В год тигра входят с отточенными когтями

В 1998 г. российская политика вступила в переходном, почти кризисном состоянии. Острое столкновение интересов внутри российского истеблишмента привело к поляризации группировок внутри правящей элиты, и прежде всего в структурах исполнительной власти.

Ныне не только наблюдатели-политологи, но и ответственные лица в правительстве фиксируют наличие объективных оснований для столкновения подходов между администрацией президента РФ и Кабинетом министров во главе с Черномырдиным. Фактически внутри российского истеблишмента сложилась ситуация клинча, вывести из которого может только некий “третий” фактор, авторитет которого признавался бы всеми враждующими группировками внутри “партии власти”.

СВОИ СРЕДИ ЧУЖИХ

Неожиданным образом на роль этого “третьего” фактора российской политики к концу 1997 г. начали выходить институты представительной власти – Дума и Совет Федерации. Увеличился политический вес оппозиции, прежде всего КПРФ. Стратегия, избранная оппозицией, – постепенное проникновение во власть с целью изменения курса реформ изнутри, и тактика, которую характеризует позиция невмешательства в раздоры внутри “партии власти”, оказались в рамках сегодняшнего политического процесса весьма выигрышными, хотя, как признают и сами лидеры оппозиции, чреватыми определенными издержками.

Умение ладить с оппозицией к концу года выдвинулось на одно из первых мест в тактических приемах как команды премьера, так и президентского окружения.

Ныне оппозиция уже вписалась в систему и вполне способна помочь власти скорректировать курс развития таким образом, чтобы перейти из фазы “революционных потрясений” в спокойное эволюционное русло. По словам Березовского, в России уже нет борьбы старого с новым, а есть борьба внутри самого “нового”, “нового с новым”. Подобные тезисы, очевидно, свидетельствуют о стремлении противоборствующих элементов внутри истеблишмента привлечь на свою сторону оппозиционные силы и укрепить за счет этого собственные позиции. Как известно, первым опробовал эту тактику российский премьер Черномырдин.

Новизна ситуации, сложившейся к концу 1997 г. – началу 1998 г., состоит в том, что ныне в сторону оппозиции – и не теневым образом, как прежде премьер, а вполне открыто – начал разворачиваться президент Ельцин.

Стремление президента наладить диалог с оппозицией втягивает и власть, и оппозицию в своеобразное переходное состояние. Появление нового фактора влияния на оппозицию способствует ослаблению ее прежних союзов и ориентиров, возникновению новых направлений деятельности. Соответственно усиливается тенденция к перегруппировке сил внутри оппозиции, где, как и внутри власти, нередко возникают типичные для переходного состояния ролевые конфликты, когда один и тот же субъект, выступая носителем разных ориентаций, действует как бы одновременно в интересах различных группировок.

ЧТО ДОЗВОЛЕНО ЮПИТЕРУ

В конце 1997 г. российский президент явно испытал на себе растущее влияние представителей ряда группировок, чьи интересы в ходе очередного витка борьбы за передел собственности вступили в противоречие с интересами групп, возглавляемых Черномырдиным и Чубайсом – Немцовым. В группировку, которая начала оказывать доминирующее влияние на принятие президентом важнейших решений, помимо Б.Березовского и его союзников в окружении президента, вошла также группа государственнически ориентированных представителей интересов отечественной промышленности (С.Шахрай, О.Сосковец, Ю.Скоков).

Появился и новый важный фактор влияния в лице бывшего директора Федеральной погранслужбы (ФПС) А.Николаева. По ряду сообщений, на Николаева сделала ставку финансово-промышленная группа ОНЭКСИМбанка, тактические интересы которой начали расходиться с командой “молодых реформаторов”, примкнувших к премьер-министру.

Совместное влияние этих групп интересов предопределило тенденцию политического поведения президента к дистанцированию от “молодых реформаторов” и главы Кабинета министров. Эта линия нашла отражение в провозглашенном Ельциным плане отчета правительства перед президентом по итогам уходящего года и в дрейфе Ельцина в сторону политики диалога с оппозицией.

Новая линия президента поставила под угрозу стабильность Черномырдина как в роли главы правительства, так и в его политическом амплуа консенсусного политика, способного представлять в отношениях с оппозицией интересы власти.

Одновременно Ельцин, заняв по принципиально важному вопросу о ликвидации бюджетных долгов позицию, выгодную главам регионов (требование президента не делить задолженность на долги правительства и регионов), попытался переключить на себя отношения с региональными руководителями, прежде бывшие неофициальной политической прерогативой российского премьера. Таким образом возникла угроза политической изоляции Кабинета министров, которая, по мнению аналитиков, была бы крайне выгодна самому президенту, его семье и ближайшему окружению, которые, судя по слухам, уже давно стремятся к собственному доминированию над “газпромовской” группировкой, весьма близкой к российскому премьеру.

В этих обстоятельствах чрезвычайную важность начинают приобретать вопросы, связанные с персональными аспектами политического поведения российского президента. В частности, речь идет о состоянии здоровья, о степени влияния на принятие им решений семьи и его фаворитов.

