенции, цвет нации попал тогда под обаяние коммунистической идеи.

– Интеллигенция XX века вообще питала симпатии к тем, кто стремился к воплощению тех или иных утопий. Скажем, Эйнштейн, Андерсен-Нексе, Фейхтвангер симпатизировали Сталину. Они не хотели знать, что на самом деле происходило в СССР. Вернувшийся в 1932 году из нашей страны Бернард Шоу заявлял: “Какой голод? Я нигде так вкусно не ел!”

– Правильно. Наши демократические интеллигенты тоже ездили в Чили в 91-м. Прогулялись по центральным улицам Сантьяго, убедились, что там все хорошо, и заявили: “Вот какое процветание принес Чили Пиночет!” А ведь Чили и сегодня – не богатая страна. Поэтому когда мы говорим об “экономическом чуде” стран третьего мира, не стоит забывать, что Россия – это не совсем третий мир. Нам глупо брать пример с Чили или, скажем, с Турции.

– Вернемся, однако, к Пиночету как к человеку, совершившему массу жестокостей во имя своей Родины. Говорят, Пиночет хотел отпустить Альенде на все четыре стороны. Правда,”предполагал”, что самолет с законным президентом может вначале взлететь, а потом упасть. Но вот представьте: горит дворец Ла Монеда, внутри дворца – тело президента Альенде, страна на грани гражданской войны. И надо что-то делать. Не всякий возьмет на себя такую ответственность. С чего он начал?

– Первые шаги Пиночета – репрессии. Oн запретил все партии и профсоюзы, погубил массу народа. Военные действительно оказались перед трудной проблемой: куда идти, как управлять полуразрушенной экономикой? Сами генералы этого не знали. А тем временем фабрики и рудники закрывались. В бедных предместьях люди с голодухи ели кошек. На деньги ЦРУ, достаточные, чтобы расшатать левое правительство, нельзя было прокормить страну, да и американцы уже в 1974 – 75 г. заговорили о правах человека и прекратили помощь…

– Давайте все-таки уточним, сколько людей уничтожил Пиночет. Некоторые исследователи, в частности г-н Хачатуров в “Независимой газете”, приводят жуткие цифры: десятки тысяч погибших. Но вот отчет официальной правительственной комиссии, которая работала уже в годы демократии, где излагается вся история военного переворота. Жертвы нарушений прав человека – 2115, жертвы политического насилия – 164. Это число убитых и пропавших без вести. Всего же пострадало 2920 человек.

– Это не очень благородное дело – сравнивать, кто больше перебил народа. В Бразилии за 20 лет военного режима, при населении страны 140 миллионов, официально погибли от политических репрессий 399 человек. А в Чили за короткий срок – как минимум, две с лишним тысячи. В Аргентине погибли и пропали без вести, по официальным данным, примерно 10 тысяч человек, а левые утверждают, что 30 тысяч.

– Кто пошел за Пиночетом после переворота? На кого он опирался?

– Во-первых, это богатые чилийцы. Во-вторых, средний класс. Нормальные люди, которым стало хуже жить за время правления Альенде. Не исключено, что половина из них прежде голосовала за Альенде, теперь же молчаливо поддержала переворот. Буржуазия, которая из-за левацких перегибов бежала из страны. Консервативная профессура и студенты частных университетов. Военные (кстати, не все – была организация левых чилийских офицеров в изгнании, в основном летчики). Пиночета фактически поддержало около 6О процентов населения, потому что при Альенде страну довели до ручки. Сегодня лишь 20 процентов чилийцев считают его спасителем Отечества. Более 70 процентов видят в нем жестокого диктатора, который сделал грязную, хотя, быть может, и неизбежную работу.

– Что за тип власти был при Пиночете?