Во время своего незапланированного трехнедельного отпуска, проводимого на Валдае, Ельцин фактически исчез с экранов российского ТВ, заметно уменьшилось число ссылок на него в отечественных СМИ, однако более обильными, чем прежде, стали намеки на ухудшающееся здоровье российского лидера. Кроме того, у ряда представителей, близких к российскому премьеру, начали появляться высказывания, имеющие вполне определенную направленность. Так, 8 января лидер думской фракции НДР Шохин заявил буквально следующее: “Что будет с Россией при Борисе Ельцине и что без него – не вопрос. В стране есть стабилизатор – премьер Черномырдин…”

Накануне и после Нового года в некоторых СМИ усиленно муссируются слухи о недовольстве Ельцина Черномырдиным, “молодыми реформаторами” и в целом деятельностью Кабинета.

По мнению ряда осведомленных наблюдателей, работа над президентским посланием приобрела ныне заметную антипремьерскую и анти”младореформаторскую” направленность. В вину Кабинету министров, судя по всему, будет поставлено то, что ему не удалось реализовать ни одного из направлений запланированной на 1997 г. структурной перестройки экономики, обуздать естественные монополии, провести реформы налогообложения и социальной сферы. Кроме того, будет подвергнута критике и работа правительства по погашению задолженности бюджетникам.

В то же время будут даны достаточно сдержанные оценки макроэкономических успехов Кабинета (по принципу: падает инфляция, “так уже все разворовали”; растет ВВП, но “растет черепашьими темпами”; успешно противостояли мировому финансовому кризису, но “потеряли рынки вооружений” и т.д.).

В то же самое время не исключено, что муссирование слухов о новых болезнях президента (из некоторых конфиденциальных разговоров можно понять, что речь, якобы, идет о серии микроинсультов) является обычной уловкой Ельцина, склонного проверять реакцию различных политических групп на свое отсутствие. Подобные случаи уже имели место раньше и входят в число излюбленных приемов президента в период принятия им важных решений. Во всяком случае, о том, что именно такой период предстоит ныне, свидетельствуют обнародованные планы Ельцина на конец января. В частности, на этот период намечаются встречи президента с премьером (что, впрочем, является вполне рутинной процедурой), силовыми министрами А.Куликовым, И.Сергеевым, Н.Ковалевым и бывшим директором ФПС И.Николаевым. Есть предположение, что президент планирует начать перемены в правительстве и в федеральных органах власти. не дожидаясь отчета правительства. В этой связи обратили на себя внимание сообщения о резкой интенсификации работы окружения президента над его ежегодным посланием парламенту – вполне вероятно, что Ельцин хочет заранее ознакомить Черномырдина с содержанием этого документа и добиться от премьера уступок по кадровым вопросам уже в январе. Начало года вообще является наиболее удобным временем для проведения важных кадровых изменений и особенно тех, которые, как следует из появившихся в СМИ намеках, связаны с коррекцией экономического курса.

В связи с последним обратило на себя внимание то, что во время пребывания Ельцина на отдыхе состоялись его телефонные консультации с французским президентом Ж.Шираком и английским лидером Э.Блером, о содержании которых мало что было сообщено. Нельзя исключить, что президент искал поддержку этих видных западных лидеров в своих новых политических начинаниях.

ВРЕМЯ “Ч”

Политическое поведение главы российского Кабинета после новогодних праздников продолжает его прежнюю линию на консолидацию вокруг себя важнейших финансовых и информационных ресурсов. Однако политическое будущее премьера сегодня как никогда прежде находится в прямой зависимости от дальнейших планов Ельцина и его окружения, основные цели которых были отмечены выше.

Экономические итоги прошедшего года, несмотря на пропагандистские усилия команды премьера и “молодых реформаторов”, являются не настолько яркими и значимыми, чтобы это могло служить гарантией сохранения на своих постах основных членов Кабинета. Состояние подвешенности, в котором находится Кабинет со времени начала маневров президента на оппозиционном фланге российской политики, по-прежнему сохраняется. Серьезный вес в этой ситуации приобретает социальная напряженность, выражающаяся в угрозах ряда профсоюзных организаций бюджетников начать акции протеста в связи с задержками зарплаты. Такие акции на фоне оптимистических заверений самого премьер-министра и особенно “молодых реформаторов” относительно погашения государством своего долга перед бюджетниками могут сыграть для российского президента роль детонатора весьма жестких решений.

По-видимому, угроза новых социальных и технологических потрясений и катастроф, а также неожиданный уход российского президента в тень стали причиной резкой активизации главы Кабинета в начале 1998 г. Прежде всего обратили на себя внимание пропагандистские акции в государственных российских СМИ, курируемых Чубайсом, по созданию весьма позитивного имиджа премьера как ответственного государственного деятеля, способного стать во главе России.