– Если говорить о типологии режимов, то пиночетовский – это очень жесткий военный авторитаризм. Этот режим ликвидировал прежнее право как таковое, а потом попытался ввести новые правовые понятия. То есть сначала массовый террор, а затем новая система законов хунты. Пиночет назначил своих представителей – из военных и отставников – во все учреждения, организации, на предприятия. Они были его “комиссарами”. Но режим Пиночета не претендовал на создание всеобъемлющей новой идеологии. В этом смысле чилийский генерал гораздо ближе к Франко, чем к Гитлеру.

Менталитет Пиночета довольно сильно отличается от менталитета наших генералов. Главное в том, что Чили – в общем, законопослушная и некоррумпированная страна, и он – продукт своего общества. Вояка, служака с претензией на интеллектуальность. Написал книгу “Геополитика” для военных академий, которая изобилует цитатами из Хаусхофера и Макиндера – геополитиков начала века. По уровню это примерно кандидатская диссертация.

– Позвольте еще раз процитировать самого Пиночета. Он утверждает, что коммунизмом стал интересоваться с 25 лет. Читал работы классиков марксизма, проштудировал “Капитал”. Дома у него более 40 томов Ленина и 52 книги по теории социализма. Говорит, что прочитал не все, но в диалектике марксизма-ленинизма разобрался…

– Изумление начитанностью Пиночета идет от неправильного представления о латиноамериканских военных. Они достаточно грамотны в вопросах общего развития. К тому же Пиночет – очень хитрый человек, прагматик. Я бы назвал его даже приспособленцем. Он очень здорово следит за конъюнктурой.

– В том числе и в вопросах экономики?

– В области экономики первый шаг Пиночета оказался удачным. С военной решительностью он передал управление экономикой молодым специалистам из экономического отдела газеты “Меркурио” и Католического университета. Эта группа подготовила проект перестройки чилийской экономики. “Чикаго-бойз”, как их стали называть, хотя они никогда не учились в Чикаго.

– А как они познакомились с Пиночетом?

– Очевидно, у “серого служаки” были какие-то связи среди крупных предпринимательских кланов. Как бы то ни было, дело пошло. С середины 80-х началось чилийское “экономическое чудо”. Генерал, таким образом, оказался достаточно умным чтобы не браться за то, чего не умел. Ему удалось, говоря его собственным языком, не только надеть на Чили “железные штаны”, но и заставить страну совершить марш-бросок к модернизации в этом неудобном наряде. Как ни странно, генералу помогло отсутствие идеологии. Свое дело он знал: держать и не пущать. У него не было собственного экономического проекта, но он обладал интуицией и “нюхом” на людей. Он поддержал своих радикал-реформаторов штыками своих военных. Это одна из причин успеха Пиночета. Впрочем, по масштабам и сложности проблем Россия – не Чили, там всего 13 миллионов жителей…

– Однако у Пиночета не все шло гладко и в экономике. Ведь при нем были и массовые банкротства, и рост безработицы, и социальные протесты…

– Гладко идти и не могло. Это классический пример шокотерапии. Неолиберальная экономическая модель, которая воплощалась в жизнь в лабораторной чистоте, так как подкреплялась штыками военных и помощью США. Как в учебнике по макроэкономике: мы сначала разорим нерентабельные предприятия, потом процентов 30 населения “выкинем” из рынка, а потом остальные, наверное, будут жить хорошо. Это сработало потому, что сам Пиночет был человеком решительным: никаких поблажек никому. Предпринимательский класс ему доверял, и он это доверие оправдал. Режим Пиночета не был коррумпированным, как, скажем, в Аргентине, где сумма долларов, поступивших в виде кредитов МВФ, была равна сумме долларов, осевших на счетах местных нуворишей в швейцарских банках. Продажное правительство никаких реформ провести не могло бы.

– Неужели, как когда-то говорил Дантон Робеспьеру, он “не прихватил ничего лично для себя”?