Рекламная кампания Центробанка (ЦБР) в связи с идущей деноминацией российских денег в качестве своего составного элемента включает в число причин проводимой деноминации ссылку на новую фазу в развитии российской экономики – фазу начала экономического роста. Характерно также и то, что одновременно с пропагандой имиджа российского премьера в тех же источниках информации осуществляются пропагандистские акции, направленные на рекламу близких к Черномырдину фигур – председателя ЦБР С.Дубинина, а также первого вице- А.Чубайса, вице-премьера Я.Уринсона, министра без портфеля Е.Ясина.

Правительством РФ принято решение об увеличении пенсий, обнародованы планы по скорейшему формированию проекта бюджета на 1999 г. (уже к маю 1998 г.). Черномырдин, подводя результаты первого в этом году заседания Кабинета, по-видимому, не без умысла остановился не на итогах минувшего года, а на факте одобрения Кабинетом концепции реформирования российской науки. Наблюдатели оценили этот крен как стремление Черномырдина предстать перед российской интеллигенцией в качестве ее покровителя.

В целом линия политического поведения российского премьера, в отличие от прошлых лет, отмечена стремлением взять на себя как можно большую ответственность за состояние дел в стране и в отношениях России с внешним миром, что, по-видимому, указывает на вполне определившиеся политические планы Черномырдина.

Одновременно в своих отношениях с Кабинетом министров премьер явно действует как представитель линии консенсуса и компромисса, пытаясь консолидировать вокруг себя своих вчерашних недоброжелателей – “младореформаторов”. Для Черномырдина наметившийся в ходе предновогодней перегруппировки сил союз с “младореформаторами” выгоден по ряду причин. Во-первых, поддержка “младореформаторов” важна для нейтрализации наступления части президентского окружения на позиции естественных монополий, и прежде всего “Газпром”. Во-вторых, – что гораздо более важно, – в условиях возможного форс-мажорного развития ситуации союз с “молодыми реформаторами” выступает для Черномырдина как источник его легитимации на Западе в качестве продолжателя линии реформ. Подобно Ельцину российский премьер явно начинает тяготеть к политике сдержек и противовесов – он стремится сохранить теневые связи с оппозицией и удержать при себе и под своим контролем оппонентов оппозиции, “младореформаторов”. В-третьих, союз с “младореформаторами” является для самого премьера манифестацией преемственности курса, что важно для российской элиты, и, одновременно, линией, наглядно представляющей черномырдинскую консенсусную политику компромисса. И, наконец, самое главное. Сближение Черномырдина с Чубайсом, имеющим опыт организации избирательной кампании российского президента, по-видимому, означает продолжение линии на электоральную мобилизацию сил и ресурсов Черномырдина, начало которой наблюдатели отмечали с конца осени минувшего года.

В то же самое время Черномырдин придерживает своих недавно обретенных союзников в таком же подвешенном состоянии, в каком он находится сам в руках президента.

Проводя сбалансированную кадровую политику, в вопросах экономической стратегии Черномырдин действует отнюдь не в соответствии с установками “молодых реформаторов”. В российской прессе зафиксированы достаточно существенные изменения в стратегии Минфина, в значительно большей мере, чем прежде, отмеченные печатью принадлежности главы министерства и его “правой руки” Моторина к экономическим воззрениям “Яблока”. В частности, ныне стратегической целью Минфина объявлена подготовка нового Налогового кодекса, представление которого Думе намечено на конец 1998 г. с тем, чтобы 1999 г. воплотил линию на снижение налогообложения производителей. Для достижения этой цели Минфин выступил с рядом решений, направленных на формирование в стране политики экономии и строгого учета бюджетных средств. Так же это ведомство проводит инвентаризацию кредитной задолженности и осуществляет ряд других мероприятий по упорядочиванию финансов, явно чувствуя свои руки развязанными, в отличие от чубайсовской команды, которая пыталась упорядочить хаос в финансовой сфере, будучи одновременно ответственной за его возникновение.

В этих условиях “молодые реформаторы” не имеют слишком большого пространства для маневрирования, они вынуждены либо играть по навязанным правилам, причем сугубо на вторых ролях, и подчиниться контролю со стороны премьера, либо вообще выйти из игры, то есть покинуть большую политику. По-видимому, для Чубайса и его команды гораздо более приемлемым является подчинение новому “хозяину”.

Весьма важной, с точки зрения дальнейшего развития отношений между Черномырдиным и “младореформаторами”, стало досрочное получение Россией очередного транша расширенного кредита МВФ в размере около 700 млн долларов США.

На фоне активности и эффективности политики Чубайса политическая атмосфера, складывающаяся вокруг Немцова, является скорее неблагоприятной для последнего. Он не зарекомендовал себя никакими значимыми шагами в течение двух посленовогодних недель.

Департамент политического мониторинга

Фонда “Реформа”


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Насколько безболезненна деноминация для кошельков россиян?
В Волгодонске прошла конференция СНПР
Замечания о геополитической ситуации в России
Старательный домовой
Гость на пороге
Альвадас ловит щук петлей
Предисловие
“Наказанная” страна


««« »»»