– Абсолютная власть, конечно, развращает, и у Пиночета была попытка “приватизировать” шикарный особняк, который он построил за государственный счет. Но это вызвало возмущение офицерского корпуса, и он подарил этот особняк сухопутным войскам. Там открыли офицерский клуб. Кое-что прилипло и к рукам генеральских детей. Слегка нагрели руки прближенные. Но по российским стандартам – все это пустяки, они были просто кристалльно некоррумпированы…

– Судя по всему, чилийский диктатор действительно цельная личность и крупная политическая фигура. Почему же в 1988 году народ отказал ему в доверии?

– Его режим был чрезвычайным по сути. Как только задачи структурной перестройки были выполнены и он решил провести некоторую либерализацию в политике, его отвергли. Его “ушли” после того, как он сделал свое дело.

– Ходили слухи, что генерал Пиночет собирается приехатъ в Россию. Это правда?

– Его приглашала некая уральская фирма. Возможно, зто связано с торговлей оружием. Пиночет, конечно, хотел бы сюда приехать. Для него это был бы моральный триумф – побывать в разоренном гнезде коммунизма. Но правительство Чили этого не хочет. Для чилийских демократов Пиночет – наследие, от которого нужно избавиться. Нынешнему президенту Фрею, сыну бывшего выдающегося президента Чили, своего рода “наследному принцу” демохристиан, скандалы не нужны. Чили пытается создать образ респектабельной страны, где бурно развивается экономика, где уважают демократию и права человека. Поэтому о Пиночете хотят “забыть”. Ни один чилиец, даже правых убеждений, не позволит себе так хвалить Пиночета, как делают у нас вполне респектабельные политики.

– Но почему наши так его расхваливают? Может быть, это пробный шар на будущее, тем более что об истинном положении дел в Чили никто толком не знает?

– Первым стал расхваливать Пиночета секретарь МГК КПСС г-н Прокофьев. На одном из последних Пленумов он очень им восхищался. Сегодня о “замечательном” генерале говорят и Лебедь, и Борис Федоров. Но их интересует не реальный Пиночет, а некий символ простого насильственного решения, которое может быстро переустроить мир. У нас страна, как известно, экстремистской политической культуры. Многим кажется, что придет решительный генерал, уберет коррумпированную демократию, и в России произойдет “экономическое чудо”. Этого быть не может, потому что у нас нет достаточных ростков нормальной экономики. А в Чили “чудо” случилось не только потому, что Пиночет был, но и потому, что его вовремя “ушли”.

– Но, может быть, наш народ просто разочаровался в демократии? Устал от хаоса и хочет простых и понятных решений, которые возможны только при авторитарном правлении?

– Демократия – продукт благосостояния общества. В бедной стране она не прививается. И если уж говорить о странах Латинской Америки, если учиться у них чему-то, то не диктатуре, а “мягкому” переходу от нее к гражданскому демократическому правлению. Пример с Чили надо брать в том смысле, что у них есть позитивная установка: учись, работай – и всего добьешься. А у Бразилии нам надо учиться политической терпимости. Наши политики, к сожалению, часто не грамотны, а еще чаще – не честны. Они думают не о России, а о собственной власти.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Друзья советских памятников
Акции протеста в регионах России
Новый состав Совета директоров ОРТ
Долги Приморью
Заявление Политсовета СНПР
Российские банки: добро пожаловать или посторонним вход запрещен
Обращение
Бабурин и КПРФ: взгляд издалека
У Фемиды на кухне
Без меня тебе, любимый мой
НОВЫЙ СОЦИАЛИЗМ ДЛЯ БУДУЩЕЙ РОССИИ
Ветеран президентских олимпиад рассчитывает на золото в 2000 году
Коктейльный стол
Разве плохо быть портнихой?
Новые лица в “Министерстве правды”
Как я свой долг перед государством выполняла
Больная власть
Про доспехи
Эхо войны – эхо любви
Вирус усталых гениев
Лещь из проруби
На левую руку надела перчатку с правой руки


««« »»»